Страница 38 из 57
– Только не говори, что уже созрела для двадцать четвертого раунда. – Макс застонал и потянул ее на себя.
Угольно-черные волосы очаровательно разлохматились. Грубая щетина вокруг подбородка подчеркивала чувственный изгиб его нижней губы. И, черт возьми, чего только он не умел делать этими губами. Карина уткнулась лицом в его грудь. Под щекой вместо подушки оказалась плотная стена мускулов, жесткие волосы защекотали лицо. Она провела пальцами вдоль его бицепса и вдохнула восхитительный запах секса, мыла и мужчины.
– Восемь лет разницы явно сказываются на выносливости, а?
Он хмыкнул и шлепнул ее по ягодицам. Карина взвизгнула, но приятная боль только сильнее возбудила ее, и она поерзала вокруг его внезапно затвердевшего члена.
– Паршивка! Ты когда-нибудь научишься слушаться?
– Если будешь меня так наказывать, то, надеюсь, нет.
Макс моргнул с ленивым видом проснувшегося хищника:
– Просто мне нужно больше времени, чтобы прийти в себя, зато я держусь дольше – не я умолял остановиться.
У Карины екнуло в животе, и восхитительная дрожь пробежала по позвоночнику. Ей всегда будет мало его, сколько ни дай, – и в постели, и в жизни.
– У тебя опыта больше. Дай мне срок.
Макс усмехнулся, запустил пальцы ей в волосы и потянулся губами к ее губам.
– Рабовладелица. – Он поцеловал ее крепко, но без спешки, словно ему некуда было торопиться, хотя его тело говорило иное. – Тебе нужна ванна, чтобы расслабить мускулы. Я не хочу, чтобы у тебя все болело.
– Который час?
– Рано еще. У них тут нет часов в номере, да и не надо. До рассвета ты моя.
От этого небрежного заявления соски Карины заинтересованно приподнялись. Шлепнув ее напоследок еще раз, Макс вскочил с кровати и пошел в ванную. Через несколько секунд послышался шум воды.
– Давно хотел попробовать джакузи, но одному там как-то одиноко. – Голый, он подошел к кровати и протянул руку. Щетина на подбородке придавала ему распутный вид и напомнила о неотразимых пиратах из любимых Кариной исторических любовных романов. – Идем со мной.
Она медленно поднялась с кровати и потянула за собой простыню.
– Это лишнее, – усмехнулся Макс. Вырвал простыню у нее из рук и прошелся взглядом по ее голому телу. – Ты слишком хороша, чтобы заматывать такую красоту в гостиничные простыни.
Карина съежилась от внезапной застенчивости и пошла за ним в ванную. У него была по-мужски грациозная походка, подчеркивающая упругие ягодицы. Рот у нее наполнился слюной, когда она представила, как впивается зубами в эти твердые мускулы.
Ее босые ноги ступили на сверкающий мрамор, и он включил какую-то сексуальную, в стиле ритм-энд-блюз мелодию. Потолок был очень высокий, Карине казалось, что она купается в античной ванне, сверху лился свет, а на стене напротив висело огромное зеркало.
Макс провел ее за собой еще несколько шагов и усадил в ванну. Струи горячей воды распарили кожу и растопили скованность. Огромные пузыри окутали ее чудесным ароматом лаванды. Он выключил воду и встал перед ней во всей красе.
Боже мой, Макс был похож на горделивую статую Давида. Жилистые мускулы покрывали плечи и упиравшиеся в бедра руки. Загорелая кожа блестела от легкой испарины. На груди курчавились темные волосы, тонкой полоской спускавшиеся по животу и ниже. Он стоял, расставив ноги, напружинив сильные бедра, и излучал ауру власти и достоинства – голый или одетый, это был человек, которому комфортно в собственной коже. Когда ее пристальный взгляд упал на его вставший член, она впервые покраснела.
– Ага, ты и правда еще не разучилась стесняться. Надо бы до следующего оргазма с этим покончить.
Непристойная шутка завела Карину, и ее соски стали видны сквозь пену. Он тихо рассмеялся и сел рядом с ней в ванну. Схватил ее за бедра, легко притянул к себе и поместил сверху так, что она оказалась распростертой у него на коленях. Ее спина прижималась к его груди, его руки стали ласкать ее грудь, иногда проводя большим пальцем по соску. Карина стонала и ерзала у него на коленях. Влажные касания их тел, включая интимные части, сводили с ума.
– Макс…
– У тебя столько чувствительных мест, я ни одного не хочу пропустить. – Он убрал ее волосы в сторону и легонько куснул за шею. – Тебе нужно законом запретить носить одежду. Моя бы воля, ты бы всюду голой ходила.
Карина засмеялась, но Макс уже делал кое-что весьма нескромное у нее между ног, и смех перешел в сдавленный вздох.
– Я все-таки слишком много ем. Вот Джульетта с Венецией все время на диетах сидят, чтобы не толстеть.
Он сжал ей грудь:
– И в результате там и подержаться не за что. Поверь мне, Карина, ни одну женщину я так не хотел, как тебя. Твои изгибы могут вдохновить на эротические полотна и на тысячу оргазмов.
Его слова звучали искренне, и внутри у нее что-то отпустило. Ее ноги раздвинулись в воде, открывая ему полный доступ.
– Думаю, тебе полагается награда за такие слова.
– Думаю, я возьму ее прямо сейчас.
Макс вдруг рассвирепел и поставил ее на колени. Оказавшись в таком уязвимом положении, взволнованная, Карина только возбудилась еще больше и украдкой взглянула на их отражение в большом зеркале.
Он пробормотал что-то себе под нос и поймал ее взгляд.
Она не узнала стоявшую перед ней женщину. Голая. На коленях. Волосы в беспорядке рассыпались по плечам, губы распухли, в глазах мечтательное выражение. Макс был похож на воина, собирающегося овладеть своей женщиной, и она с восторгом увидела, как он взял презерватив и надел.
– Любишь посмотреть?
От его хриплого голоса у нее с губ сорвался стон. Она кивнула, мысленно удивляясь, почему ей так хочется делать с ним все прямо сегодня, пока не упадет без сил, до предела насытившаяся и измученная.
– Молодчина. Держись за края.
Карина ухватилась за гладкий белый мрамор. Его ладони потерли ей ягодицы, словно разогревая их зачем-то, и одним резким движением он вошел в нее.
Наслаждение было почти невыносимым. Она ухватилась крепче, и он вошел глубже. Плеск воды в ванне, вид его, берущего ее сзади, неумолимая сила оргазма – все разом нахлынуло на нее и сплелось в какую-то адскую смесь. Его потемневшие глаза стали дикими, встретившись с ее взглядом в зеркале.
– Ты моя, Карина. Помни это.
Он вошел снова. Еще толчок.
Она кончила.
Карина билась под ним и чувствовала, что летит. Напряжение и расслабление мускулов; резкая не то боль, не то наслаждение в напряженных сосках и пульсирующем клиторе; все ощущения тянули ее в новый мир, до сих пор незнакомый. Ее пальцы цеплялись за скользкий край ванны, тело пыталось найти опору, и она думала: а что, если он погубил ее на всю жизнь?
Сколько лет она провела в мечтах о том, чего даже не могла себе представить? Все эти прежние деликатные поцелуи с мальчиками никогда не затрагивали ее глубинной сущности. Карина испытывала легкое возбуждение от их ласк, даже оргазм испытывала под опытными мужскими пальцами или под своими собственными. Но Макс проник гораздо глубже, вытащил на свет и осуществил все ее давно погребенные темные фантазии. Он не удовлетворился бы простым вежливым откликом. Секс был грязным, потным, в нем сплетались такие противоречивые ощущения, о каких она никогда даже не догадывалась.
Теперь она никогда не согласится на меньшее. О, какой женщиной она могла бы стать в руках настоящего любовника! Глубокая усталость охватила ее, Карина расслабилась в руках Макса и отдалась наслаждению.
После ванны, выпив с ним на двоих бутылку воды, она сидела голая у него на коленях в элегантном кресле с откидной спинкой. Потрескивал огонь, одеяло укутывало их теплым уютным коконом. Карина положила голову ему на плечо и вздохнула. Мирная тишина создавала ощущение близости. Карина тихо сказала:
– Я, кажется, хочу уйти из «Милой Мэгги».
– Давай поговорим. – Макс успокаивающе погладил ее по ее спине. – Это все из-за твоих прежних ошибок?
– Нет, дело не только в этом. Мне кажется, я больше не чувствую себя счастливой.