Страница 61 из 98
Сергей резко открыл глаза. Темная комната, уснувший город... Но ритм не пропал, не исчез с остатками сна - продолжает набирать скорость в ушах неведомый зов... Все сильнее топот, все больше дыхание людей, все громче звук военной трубы...
Он подскочил и выглянул в окно. Мертвая улица, еле видимая в неясных отблесках далеких фонарей... И хрип лошадей, крики бегущих людей... Дикий ритм начинающегося боя - подхватывает, увлекает - зовет за собой...
Выбегает на улицу - всюду цокот, лязганье доспехов и оружия... Война - последний бой этого мира... Барабаны достигают конечной точки, апогея призыва - обрываются... В тишине звучит протяжный звук далекого горна... И все сразу срывается с места в карьер - быстрее и быстрее...
Сергей тоже срывается - несется по улице: 'Я с вами...' Бешенный ритм - все сильнее и быстрее... Неожиданно перед глазами вскидывает голову и храпит испуганная лошадь - он торопливо распутывает поводья... Выбегает заспанный 'турист', свет прямо в лицо: 'Ты что, воруешь?!!' Замолкает и испугано пятится назад: 'Вы?!! Прямо из сна?!!'
Он ничего не видит - прыгает и с места берет в галоп - вдоль по улице, только вперед... Дикая гонка, бешеная скачка - колотятся волосы за спиной, мелькают спящие улицы... Звук военного горна, топот копыт вокруг - прижимается к гриве - быстрее, еще быстрее... Он должен догнать...
Храп, хлест, и вой взвинченных нервов... 'За Архелай...' - доносится издалека впереди. 'За Архелай!!!' - подхватывают со всех сторон... Мелькнули сторожевые башни въездных ворот - огромное бесконечное поле... 'За Архелай...' - невероятная гонка с ветром. Неохватный азарт боя... Дыханье и топот со всех сторон...
Мелькает внизу песок и трава, проносятся мимо завесы дыма... Отчаянная фигурка, все ниже к шее коня - свист ветра в ушах, и необозримое поле брани... Все ближе и ближе....
Дробный топот остается за спиной - он догоняет самого себя - на самой вершине набравшего скорость клина... Еще ниже - ветер лупит в лицо, на зубах пыль - боль из груди - 'За Архелай...' Впереди всех... Первый на встречу с адом...
Это все было. Не слово разума, а яркое озарение - было. И закончилось... Огромным полем трупов и каркающим вороньем...
Галоп смерти. Атака раз поднятого, и уже никогда не останавливающегося сердца... Это не запись нейронов в пространстве гео-поля земли. Это души воинов - продолжающие побеждать каждый день - в бесконечном споре со смертью...
Это не закончится сотни и тысячи лет. Длинный бесконечный бой - дикий азарт, топот копыт, крики атаки...
Если не остановит он - не сможет остановить никто...
Набрал в грудь воздуха, выпрямился в седле и раскинул руки по сторонам: 'Стойте!!!'
Бешенная гонка, звон выхватываемых клинков...
'Стойте!!!'
Звон боевого горна, нарастающий вой победы...
'Стойте!!! - он придерживает коня и замедляет ход... - Остановитесь, братья и сестры...' Ветер сорвал соленые слезы и унес за спину...
Единственный крик - который могли услышать те, кто больше не мог слышать...
Топот копыт замедляется, стихает вой за спиной, и азарт... Сознание перешагнуло черту реальности - здесь оно не думает - просто знает...
Сергей останавливает коня и разворачивается назад. Храпят лошади, переминаются копыта, бряцают доспехи... Замолкает на полу-звуке военный горн...
'Остановитесь...' Горькие слезы по щекам, большие соленые слезы...
Спрыгивает с коня и делает шаг: 'Все закончилось, родные мои... Конец...'
Самый краешек глаза что-то видит - неясные смутные тени... Как тогда - когда высматривалась пыль в песках... Неясные тени лошадей и воинов...
'Все закончилось... - он всхлипывает, глотая слезы: - Конец, дорогие... Мы победили...'
Что-то произошло. Что-то случилось. С воздухом, с дымной завесой... Слезы размазывают реальность: 'Возвращайтесь домой...' Судорожно вздрагивает грудь и рыданье плескает наружу: 'Простите меня, дорогие мои - за все...' Дым и пыль вокруг все яснее принимает очертание воинов на лошадях - огромного количества воинов...
Крупные слезы мешают видеть - вытирает ладонью глаза: 'Идите домой... Мы победили...' Всхрапывает чья-то лошадь, брякает чья-то сбруя...
И вдруг неожиданно - прямо над головой, сквозь облака - проглядывает первый луч восходящего солнца... Самый первый луч - высвечивая барханы, песок... и призрачное воинство... Другая реальность. Другое осознание действительности - человеческий мозг может все...
Доносится звук военного горна... Первый всадник вскидывает руку в воинском приветствии - и трогает лошадь... В луч солнца - наверх... Следующий, еще и еще... И вот уже по солнечной дороге тесными рядами уходят все - отдавая воинскую честь своей принцессе...
Душат слезы, он без сил опускается на землю - плечи дрожат от слабости... Кто-то ощутимо погладил волосы - он поднимает лицо... Колышется в утреннем свете призрачная Рада - у нее тоже на щеке слеза... И Анна, и Тина, и Лимм... Рада наклоняется и целует в щеку - он чувствует горячее дыхание... Следом подходят остальные... Слезы не останавливаются - он постоянно вытирает рукой... Подруги улыбаются, поднимают на прощанье ладошки - и исчезают в солнечном свете...
Тишина... Клубятся тучи над горизонтом - но ширится солнечное окно над головой...
Он всхлипнул и уткнулся в песок...
Это было? Или все бред воспаленного сознания...
Он не размышлял. Не думал. Душа успокоилась, отпустило сердце - как будто с плеч свалился огромный незримый груз... Всхлипнул последний раз и поднялся. Оглянулся вокруг - удивительно, но лошадь не убежала. Спокойно паслась неподалеку - выискивая среди песка стебельки пожухлой травы...
Все. Теперь он может предстать перед судом... Он готов дать ответ.
Он не знал - что от него ждали совершенно другой ответ...
Как и то, что только что остановил райгорн.
И еще - это видел весь город...
34
Илл долго всхлипывала, глядя в ночное окошко... Если бы только все вернуть назад... Никогда бы не отпустила - не отпустила, и все... Еще там, дома - на вокзале. Пусть бы собралась вся семья - приняли общее решение... Зачем последовала внутреннему порыву? Все из-за боли и жалости...
Бог мой, девочка - где ты? Может уже арестована, может уже в темнице... Может, даже пытают - а она... Боже, это же Элла - будет держаться до конца - ни за что не выдаст Лихву... Не надо, солнышко - не надо боли, - скажи им... Ты ни в чем не виновата - не надо брать на себя груз... Я уже завтра предупрежу - уедут, скроются, - не впервой... Сумбурные, мечущиеся мысли...
Она сама не заметила, как положила голову на руки и уснула... И увидела.
Как взгляд со стороны - с полным осознанием, и полным отчетом - но невозможностью хоть что-то изменить. Волнующийся народ - шум, гвалт... Распахиваются двери дворца - она. 'Ваше высочество! - что делать?'
Илл увидела. И не поверила своим глазам...
Все внутри сжалось, в единый маленький жгут - чушь, глупость, видение... Это же Элла - она прожила рядом почти год - крутила шурупы в мастерской, хохотала на взбалмошной Леей, ходила на свидания... Знакомое до мельчайшей морщинки лицо: 'Это ваша земля... Вы знаете, что должны делать...' Тысячи раз слышимый тембр...
Она ревела, прямо во сне, заливая подоконник слезами. А сознание со злорадным удовольствием подсовывало забытые 'мелочи' - глубокий психический шок, после знаменитого боя... 'Бог мой, Элла... Почему? Почему-почему... Почему ты ничего не сказала...' Он ревела, прямо во сне - всхлипывая, и глотая соленую боль... Тихая молчаливая девушка, ставшая сестрой... Подметавшая большим веником двор, учившаяся водить машину, тащившая огромные пакеты с магазина...
'За Архелай!!' Топот тысяч коней - сверкающие клинки, прижавшиеся к гривам воины, дикий азарт боя - огромный несущийся клин... И легкая всадница на белом коне - впереди всех, ветер колотит волосы за спиной... 'За Архелай!' - все быстрее и быстрее - сильнее и сильнее...