Страница 32 из 98
Сергей потерялся окончательно.
И закрыл глаза. Чтобы не видеть совсем несопостовимое. Генерал Арман - оказывается тоже может плакать...
Глубокая ночь.
Райпер пискнул и выдал на экране группу знаков. Ожил встроенный шифровальщик - пополз тонкий листок текста...
Дежурный открыл глаза, и потянулся прямо в кресле. Зевнул, и вытянул листок. Прочитал, побледнел и вскочил с кресла. Еще раз перечитал, потом еще...
Нагнулся к райперу и забарабанил по клавиатуре пальцами: 'Это шутка? Прошу подтверждения предыдущему сообщению...'
Ответ не заставил долго ждать: 'Вы что, все сговорились? Всем сразу - подтверждаю'.
Дежурный сломя голову вылетел из комнаты - жалобно скрипнула распахнутая настежь дверь...
На столе остался белый листок бумаги, всего лишь с парой строк: '...числа ....времени принцесса Элита Энтийская вывела людей из зоны энтропии. 15 тысяч человек, почти в полном составе..."
Можно было не добавлять, что за спиной люди оставили более 700 миль зыбучих песков.
И еще... Раз и навсегда была доказана потомственность Аралорда. Самым циничным скептикам...
18
Это как сон...
Никто не спал в эту сумасшедшую ночь. Всюду полыхали костры, всюду раздавался смех и визг детворы. Всюду оживленные разговоры, буйные споры и частые слезы... Мутный перегон лился рекой. Но никто не пьянел в эту ночь.
Жизнь вернулась на землю. Фея взмахнула прозрачным крылом, глубоко вдохнула - и до отказа наполнила жизнью умирающий город. Настоящей, реальной земной жизнью. Вздохи, споры, воспоминанья, фантазии и мечты...
Агрегат в кабинете генерала не умолкал ни на минуту. Со всех концов беспрерывно шли буйные поздравления, предложения и анализ перспектив. Арман давно бросил читать - завтра разберутся секретари...
Сергею определили самый большой и просторный дом. Сцена в подземелье повторилась - за полчаса загрузили самой лучшей мебелью и вещами. Он на свою голову поинтересовался у бойцов: 'Где-нибудь можно помыться?' Тело просто молило смыть въевшуюся пыль пустыни...
С места сорвалось чуть ли не пол-лагеря. И за несколько минут залили горячей водой не только огромную кадку в соседней комнате - почти весь дом. Как сон. Как нереальная, неправдоподобная сказка...
Но и сказка имеет свои побочные эффекты. Утром Сергею предложили одеться...
Сначала Рада. Сергей до хрипоты доказывал - 'условия полевого лагеря - лес, и прочая...' Рада была неумолима. Как только она умудрялась совмещать любовь, уважение и бетонную неуступчивость?
Подруга вызвала на помощь целую когорту женщин, во главе с супругой генерала. Оказывается, вместе с ним через пустыню шло немало благородных дам. Получилось масштабное наступление по всему фронту: 'Ваше высочество, на вас ровняются все! Вы показатель жизни - всего, что представляем сейчас! Кем являемся, как думаем, чем дышим! Пожалуйста, дайте людям радость, тихий вздох счастья...'
Сергей в сердцах махнул рукой и сдался. Он всегда проигрывал в спорах с женщинами. Его нарядили в элегантное платье. Красиво заплели волосы. Навесили драгоценности...
Снова - тоненький капрон и туфли на высоком каблуке. Снова - подчеркнутое изящество, миниатюрная талия и плавный овал фигуры. Снова - вызывающая женственность в зеркале...
Все замирают в восхищении. Сергей - в угрюмом молчании.
Когда дамы исчезли за дверью - он уселся за стол и отвернулся от Рады. Обиделся. В одну из терзающих ночей в пустыне, когда казалось - никто больше не увидит утра... Он все рассказал девушке. Это оказалось легко. Подруга внимательно слушала и всю ночь переживала рядом. Но... Кажется - так ничего и не поняла.
Рада сидела и не спускала влюбленных глаз. На нее просто невозможно обижаться...
Негромкий стук в дверь: 'Ваше высочество? Все готово...'
Что готово?
Он удивленно повернулся к девушке: 'Что готово?'
Воздух снова дрожит - на этот раз от приветственного рева...
На огромном расчищенном поле - весь народ. Четкие квадраты военных коробок, стройные когорты и минипулы. Ровные ряды женщин и детей. В центре поля - группа старших офицеров и генерал Арман. Содрогаются небеса - пространство почти вибрирует...
Сергей идет к центру, все больше краснея и вжимая голову в плечи... Он не привык... Не привык быть в центре, не привык к такому вниманию...
Группа военных кланяется и расступается - он останавливается перед народом. По ровным рядам людей пробегает быстро наступающая тишина...
Он должен что-то сказать. Все ждут с замиранием...
'Я не буду много говорить... - со всех сторон полетело перекликающееся эхо, встроенные микрофоны разносят волнующийся голос. - Потому что... все понятно и так. За нашими спинами - путь... Тяжелый, смертельный путь... И память... Память о тех, кто не может встать рядом... - в рядах полная тишина. Можно за милю услышать писк комара. - Все понятно и так. Каждому. Но... - он вдохнул поглубже - слова сами шли на ум. - Впереди - тоже путь. Больше нет смысла думать и метаться по сторонам - дорога ясна, как день. Без поворотов и перекрестков. Дорога к переменам. К возрождению. К собственному миру. Где больше никто не укажет - как жить, и что делать. Как и завещано истоком - все определит совесть... - народ внимает. Народ не дышит. Не отрывает глаз. Сергей снова делает глубокий вдох. - К Архелаю! И великой Энтии...'
Всего лишь пара слов.
Небо готово разорваться на куски. Сергей еще не знает, что часто - совершенно ненароком... касается самых старых традиций древнего народа...
Сергей задумчиво сидит на траве, обхватив колени руками. В платье - самая удобная поза...
Гоморра. По-прежнему метет мутным дымом. Завывает ветром и смутными шорохами в глубине. Сюда по-прежнему приходят люди. Правда, заметив принцессу - вежливо держатся на расстоянии...
Не все. Чуть слышный шорох - сзади шею обхватывают маленькие ручки: 'Привет!' 'Люка!' - шипит за спиной сердитая Рада. 'Люка!!!' - испуганный голос Айт в стороне...
Сергей улыбается, хватает мальчика и тащит себе на колени: 'Привет...' Сердце сжимается - вспоминается опухшее личико Жуки...
'Как ты?' 'Здорово! - мальчик захлебывается от восторга. - Вообще... Папа подарил дротт! Настоящий, спортивный! С тетивой и ноо-прицелом! Ирван обещал научить стрелять... Хочешь с нами?' 'Люка!!!' - изо всех сил шепчет перепуганная Айтт...
'Привет!' - Сергей улыбается, снимает мальчика с колен и поднимается. И тут же замолкает - рядом с мамой Ирван... Неловкая пауза - Сергей глупо молчит. Парень начинает бледнеть: 'Ваше высочество... Я что-то сделал не так?'
Сергей не выдерживает: 'Простите... За Жуку...'
Парень приходит в себя: 'Ваше высочество... Спасибо - за Жуку'.
Сергей тяжело вздыхает и гладит по головке маленького братика. Айтт прячет слезы...
Позже, дома - Рада рассказывает о последних словах мальчика. У Сергея больно щемит сердце... 'Мама, почему ты плачешь? Я на руках у сестры... А она - сама принцесса! На небе все умрут от зависти...'
Детская непосредственность и святая доброта... Не видит боль несправедливости - только хорошее...
Снова осторожный стук в дверь: 'Ваше высочество! Все готово, вас ждут!'
Сергей удивленно оборачивается: 'Опять?!! Что готово?'
Гневно разворачивается к Раде, уперев руки в бока: 'Что готово?!! Сколько можно...'
Рада только пожимает плечами и молча улыбается. Не отводя бессовестных глаз. До него не сразу доходит - нахальная бестия им натурально любуется! Сверкающие в гневе глаза, руки на бедрах, вздымается и опускается грудь...
Выдохнул, крякнул в сердцах, сжал кулачки и застучал каблуками к двери - вот заразы! Рада сзади аж взвыла от восторга - Сергей только закатил глаза... Злодеи все чаще и чаще вынуждали чувствовать себя настоящей девчонкой...