Страница 258 из 309
Искомый скандальный вагон всё еще находился там, вот только никакой новой информации по делу от его детального обследования не прибавилось — ремонтники уже сорвали всю повреждённую обшивку и закрыли прореху свежими некрашеными досками. Только что покрасить не успели. Последний обломок со следами «внешнего механического воздействия крупного животного» (именно так умники и написали в протоколе осмотра единицы подвижного состава, Донцов тут же приказал эту белиберду уничтожить) валялся в углу вагоноремонтной мастерской и Андрей даже распорядился отправить его на анализ в спецлабораторию, заранее зная, что покажет генетическая экспертиза — ничего. Плод фигового дерева, лист от него или то, что кроется под ним… Спецы в третий раз уклончиво скажут ему, что идентифицировать образцы тканей с каким-то земным животным просто невозможно. Скажут про еще недостаточную развитость на Таймыре этой наукоёмкой отрасли, нехватку опыта подобных сравнений и отсутствие общего банка данных.
Думай, Донцов, что хочешь. Но руководству потом исправно докладывай!
А что именно докладывать прикажете? Что таинственные агрессивные существа-призраки, периодически появляющиеся в разных заповедных и не очень уголках Таймыра — пришельцы с другой планеты, домашние животные зелёных пилотов и пассажиров летающих тарелок? Или это плод дьявольской хитрости, происки исламских террористов, выводящих на погибель мировой цивилизации новые виды боевых суперживотных? Или про достижения спецслужб России, Китая и США? Нет, так не скажешь. Начальству будет нужен продуктивный доклад, цельный контент, отражение системного подхода и грамотного анализа. Отрадным было лишь то обстоятельство, что никто пока у Донцова такого доклада не требовал, п р о б л е м а еще не вышла на общественно значимый уровень.
Лиха беда начало, скоро выйдет, Донцов это нутром чувствовал.
Еще несколько случаев, еще парочка пропавших или сошедших с ума людей и все — получите резонанс во всё горло. Пока что складывалось так, что во всех зарегистрированных и подтвержденных свидетельскими показаниями случаях нападений или появлений ни разу не участвовал в качестве объекта какой-нибудь видный общественник, политик, магнат или хотя бы начальничек среднего звена. Подсознательно Донцов даже ждал такого случая… То ли потому, что хоть тогда можно будет ресурсы официально выделить, то ли потому, что он уже просто устал стыдиться этой диковатой фантастической темы! Как оно вам: «КГБ в погоне ха зелёными чертями»?
По-хорошему, надо бы пересмотреть множество глухих дел о пропажах в тундре.
Вот, к примеру, один из прошлогодних. Девочка десяти лет пошла от лагеря, где стояли две семейные палатки, к ручью. Пропала на небольшом участке в восемьсот метров, Донцов специально замерял по карте. Никаких там скал нету, никаких чащоб. Ручей — одно название, так, ручеёк — вообще без глубины… Местность такова, что заблудиться просто невозможно, да и не могла она бы далеко уйти, её хватились достаточно быстро. Семья останавливалась тут пикниковать пятый год подряд и пропавшая отлично знала ориентиры. Медведь там никогда не появлялся, да и следов не нашли. Похищение? Если бы это произошло на материке, то версию поставили бы в первые ряды. Но тут, в тундре, на Таймыре… Какие похищения, кому это может быть надо в тундре?
Опергруппа Олега Астапова занималась именно этой проблемой.
Кроме него, в ней было трое, кого уж смогли отрядить из отдела: две девчонки на стажировке и почти что заслуженный пенсионер — ветеран Куликин по прозвищу «Кулибин», технарь от бога, да поработается ему на этом свете подольше. Большего штата пока не предусматривала оперативная обстановка. Тем не менее, ежемесячный меморандум, составленный Астаповым на базе всех имеющихся фактов, слухов и домыслов факты, говорил за то, что скоро во всех инстанциях начнется большая буча. Ничего…
Пусть теперь и другие голову поломают.
А где, скажите, Донцову оперативный состав взять? Тут ведь еще треплет нервы работников всего департамента и отнимает людской и технический ресурс гадский Пантелеймон Ягельник со своей камарильей! Арестовать бы их всех единомоментно, да выслать к… чёртовой матери (кстати, действительно, а куда выслать?) — вот первая и естественная мысль любого силовика! Нигде эти туареги не прописаны, не зарегистрированы, жилья нет, официального места работы нет. Увы, это были только мечты.
Просто так пантелеймоновцев не арестуешь, не пришьешь и не свяжешь. Нет никакой такой «прописки» в Конституции. Нет и всё.
— Мы не живем в городах и посёлках, они нам не нужны, эти ваши квартиры и детские сады. Нам нужно то, что вы забросили! Вот пустынные территории вокруг Путоран, они вами не заняты, не обжиты. Тут кто-то еще живет, кроме наших общин? Ах, нет? Ну и славно. Мы кому-то мешаем? Не мешаем… Обязательное требование ко всем непременно жить исключительно в официально зарегистрированных населенных пунктах есть в нашей Конституции? Нету. Хотите налоги от нашей микроскопической коммерческой деятельности собирать — берите, сами придумывайте как. Нам наших копеек не жалко. Что? У нас своя вера? Да, но это нормально. У вас-то вообще никакой нет. Мы не экстремисты, не террористы и не предатели Родины. Так что отвяньте.
Примерно так говорил Пантелеймон, и никакой уголовщины в его словах не было.
Безусловная харизма лидера, совершенное знание местных законов, федеральных уложений и Конституции, что обеспечивали ведущие адвокатские конторы, неизвестное широкой общественности, но эффективно действующее лобби адептов натуропатского образа жития и сектантская замкнутость пантелеймоновских общин, постоянно ожидающих проявления Вселенского Мемополя делали их малоуязвимыми. Их разве что за незаконный оборот драгметаллов прихватить можно. Может быть, так и сделать? Только вот оборот еще доказать надо, а воя не оберешься.
Сам себе Андрей Донцов неохотно признавался, что в процессе вынужденных поисков «сказочных чудищ» он испытывал какой-то давно уже забытый детский «завод», азарт. Полковником овладела жажда сногсшибательного результата.
Последний раз такое с ним было, когда Донцов вместе с Лапиным и Сержантом мыл золото. Первый раз в жизни, и, как уже ясно, последний. Мыл просто ради интереса. Нормальное мальчишество, — закостеневшему в кабинетах оперативнику просто захотелось попробовать вкус новых острых ощущений. Добавить перца в кровь, что ли… И это в том возрасте, когда родная жена обнаруживает на его голове уже не один седой волосок в неделю, а целую прядь.
Эх, как же хорошо им там жилось! Конец июня расцветил предгорья Путоран в зеленое, было уже совсем тепло, хоть загорай, но лед с озер еще сошел не весь. А потому и катер пока сюда не проходил. И вертолетом-то они тогда забрасывались специально — подальше, чтобы не побеспокоили рыболовы-катерники, хотя мало кто в последние десять лет отчаивался добираться сюда по воде. Далеко и дорого. Но именно безлюдье нашими искателями приключений и приветствовалось. Золото мыть — это вам не гербарий собирать. Разный народ может попасться на узкой старательской тропе, и народ этот может по-разному отреагировать, обнаружив такой заманчивый промысел. «Золотую лихорадку» пока еще никто не отменил. И пулю подарят, и пику.
Ласковое было время года, уютное — когда зелени уже много, а комара еще мало.
Смотришь вдаль — видеоряд перед глазами просто монументальный. Километровые горы жутковато нависают серо-белыми шапками еще не сошедших ледников, мерный гул водопадов временами прерывается грохотом лавин и всесокрушающих селей, летящих по тесным ущельям горных речек. И не одной живой души вокруг! Они отдохнули просто здорово. Непонятная и притягательная синергия созидательного труда в совокупности с полным непониманием значимости и вообще нужности материального итога… Но Донцов тогда плюнул на логику. Не все в этой жизни надо делать, исходя из рациональных устоев современного мира.
«Интересно, а парни вспоминают о том случае? — размышлял Андрей. — Или всё затмили последующие приключения? Я ведь далеко не всё им рассказал… Я ведь именно тогда кое-что на этом любительском «прииске» увидел — жуткое, инфернальное, давшее т о л ч о к, заставившее посмотреть заново на происходящее. Ну да ладно, расскажу еще, всему свое время».