Страница 7 из 59
Это заявление несколько охладило пыл воительниц. Зал замер.
– А с сохой кто ходить будет? – подала наконец голос Алфея. – Боевые наряды, опять же… Самой, что ль, стирать? Я против!
– Предлагаю перенести резервацию со слабым полом на Верен, – внесла предложение Антиопа. – Остров прекрасный. Рукой подать. Всего три мили. Великолепные пастбища. Куча коз… – Амазонка на мгновение запнулась. – Прогоним Полифема – и все дела!
– У нас с ним пакт о ненападении, – покачала головой Пантейя. – Не имеем права.
– Какие права! – возмутилась Антиопа.
– У нас договор.
– Мне кажется, – мягко мурлыкнула Зирка, – договор слегка устарел и не соответствует историческим реалиям.
– Каким еще реалиям?
– Нынешним, – улыбнулась Зирка. – Нам, понимаешь ли, срочно нужен остров.
– Кроме того, Полифем на твои договора давно положил! – подлила масла в огонь Антиопа. – Вчера плывем себе спокойно, никого не трогаем, а эта орясина как даст камнем! Чуть галеру не потопил.
– А что вы делали в его территориальных водах? – насторожилась Пантейя.
– Кто сказал, что в территориальных? – сделала невинные глаза Антиопа. – Мы были в нейтральных…
– Ха! Так я и поверила!
– Лосомоном клянусь! Да чтоб мне век на кухне стоять!!! – Подружка царицы врала так искренне, что Пантейя засомневалась.
– Как же тогда он до вас камень добросил?
– Со злости, наверное, – пояснила Антиопа. – Ой! – Амазонка зажала себе рот, сообразив, что ляпнула лишнее.
– Та-а-ак, – протянула царица, – туман рассеивается. Что делали у циклопа? Колись, колись давай!
– Ну… праздник скоро… – смутилась амазонка.
– Что дальше?
– Надоела эта рыба! Во где сидит! – Антиопа чиркнула себя ребром ладони по горлу.
– Козлятинки захотелось… – понимающе кивнула головой царица.
– Угу.
– А дикой козлятинки на Верене не водится. Вся такая ручная… домашняя… Бедный Полифем ее пасет, трудится в поте лица своего… И как это он вас на суше не заловил?
– Пытался… – вздохнула девица, стараясь не вдаваться в подробности.
Однако отвертеться не удалось. Дальнейший разбор выявил следующую картину. В налете на владения бедного Полифема участвовала не только ватага Антиопы, но и команда ее закадычной подруги Алфеи. Полифем честно пытался отбить свои стада, но, получив от Антиопы в глаз, вынужден был взять тайм-аут на перевязку. Пока он бинтовал голову козьими шкурами, лихие амазонки нагрузили корабли мемекающим мясом, отплыли от берега и начали дразнить ослепшего циклопа, мечущегося на берегу. Сообразив, что нахалки ускользают вместе с добычей, Полифем стал кидать камни на голос, чуть не потопив при этом одну из галер. Амазонки так разобиделись, что не поленились вернуться обратно, добавили бедолаге еще на орехи, загнали в пещеру и завалили ее камнями.
– Так он же там теперь помрет! – ужаснулась царица.
– Что мы – звери? – надула губы Алфея. – Мы ему там гостинцы оставили. Одного козла и четырех козочек… на развод. И пещеру не доверху завалили, чтоб не задохся…
– Что мне с вами делать? – расстроилась Пантейя. – Ладно. Проехали. Мясо – это хорошо. От устриц меня и саму уже тошнит.
Участники авантюрного рейса перевели дух.
– Так что с Вереном? – осторожно спросила Зирка.
– Придется колонизировать, теперь уж ничего не поделаешь.
– А Полифем?
– Что Полифем? Репатриируем на Торо. Там джунгли. Дичи много. Или на Азор. Поближе к горам. Там овечек полно. Вашего гостинца ему надолго не хватит. Не успеют его козочки расплодиться. Совести у вас нет, девки! Один циклоп на всю Эвританию, а вы…
Амазонки смущенно молчали.
– Ладно, переходим к главному вопросу – праздник Луны. Ваши предложения?
– Предлагаю в честь праздника, – выскочила вперед Фетида, – укоротить юбку еще на одну ладонь.
– Так их от пупка всего три! – осадила Пантейя самую юную участницу совещания. – Куда ж дальше-то?
– Тогда давай внесем в наш боевой наряд дополнительные рюшечки! – не сдавалась воительница.
– Это где? – спросила Пантейя, недоуменно оглядывая Фетиду.
Весь наряд юной амазонки состоял из короткой зеленой юбочки прочного валлонского шелка, меча, притороченного к поясу, узкой полоски той же зеленой ткани, играющей роль бюстгальтера, элегантных сандалий, сплетенных из липовой коры и отдаленно напоминающих лапти.
– Я думаю, вот сюда надо прилепить бантик… – ткнула Фетида себя пальчиком чуток пониже спины.
– А как на коня садиться будем? – возмутилась Алфея. – Помнется! Нас же враги потом засмеют!
– А ты что, задом их встречать собираешься? – уперла руки в бока Фетида.
– Резонно, – поддержала ее Пантейя. – Врагам нашего тыла не видать, а бантик потом и погладить можно.
– А еще, – расцвела Фетида, – такой же бантик можно пристроить на две ладони пониже пупка.
Пантейя старательно отмерила на себе две ладони и задумалась. Амазонки замерли в ожидании высочайшего решения.
– Эх! Гулять так гулять! – махнула рукой царица. – Прилепим и сюда!
Амазонки от радости запрыгали, как девчонки, оглушительно визжа. Пантейя невольно позавидовала подругам. Ей самой только что стукнуло восемнадцать. С каким наслаждением она бы попрыгала сейчас с ними вместе… Однако нельзя. Должность не позволяет.
– Требник! – потребовала царица. – Завершим совет божественными строками нового пророка.
– Трактат… – поправила Пенелопа, подавая царице пухлый том.
– Явная опечатка! – не терпящим возражения тоном отрезала Пантейя, нежно поглаживая кожаный переплет священной книги, на обложке которой было начертано:
«САРКАТ
1000 недостатков мужчин, или За что женщины называют нас самцами»
Амазонки и не подозревали, что их пророк находится совсем рядом. Буквально в двух шагах – по меркам Эвритании. А именно в спальне Пантейи – царицы амазонок.
Саркат упорно полз по знойной шелковой пустыне. Иссушенное тело отказывалось служить. «Где-то здесь должна быть вода, – навязчиво стучало в голове, – надо рыть!» Изнемогающий путник как раз забрался на вершину холма, накалившегося до малинового цвета. Спускаться вниз уже не было сил. «Буду рыть здесь, – решил философ, – в низине я уже все пропахал».
Эластичная корка проминалась под руками. Земля не хотела открывать свои недра. Однако Сарката этим трудно было смутить. Он прибегнул к уже неоднократно испытанному в низине приему: собрал неподатливую корку в кучу, вцепился в нее зубами и душевно рванул. В воздух взметнулись белоснежный пух и перья. Подушка отлетела на середину необъятной кровати, а опальный философ сверзился вниз.
– Пещера! – радостно прохрипел умирающий от жажды путник.
Уж там-то на стенах точно должны быть капельки воды. Он их все слижет! Ни одной не оставит!
Откуда только силы взялись! Не прошло и часа, как спецагент Дельгийского ордена оказался под ложем царицы амазонок.
6
Тем временем мелкие пакости зловредного бога начали сыпаться на голову бедного «героя». Первая пакость материализовалась в виде каравана невольников, который подошел к последнему перевалу на пути к ристалищу уже на закате.
– Привал! – скомандовал Давлет, слезая с коня. – Здесь заночуем. Наргиз, бери свой десяток и обнюхай все вокруг.
Вымотанные изнурительным дневным переходом, рабы, гремя цепями, опустились на землю. Засуетились слуги, разбивая походный лагерь.
– О чем задумался, Хагар? – хлопнул по плечу брата Давлет.
– Тихо… – поднял руку сутулый старик. И без того худое лицо его заострилось еще больше. Ноздри длинного крючковатого носа нервно подергивались.
– Ты что-то чуешь? – встревожился хозяин каравана. Рука его потянулась к рукоятке меча.
– В том-то и дело, что ничего. Абсолютно ничего… Так не бывает! Никаких следов магии. Даже маленькой, слабенькой паутинки нет, словно…
– Что – словно? – подался вперед Давлет.
– Словно кто-то высосал ее всю отсюда… и продолжает сосать. Иначе фон бы появился.