Страница 102 из 120
- Спокойно,- лежа на земле, уверила я всех присутствующих,- сейчас я подниму ветер, и все унесет.
- Спасайтесь! - раздался визгливый голос Гуляя, и нас едва не стоптало стадо нечисти.
Я втянула голову в плечи, а Велий только сплевывал и грозил мне пальцем:
- Юмор у тебя, Верелея, как у нечисти.
- Я не шучу,- обиделась я.
- Вот в том-то и беда.- Он сделал рукой неуловимое движение, от которого воздух сразу очистился.
Мужичонка с лопатой наконец отмер и потерянно пробормотал, тыча черенком в будущий котлован:
- А землица теперь рыхлая, хорошо пойдет.
- Вон она! - визгнул голос из-за угла Школы. Все, кто сбежал, теперь робко выглядывали, выставляя вперед дубье и ухваты.
- Бежим! - не задумываясь, дернул меня за шиворот маг, и мы под улюлюканье нечисти припустили в сторону Вежа.
От земли отмылись в речке, успокоили нервы у Никодима, а потом как-то незаметно добрели до цирка. Только я увидела шатер, как вспомнила про эту интриганку, которая ославила меня. Забыла про представление и стала строить планы мести, но кроме бритья налысо и плова из баранины в голову ничего не приходило.
- А не желаете ли приобрести забавные истории из жизни некой рыжей баловницы? - пристал ко мне лотошник, игриво улыбаясь.
- Ты на что намекаешь?! - заверещала я, любуясь целой горой безобразия явно не Степановой руки.
Велий сгреб меня в охапку, прижал к сердцу как родную, велел парню бежать куда подальше, пока он меня держит, и впился поцелуем в мои губы.
Ушлый лотошник только глянул на нашу парочку, как сразу припустил со всех ног, однако я успела пожелать ему вслед, чтобы пояс на штанах лопнул.
Стоило опуститься ночи на Княжев, как к ставшему знаменитым шатру нечисти подошел грустный парнишка в потрепанной мантии мага.
- Привет, родной,- подмигнула ему овечка.- Чего-то ты припозднился, мы уж закрылись сегодня.
И в самом деле, в лавках уже погасили огни и закрыли ставни. Два-три припозднившихся управляющих еще сидели, подсчитывая выручку, но уже ни о каких посещениях речи не шло.
- Завтра заходи,- хлопнул по спине мага Зоря.
- Ходют тут всякие,- проворчал Гомункул,- а у нас потом вещи пропадают.
Бельчонок угрюмо чистил свою хрустальную хоромину, растирая уставшую челюсть и с недовольством попинывая изумруды.
- Ты добром-то не раскидывайся,- попеняла ему овечка.- Тебе еще эти изумруды всю ночь в скорлупу обратно заклеивать. - Она повернулась к магу и стала ласково подталкивать его к выходу. - Завтра приходи.
- Завтра я не могу,- гундел парень.- Меня сегодня отправили. Велели вам больше пасквилей про рыжуху не писать.
- Кто? - выпучила глазки овечка.
- Дед Пихто! - послышался из темноты зловещий голос.
Вонифатий поник плечами, но все-таки вынул жалейку, привычным жестом вытер ее об рукав и, сочувственно глянув на овечку, вздохнул:
- Ну идите уж.
- Куда?! - не поняла овечка.
Но тут ее ухватили за хвост и, бесцеремонно подтянув, подняли над землей:
- Ну что, станцуем, кудрявая? - ухмыльнулся смачно пованивающий дерьмобес.- Какие наши годы!
Овечка закатила глаза и тонко заверещала:
- Грабют!
- Ну поцелуй меня, поцелуй,- домогалась Велия подушка, ставя толстенькие с пуговками ножки крестиком. Маг отбивался от нее, пытаясь вырвать штаны:
- Верелея, прекрати эту дурь!
- Ах, ты меня не любишь! - заламывала пуховые ручки подушка.
- Он меня лю-убит,- прижималась к ноге холодная водяная девушка, вызывая мурашки.
- Какая ж дрянь, дрянь,- брезгливо дергал ногой Велий.
- И кто же вас так учил с девушками обращаться,- укоряла Велия, стоя на краю стола, голая мышка.
- Ты-то хоть не умничай! - огрызнулся маг на нее, вырывая свои штаны из лап подушки и понимая, что вот так и сходят с ума. Отражение в зеркале ковыряло зубочисткой в зубах, уже не надеясь на сон. Велий рыкнул на них на всех и вывалился в коридор, зловеще пообещав:
- Щас я тебе задам! - и ринулся по темному коридору, рискуя посшибать стремянки и корыта. Водяная девушка, словно русалка, преследовала его, ныряя в одно ведро и стремительной рыбкой выныривая из другого. Голая мышка услужливо освещала фонариком дорогу.
- Вон, вон он, с лубочной картинки! - перешептывались тени на стенах и замерли, когда он распахнул дверь моей комнаты.
Защелка, тренькнув, отлетела в сторону, но я так умаялась, что не обратила внимания на это. Голая мышка вскарабкалась по одеялу и, встав мне на грудь, склонилась, рассматривая мое личико и так и этак. Первый раз видела себя со стороны. А что, очень даже ничего. Рыжие волосы разметались по подушке, а на лице проказливое выражение.
- Верелея,- позвал меня маг с затаенной надеждой, что я все-таки притворяюсь.
- Да ну ее! - захихикала водяная девушка.- Пошли обратно. - Многозначительно подмигнула, мол, я тебя дома жду. И прямо с порога скакнула в кувшин, наполнив его до краев водой с разводами от олифы, извести и краски. Голая мышка хмыкнула и демонстративно прошла мимо него в коридор, волоча следом фонарик.
- Дурдом,- заключил маг, оставшись в полной темноте. Зажег магический огонек и, как только что мышка, склонился к самому моему лицу. Только час моей дремы кончился, и я уже беспробудно спала.
Утром я его нашла на Алииной кровати в штанах, без рубашки и с грязными босыми ногами.
- Ешь.- Я пододвинула Велию окрошку.
- Не буду.- Он отодвинул тарелку обратно, квасная волна ударила в высокий бортик.
- Ешь! - велела я.
- Нет, пока не скажешь, что это твоя работа.- Он с противным скрипом пододвинул тарелку мне обратно.
- Стану я сейчас на себя наговаривать! - Я подняла тарелку и со стуком поставила ее перед магом.- Ешь.
Он посмотрел с ненавистью на окрошку и с подозрением на меня:
- Ну а если не ты, то кто?
- Дед Пихто! - вызверилась я, хватая кухонный нож.- Я ему тут, понимаешь, зелень рубаю, а он выкобенивается! - Я стала мелко резать беззащитные перышки лука.- Я ему тут завтрак в постель, а он орет, как на жену! Иди у мелкой нечисти спроси, наверняка Гуляева свора веселится.
Велий сразу поостыл, задумчиво потирая челюсть. К Гуляю он сбегал в первую очередь, прямо с утра.
- Ну а если не ты, то кто же? - опять повторил он.
- Откуда ж я знаю? Может, в тебя блазница или баечница влюбилась. Или, наоборот, невзлюбила за что-то.
- За что же меня не любить? - надулся Велий.
- Да характер у тебя мерзкий.- Я ссыпала ему лук в тарелку.- А может, занимаешься по ночам чем-нибудь непристойным.
Велий вспыхнул от гнева, схватил ложку и начал усиленно хлебать мое кушанье. Съел половину и только тогда успокоился:
- Я, между прочим, по ночам занимаюсь вычислениями. Ты же пообещала объем работ сократить? Обещала. К тому же еще поисковые заклинания. Лубошников ведь надо как-то найти.
- А-а,- протянула я.- Все понятно, нарвался.
- На кого нарвался? - Велий перестал жевать.
- Ну как же?! - Я вытаращилась на него, как на первокурсника.- Великий дух, хранитель Школы Архона. Он же во время учебы нерадивых наказывает, а прилежных поощряет, а летом у него каникулы.
- И что? - спросил Велий, нисколько, впрочем, не веря в мои россказни.
- Все. Ты ему отдыхать помешал.
- Я - наставник, я имел право заниматься.
- В комнате ученика? - снисходительно усмехнулась я.- Сам подумай, двадцатидвухлетний парень кропает формулы, тревожит Великого духа…
- Умней ничего не могла придумать?
- Ну-у, умнее провести обряд задабривания, но ты, конечно, можешь мне не верить. По глазам ведь вижу, что не веришь.
- Кому? Тебе? - Маг хмыкнул, но на всякий случай все-таки поинтересовался: - Ну и как его проводить? Наверняка ведь дурь какая-нибудь.
- Конечно, дурь, это же обряд для учеников, к тому же бесовской Школы. На мелких злыдней ты внимания не обращай, их нужно просто ублажить, и они сами рассосутся, а вот с Великим духом тяжелее. Тут уж надо ублажать так ублажать. Весь мусор, тетрадки, книги и одежду, все, что было в тот день рядом с тобой, на столе, под столом,- сжигай. Лучше перед этим упиться хорошенько, а если голым вокруг костра станцуешь, то это уже верх ублажения, считай, он тебе сразу все простит. Да, чуть не забыла,- гимн! Надо обязательно петь гимн. Сейчас я тебе набросаю.