Страница 101 из 120
- Да ладно тебе, Воня.- Я плотоядно облизнулась на фон Птица.- Кто мне лекциями спать не давал?
- Эй, уйми свою дылду! - закричал Мефодий, но уже знающий мои повадки Вонифатий достал из кармашка жалейку и замер в ожидании моей коронной фразы.
- Ну что, станцуем?
Порезвившись еще немного там и сям, я наконец совсем уже собралась заснуть по-настоящему, так нет же, Велий отвлек скрипом пера.
- Так, если коэффициент расширения взять равным хотя бы пяти… - Он задумался над многоэтажной формулой, глядя в потолок. Я тихонько подула ему в нос, и на него неодолимо навалилась дрема, с которой он, однако, мужественно боролся и вздрогнул, когда подушка на кровати, жалобно потянувшись к нему уголками, прошелестела:
- Велий, Велий, согрей меня, обними…
Он вскрикнул, вскакивая и опрокидывая стул.
- Вот, господин маг,- осуждающе склонила голову на столе голая мышка,- дозанимались? Уже голые мышки мерещатся.
Он недоверчиво тряхнул головой и оглядел притихшую пустую комнату. Пусто и тихо. Только вода в стеклянном кувшине подернулась рябью, обернувшись жеманной обнаженной девицей.
- Ах, как я стесняюсь, как я стесняюсь,- вертелась кокетка, - подайте мне полотенце! - И фыркнула в него водой.
- Кто здесь? - утер лицо маг, хлопая глазами.
- Нету здесь никого, - отозвалось отражение в зеркале, в ночном колпаке и дурацкой длинной рубахе,- достал уже всех со своими формулами! Спать пора! - и ушлепал вглубь, бормоча: - Если коэффициент взять равным пяти, то масса приложения будет равна…
Судя по очумелому виду на следующий день, уснуть ему так и не удалось.
- Ты чего такой? - спросила я, когда мы привычно уселись за общий стол.- Чего ты на меня так смотришь?
- Ничего,- буркнул он, а потом все-таки хлопнул себя по колену и спросил: - Признавайся, ты ко мне приходила сегодня ночью?
- Приходила? - сразу навострило уши полстола.
Я поперхнулась супом и, кажется, даже покраснела:
- Когда это?
А шишимора обыденно пустила в ход половник:
- Не оговаривай девушку!
- Бот это хват! - радостно подхватил гуляй.- Я тоже, бывалочи, когда молодой был… - Он препротивно захихикал.- Но чтобы путать, где какая!
- Да я не в этом смысле,- покраснел маг.
- Вот и помалкивай,- толкнула я его. В молчании мы доели и вышли из-за стола. Велий клял себя за то, что сморозил глупость, а я хмурила лобик, делая вид, что расстроена его поведением.
- Ну что, попробуем что-нибудь свернуть? - спросил Велий, когда мы вышли на рабочую площадку.
- Например, шею одному магу.
- Ой-ой-ой! - заухмылялся Велий.- Я уверен, что это ты делала, хотя и не знаю как.
- Что делала? Я еще что-то делала?!
Велий открыл рот, но так и не смог сформулировать свою мысль. Сказать, что голые девушки и мышки мерещатся да подушки в любви признаются? А вдруг это не я? Стыда не оберешься. А кроме меня кто? Да никто! Спас его Феофилакт Транквиллинович. Посмотрев на нашу парочку, он кашлянул и поманил за собой в кабинет.
- Тут такое дело, понимаете.
- Что, не надо сворачивать? - расстроилась я.
- Почему не надо? Надо. Просто я хотел бы вас попросить… Э-э… - Он покопался в ящике своего огромного стола и вынул яркий лубок.- Не могли бы вы провести маленькое расследование. - Феофилакт Транквиллинович пододвинул лубок по столу к нам.
- «Про Зорю-богатыря, Вукова сына»,- прочитала я заглавие и склонилась низко к столу якобы для того, чтобы рассмотреть мелкие детали.
- И это не единственная. - Директор, вздыхая, выкладывал на стол пачку за пачкой.
- «Совращение Параськи Огнезмием», «Зоря-Вукович и Подземный царь», «Дитя разврата, или О несчастной доле Груньки Змиевны»,- зачитывал вслух Велий.
Я еще сильней уткнулась в стол.
- И ведь прямо как из-под земли полезли, во всех частях Северска.
- И все про вас? - пискнула я.
- Почему про меня? - удивился директор.- Вот «Скромность и ум целомудренной овечки», бытовая сказка. «Про Ивана Иванова сына». - Феофилакт Транквиллинович стал перекладывать лубки. - А вот «Серый Волк и…» - Директор осекся и выдернул этот лубок у меня из рук.- Вам еще рано. Я, главное, не пойму, откуда они такие сведения берут? Не из пальца же высасывают.
Я поняла, что тону, и, зарывшись в лубки, с радостью обнаружила, что работящий Степан, наклепавший с благословения овечки столько пасквилей, не только мои сказочки использовал, но и народной небывальщиной не брезговал.
- Вот, смотрите - «Рыжуха-поскакуха», «Веретеница», «Егоза» или вот «Золотуха в Тридесятом царстве» и «Совращение Порсокуньи черным магом», совершенно мне неизвестный персонаж! - Я весело потрясла лубками с разбитной рыжей девицей.
Присутствующие с сочувствием на меня смотрели, и я совершенно уверилась, что Феофилакту Транквиллиновичу подарю на день рождения пенсне для выражения всяческих душевных переживаний. Вот сейчас бы снял, протер его задумчиво, положил его на стол и отеческий взгляд стал бы гораздо выразительнее.
- Мы обязательно в этом разберемся, - заверил директора Велий, как-то особенно неприязненно глядя на последний лубок.
- Обязательно, обязательно,- широко улыбалась я, пятясь к дверям, и ненароком сбила пробегающего по коридору Рогача.
Он кинулся было ругаться, но, увидев яркую картинку в моих руках, радостно загоготал:
- А-а, и вас пропесочили! - и тут же полез куда-то под фартук, вытащил оттуда уже порядком замызганный картон. - Смотри, что у меня есть - «Черт Рогач и Зеленый Змий», целый кладень отдал, не пожалел.
На картинке красноносый и соловый голозадый черт пытался одним махом осушить десятиведерную бочку вина, дабы лишить жизни плавающего в ней Зеленого Змия. А тот усмехался - куда тебе, криворогому! Я посмотрела на то, что было зажато в моей руке, и, забыв про всякие приличия, ворвалась обратно в кабинет и заорала:
- Где это убогое малеванье про рыжуху?!
Насилу меня удержали.
- Ну все, овца,- шипела я, бегая по парку от дерева к дереву. - Только попади ко мне в руки, дай только до Княжева добраться! - и тут же спохватилась: - А чего мне добираться? У меня же маги есть подопытные!
Бегом прибежала в комнату и рухнула на кровать. Через несколько минут перевернулась на живот, еще через полчаса вцепилась зубами в подушку - сна не было ни в одном глазу! Да и какой сон в полдень.
- Ладно, кудрявая, я тебя по-другому достану! Я на тебя управу найду!
В двери застучали, я рявкнула:
- Я занята!
- Расстроилась, что ли? - засунул голову в комнату Велий.
- Даже не знаю.- Я задумчиво покусала губы.- Про меня понаписали кучу всякой гадости, обозвали и такой и разэтакой, ржут и пальцем тычут, вот ты сам как думаешь?
Велий честно наморщил лоб, я же решала, стоит ли ему говорить, что за свой публичный позор имею неплохие деньги? Надо же, какое неприятное чувство! Вроде бы и выгодно, а хочется рвать и метать.
- Ладно, пойдем посворачиваем что-нибудь.- Я соскочила с кровати.- А то пообещали добрым людям… - И быстрым шагом направилась на строительную площадку снимать стресс.
- Верелея, Верелея, Верелея! - покрикивал, поспешая за мной, маг.
Но я была быстрее.
- Чего у вас тут? Котлован? Какой глубины?
- Локтей на двадцать заказывали,- почесал затылок ледащий мужичок с лопатой.
- Ерунда,- буркнула я и по примеру своего дяди запулила в небо кусок земной тверди, нигде даже на волос не выйдя за намеченные колышки.
- Ложись! - заорал подоспевший Велий, падая на меня сверху.
Выбил из меня весь воздух тяжестью своего тела, но, прежде чем я успела возмутиться, раздался гул и все, что я взметнула в воздух, рухнуло обратно, встряхнув землю и подняв тучу пыли.
- Молодец! закашлял стоящий на четвереньках Велий. - К твоей силе еще бы маленько ума - цены бы тебе не было, Верелея.
Мужичонка с лопатой так и стоял на краю котлована, бледный как мел. Все остальное тонуло в облаке пыли.