Страница 27 из 49
Кирилл улыбнулся.
— Вы просите объяснить самое сложное и загадочное явление, которое называется шармом, — он сделал паузу. — Вас, к примеру, не удивляет, что Софья великолепно рисует, а вы нет?
— Конечно, нет, — согласилась Анна.
— Так почему же вас удивляет, что она умеет притягивать мужчин, а вы нет? Это тоже талант, дар, которым, кстати, обладает не так много женщин. Сложно понять? — усмехнулся Кирилл. — Или не хочется?
— И то и другое… Так что же мне делать?
— Или смириться со своим положением и оставаться женой богатого бизнесмена Савина, или развестись с ним и отправиться на новые поиски счастья…
— Которые совсем не обязательно увенчаются успехом, невесело добавила Анна.
— А почему вы не рассматриваете возможность возвращения Вадима ко мне? — осторожно спросила она.
— Потому что это невозможно.
— Но ведь… в других семьях… мужья как-то винятся, и все со временем улаживается, — с надеждой глядя на Кирилла, несмело произнесла Анна.
— Конечно, каждый случай надо рассматривать отдельно, но если сформулировать общее правило, то мужчины никогда не возвращаются к однажды оставленным женам, с которыми тем не менее они влачат бремя брака. Со временем Вадим возобновит с вами супружеские отношения, но это не будет означать, что он вернётся в том смысле, в каком хотите Вы. Вы должны свыкнуться с мыслью, что до тех пор, пока он будет обладать мужской силой, у него будут любовницы. В дальнейшем, несомненно, он так изловчится устраивать свои любовные дела, что вам о них не будет известно. Достойно изменять жене — это тоже целая наука!
— Вы нарисовали славную перспективу моей жизни, вздохнув, отозвалась Анна.
— Что поделаешь… Хорошо, что есть хоть такая. Не сомневаюсь, Настя Фокина с огромным удовольствием поменяла бы свою перспективу на Вашу.
— Вы мастер утешать.
Кирилл сожалеюще развел руками.
— Значит, никакой надежды? — не желая смиряться, продолжала допытываться Анна.
— Никакой! Вы же жена! А синоним этого слова — однообразие. Вы нужны Вадиму, потому что к Вам он привык, Вы ему удобны. Надо довольствоваться этим.
— Ну, хорошо! А если я начну ему изменять?..
— Вы уже начали…
Злые искры сверкнули в глазах Анны, и она поспешила опустить голову.
— Как мужчина, — спокойно продолжал Кирилл, — я не могу приветствовать вашего поступка, но как психолог, могу посоветовать на будущее: изменяйте достойно.
— Почему это вы решили одарить меня столь ценным советом?.. Однажды попробовав, я не думаю, что когда-нибудь еще поддамся соблазну. Ради мига сомнительного удовольствия надо изворачиваться, лгать, бояться писем, звонков анонимных друзей, унижаться до объяснений, как это я делаю сейчас…
— Я не думаю, что нашу беседу в ресторане можно расценивать как ваше унижение, скорее это консультация психолога. А почему я, как Вы выразились, решил одарить Вас ценным советом, так только потому, что, как верно заметил Ларошфуко, а его мнению, у нас нет основания не доверять: «Ha свете немало таких женщин, у которых в жизни не было ни одной любовной связи, но очень мало таких, у которых была только одна»-с ледяной иронией процитировал Кирилл. — Так что у вас все впереди.
* * *
Весь день Мелентьев думал о Насте Фокиной и ругал себя, но это не приносило облегчения. К вечеру разболелась голова, и домой он вернулся мрачным и усталым. Не успел он ослабить галстук, как раздалась переливчатая трель сотового телефона.
— А, Леня, ты, — устало пробормотал Кирилл.
— Через полчаса буду, — раздался в ответ не менее усталый голос Леонида.
Кирилл пошел в душ. Тугие струи воды освежили и немного успокоили.
Надев синий спортивный костюм, Кирилл прошел на кухню и открыл холодильник После нескольких минут размышлений он решил остановить свой выбор на филе из форели.
Он выложил филе на стеклянное блюдо и поставил в микроволновую печь. Минут через пятнадцать вынул, обложил зелеными стручками, и, прикрыв кольцами лука, дольками помидоров и лимона, вновь отправил в микроволновую печь.
Раздался стрекот домофона, и усталый Леонид ввалился в квартиру.
— О, как пахнет! — с жадностью глотнув ароматный воздух, с порога воскликнул он.
Друзья сели к столу. Филе форели, белое вино, вернули их к жизни. Кирилл сварил кофе, и Леонид, выразив свой восторг по поводу ужина, пересел на диван.
— Вот, можешь полюбоваться! — бросил он пакет с фотографиями.
Кирилл с неприятным холодком в сердце вынул снимки. Огромная чаша бассейна и в нем распростертое тело Насти. Затем пошли крупные планы знакомого обезображенного смертью лица. Кирилл не смог сдержать стона отчаяния:
— Глупо!.. Как глупо!..
Леонид, попивая кофе, пожал плечами.
— Ее убили около двадцати трех часов ударом гантели по голове. Так как она находилась у самой кромки бассейна, то, получив удар, упала в воду. Следов никаких, — развел руками Леонид. — Вернее сказать, слишком много. В тот вечер в бассейне побывало около сорока человек. Охранники показали, что последний посетитель ушел в половине одиннадцатого. В клубе, помимо Фокиной, в тот момент еще находились три тренера: двое в силовых тренировочных залах и один в зале аэробики. Все уже собирались домой. Никто из них ничего не видел и не слышал. Убийца, по-видимому, воспользовался стеклянной дверью со стороны внутреннего сада. Дверь была открыта ключом. Несомненно, что потерпевшая была знакома с убийцей. Не исключено, что она и впустила его.
— Однако это рискованно — убивать в бассейне со стеклянными стенами: а вдруг кто-то проходил бы мимо…
— Пока выясняется, что никто, к сожалению, не проходил. А убийца, значит, был вынужден рисковать. Вероятно, потерпевшая что-то знала…
— Шантаж… — в раздумье бросил Кирилл.
— Не исключено! Мы сейчас прорабатываем свои версии. А я вот заехал к тебе. Чем порадуешь, частный детектив?
— Чем порадую? — переспросил Мелентьев. — Длинным хороводом фигурантов, если исходить из того, что Насте Фокиной было что-то известно об убийстве Виктора Усова и убийца решил избавиться от опасного свидетеля…
— Великолепно освещаете суть дела, коллега, — шутя, уколол друга Леонид, — с неопровержимой логикой…
— Устраивайся поудобнее, список будет длинным, — ответил Кирилл. — Итак, по порядку. Супруга Усова, Елена: цель получение наследства. Брат Усова, Поль: мотив тот же. Совладелец фирмы, Вадим Савин- здесь очень сложный спектр: и желание во что бы то ни стало получить равный процент акций, и неотступная мучительная зависть к Виктору, и терзающее душу опасение, что Софья Бахматская вновь уйдет к прежнему возлюбленному. Его жена Анна, состоявшая в любовных отношениях с Виктором, о чём Вадим вполне мог догадываться… Поэтому, как видишь, у Савина мотивов убить Виктора более чем достаточно.
— Н-да, интересная фигура, — отметил себе в блокноте Леонид.
— Далее, — сосредоточенно продолжал Кирилл. — Софья Бахматская, гордая, не прощающая, властная, дважды униженная Виктором. Он оставил ее, устав от требований развестись с Еленой и жениться на ней. Бросил ей в лицо вот эти фотографии, — Кирилл вынул из папки пакет, — на которых не смирившейся со своим поражением Софье украдкой удалось запечатлеть жену Усова с ее никому не известным любовником. Софья настолько рассчитывала на эти фотографии, что, горя от нетерпения, тут же вылетела в Барнаул. Но, фигурально выражаясь, получила от Виктора пощечину.
— Разъяренная женщина опаснее голодной пантеры, — тихо пробормотал умудренный опытом Леонид.
— Далее, — увлеченно продолжал Кирилл. — Лика, влюбленная в Виктора и не замечаемая им. Ее бесит, что он, по ее собственному выражению, спал со всеми, кроме нее. Она ненавидела всех женщин, к которым прикасался Виктор, и безумно ревновала его. А теперь, когда он погиб, он принадлежит только ей, как она себе это вообразила. Вообще, ее психическое состояние крайне опасно… женщина на грани нервного срыва…