Страница 26 из 49
— Не сомневаюсь, — с иронией в голосе перебил его Леонид. — Тем более что к нему прибавился еще один труп!?
— Что? — не поняв, переспросил Кирилл. — Какой труп.
— Да самый обыкновенный, — ответил Леонид и замолчал, отвлеченный кем-то из своих сотрудников.
— Леня! Леня! — в нетерпении повторял Кирилл.
— Да… да..; алло… — вновь раздался его голос.
— Чей труп?
— Анастасии Фокиной из клуба «Петроний».
— Что?! — завопил Кирилл.
— … который, как известно, посещают все проходящие по твоему делу, — спокойно продолжал Леонид.
— Как?.. как это случилось?.. — допытывался, задыхаясь от ярости и отчаяния, Кирилл.
— Послушай, я сейчас не могу разговаривать, вызывают к начальству… Давай вечером… я к тебе заеду. Не сомневаюсь, что теперь у нас одно дело.
— Подожди! — взмолился Кирилл. — Когда это случилось? Ведь позавчера вечером я видел ее в «Петронии».
— О! — с энтузиазмом в голосе отозвался Леонид. — Отлично! Пойдешь как свидетель. Ее убили вчера около двадцати трех часов…
— Где?
— Да прямо там же, в клубе!.. Все, Кирилл! Спешу!.. До вечера! — и он бросил трубку.
Мелентьева будто обдало дыханием раскаленного кратера. Несколько минут он сидел, обездвиженный страшным известием.
«Черт! Черт возьми! Как же я не додумался! Идиот!.. неожиданно он вздрогнул, словно перед ним вдруг предстал облик убийцы… — Ведь все не так сложно!..» — он ударил кулаком по столу.
И опять те же фигуры: сильный, властный, но поверженный Виктор; медноволосая красавица Софья с надменной улыбкой на розовых губах; изливающая яд сплетен Лика; встревоженный, раздраженный Вадим; дрожащая перед разоблачением Анна; не чуждая, как оказалось, адюльтеру Елена; Поль, платиновый блондин с прозрачно — голубыми глазами; его злюще — ревнивая супруга Соланж; уставшая ждать и тщетно мечтающая о разводе своего любовника Светлана… и вторая жертва, замыкающая этот хоровод, Настя Фокина.
«Нет, нет, это еще не все участники, — мысленно возразил себе детектив. — Здесь еще пустует одно место!»
* * *
Раздосадованный, взвинченный до предела Кирилл поехал на условленную встречу. Не успел он выйти из джипа, как рядом с ним мягко остановился Мерседес, из которого в элегантном сиреневом пальто вышла черноволосая Анна Савина. Ярко-красными губами она натянуто-приветливо улыбнулась Кириллу и внимательно посмотрела ему в глаза. Однако теперь Кириллу было не до светских игр с изысканными полунамеками и щекотанием нервов: его переполняла бессильная ярость.
Войдя в просторный зал ресторана, они выбрали столик и углубились в меню. Наконец, покончив с формальностями и глубоко, вздохнув, Анна Савина решилась приступить к разговору.
— Теперь, надеюсь, вы понимаете, почему я не могла вам всего сказать, — начала она, опустив ресницы и нервно теребя золотую цепочку часов.
— Да, понимаю! — с вызовом ответил Кирилл. — Вы рассчитывали, что мальчик, играющий в детектива, ничего не узнает и все останется тайной…
Анна сделала неопределенное движение головой.
— Вы ошиблись, — продолжал Кирилл, — и поэтому мы сейчас здесь.
— Однако я могу надеяться, что… — она до боли прикусила нижнюю губу, — что все тем не менее останется тайной?!
— Нет, не можете! — как будто со стороны, с удивлением услышал свой собственный голос Кирилл.
Анна вздрогнула и резко дернула цепочку.
— Но… — гордо вскинув голову, воскликнула она, — это непорядочно! Это, если хотите, подло!.. Кирилл грубо расхохотался.
— Подло обманывать мужа! — с язвительной мягкостью объяснил он ей.
— Виктор погиб, и все отошло в вечность, не так ли? Вы успокоились! Фрида для вас не представляет никакой опасности: во-первых, она, как показало время, не шантажистка, а во-вторых, даже если бы она и рискнула, Вадим вряд ли захотел бы ей поверить. Какие доказательства и кому это нужно, когда один из виновников мертв… Однако я — другое дело! Разоблачая вас, я не преследую никакой собственной выгоды, я действую только в интересах следствия, и Вадим мне безоговорочно поверит.
— Но зачем, зачем вам это нужно?! — еле сдерживаясь, воскликнула она. — Какое имеют отношение к гибели Виктора наши свидания с ним?
— А затем, чтобы показать вам, как ваши умалчивания могут отразиться на судьбе другого человека. Вчера вечером убили Настю Фокину!
— Что?! — глаза Анны расширились. — Настю?. Но, бог мой, зачем?. Кто?. -в растерянности залепетала она.
— А если бы все, с кем я разговаривал, не скрывали от меня того, в чем потом все равно были вынуждены признаться, Настя была бы жива! — в сердцах продолжал Кирилл. — Вам кажется: утаю, ведь это касается только меня, это такой незначительный факт… Но я-то основываю расследование именно на незначительных фактах. Я их собираю, выстраиваю… и только тогда получается целостная картина.
Анна молитвенно сложила руки.
— Кирилл, Бога ради, но ведь мои отношения с Виктором действительно не имеют никакого отношения к убийству Насти…
— Действительно — никакого, — подтвердил Кирилл.
— А, понимаю! — качнула головой она. — Это как бы показательное наказание.
— Как бы показательное, — согласился Кирилл.
Анна открыла сумку и положила на стол конверт.
— Смею надеяться, что это, — она указала глазами на конверт, — поможет мне избежать наказания.
Кирилл поморщился.
— Анна! Все-таки от вас я этого не ожидал.
— Но что, что же мне делать?! — в отчаянии воскликнула она. — Чтобы потешить свое самолюбие, вы разрушите мою жизнь…
Кирилл вяло усмехнулся.
— Неплохо было бы потешить…
— Откуда в вас такая жестокость?. -сверкая невольными слезами, тихо произнесла она.
— Из мужской солидарности мне действительно следовало бы быть жестоким, но… Одним словом, заключим договор: я ничего не говорю Вадиму, а вы мне рассказываете все!
— Хорошо, хорошо, — поспешно согласилась Анна и спрятала свой конверт.
— Простите меня.
Официант сервировал стол и удалился. Кирилл нехотя попробовал улитки, приправленные зеленью.
— Но… но… — не решаясь спросить, мучилась Анна, — но как же Настя?. Это правда?.
— К сожалению, да!
— Но как это произошло? Когда?
— Вчера утром я была в нашем — «Петровиче», и видела ее…,
— И вчера вечером её убили…
— Какой ужас!.. Какой ужас! — не могла успокоиться Анна.
Кирилл посмотрел на часы.
— Давайте приступим к выполнению нашего договора, посоветовал он своей собеседнице.
— Да, да, конечно! — спохватилась она. — Немного неловко, правда…
— Ничего, пройдет! — успокоил ее Кирилл.
Анна бросила на него многозначительный взгляд.
— Вообще, если говорить начистоту, то в моей измене виноват сам Вадим.
«Неплохое начало для кающейся супруги!» — отметил про себя Кирилл.
— Он связался с этой… — она пропустила вертевшееся на языке слово, — с этой Софьей. Я… я не знала, что мне делать… я была в отчаянии. Сначала я попыталась… ну, как бы это сказать, вновь стать привлекательной для него… Но все, все было бесполезно. И вот, словно черт меня подтолкнул обратиться за советом к Виктору, единственному авторитету для Вадима. Я позвонила ему, и он предложил встретиться. — Анна прерывисто вздохнула. — Мы встретились. Он предложил поехать к нему, сказав, что дома никого нет и мы с ним сможем спокойно поговорить. Мы поднялись в его квартиру, я хотела сесть на диван в гостиной, но он пригласил меня посмотреть какие-то новые светонепроницаемые портьеры в спальне и… — Анна протерла платком влажные ладони. Кирилл, он обнял меня, — словно жалуясь ему, произнесла она. — Яне ожидала, поверьте, не ожидала… но все, все закружилось… я расплавилась мгновенно, как воск… Уже полгода Вадим не прикасался ко мне… А тут Виктор… замечательный любовник (уж в этом ему не откажешь), и я с каким-то сумасшедшим восторгом пошла на близость с ним. Но, откуда, ни возьмись, словно возмездие за грех, появилась Фрида. Это было ужасно, — закрыв глаза, покачала она головой. — Ужасно!.. Потом мы еще встречались с ним. Это была, если хотите, моя тайная месть Вадиму. Хотя, не буду скрывать, мне это доставляло удовольствие. Однако продолжать наши встречи было небезопасно, да к тому же я понимала, что не смогу, увы, надолго заинтересовать Виктора. На прощание он попытался меня утешить, сказав, что вновь вернется к Софье. Ничего себе утешил, вы не находите? — с досадой усмехнулась она. Софья вертит ими, как захочет: то один, то другой… — с ненавистью кривя ярко-красные губы, бросала слова Анна. — Нет, я отдаю ей должное, она красива, но ведь и я не урод… В чем здесь дело, не могу понять, сколько ни бьюсь. Да и вам уже, наверное, Софья успела вскружить голову?. -невесело рассмеялась она. — Ну объясните мне: почему? Неужели я напрочь лишена привлекательности?.