Страница 84 из 113
– Нет.
Захотелось сказать ему какую–нибудь гадость, но я сдержался.
– Пал Евгенич с улицы послал, спрашивает, Зорина, Константин Федоровича, тут не видели? – после моего вопроса последовала долгая, секунд в пять, тягучая пауза.
– Там он. В коридоре лежит, – наконец кивнул один из обмороков.
– Ок–кей, спасибо, – даже запнулся я, и собрался выходить. Только дернулся, и тормознул у выхода.
– Мужики, сигареты не будет? – почти от двери обратился я к этим, что–то в их виде глаз резануло.
Опять пауза, и один из них потянулся за пазуху за сигаретами. Когда лез во внутренний карман, я увидел мелькнувший под бушлатом белый замызганный халат. Санитары из морга, или медбратья из больницы.
– А прикурить есть? – взял я протянутую сигарету. Мальборо красное. Насколько я сталкивался с этой кухней, сигареты Невские, или Новость – вот курево санитаров. Хотя санитары в морге очень неплохо имеют, и тут же мысль пошла дальше – санитары в большом городе, а тут? Городок небольшой. За исключением последних дней вряд ли тут регулярно мрет народа куча, так что не думаю, что местные санитары жируют. Какой вывод? Или этот товарищ понторезит, по случаю пьянки, купив себе такие дорогие сигареты, как это часто бывает, или… или. Взгляд скользнул по этим двум обморокам. Небритые потерханные лица часто пьющих мужиков, потрепанные бушлаты. Грязные джинсы. И совершенно новые, высокие ботинки приличного вида на одном из них. «Или они просто бомбанули магазин, а может чью–то хату», – до конца сформировалась у меня мысль про второе или. Ну а мне чего с этого? Да ничего, собственно.
– Спасибо, мужики, – кивнул я, прикурив, и вышел в коридор.
Подошел к телам у стены, так и есть. Лежит, командир, епть. Ну что за человек, дернуло его тащиться сюда, на ночь глядя. Сидел бы в Змеином, и все хорошо было бы. Плюсы есть, конечно, у его дурацкой поездки, кощунственно подумалось мне – зуб выдрал, и с Юлей познакомился. Но я тут же одернул себя, поморщившись – жизни его это точно не стоило.
Опять стараясь не наступать в лужи крови на лестнице, я спустился на первый этаж. Не, народа много, а Щербакова не видно. Украдкой держа сигарету в кулаке, изредка затягиваясь, поспрошал, где его искать. Пробегавший мимо расхристанный парень сказал, что подполковник уехал только что. Выругавшись, я вышел из отдела, и пошел через площадь к зданию мэрии. Поднявшись на широкое крыльцо, выкинув окурок, и дернул на себя высокую дверь, тут же упершись в пост охраны внутри.
– Куда? – недружелюбно спросил мордатый парень, один из двух на посту. В темноте похожи, как братья из ларца.
– Доктора забрать из столовой, Лисицину Юлию. Десять минут назад с мужчиной должна была зайти.
Оба охранника потеряли ко мне интерес, а я направился налево по коридору. В столовой было темно, только одна свечка горела на прилавке буфета. Зато в окна хорошо видно, что на улице происходит.
– А где Пал Евгенич? – подсел я к Юле, сидящей за столиком в дальнем углу зала.
– По делам побежал. Чай будешь? – девушка сидела с граненым стаканом чая, от которого обильно пар поднимался.
– На чем они его тут кипятят, на костре что ли?
– Не знаю, – пожала она плечами, – какая разница? На газу думаю, баллоны то есть. Так ты хочешь? Попросить тебе?
– Дай глотну просто, а то неудобно, целую кружку точно не выпью.
– Ай, извини, совсем забыла! И как я так, – сокрушенно помотала головой она, и протянула мне стакан.
– Юль, а Пал Евгенич, это кто?
– Начальник ЖКХ местного. А что такое?
– Да не, интересно просто. Слушай, а ты далеко живешь? Если пешком, сколько по времени? – в промежутке между мелкими глотками, спросил я девушку.
– Минут пятнадцать идти.
– Сейчас пойдем тогда, до дома тебя провожу. Автомобиль наш сгорел, новых пока не предвидится.
– А Константин Федорович?
Когда я промолчал, покачав головой, Юля вопросительно посмотрела на меня, понимая, но не веря. Я скрестил руки крестом, вытянув ладони, и отвернулся в окно, успев заметить, как девушка поникла, спрятав лицо в ладонях.
Как раз вовремя в окно глянул – увидел, как серая буханка к отделу подъезжает. Я смотрел, и старался даже не думать, о том, как повезло, чтобы не спугнуть. Машина подъехала ближе – багажник самопальный, почти как на нашей был, одна мигалка посередине сверху, ну и флажок футбольный. Повезло, точно он.
– Оба–на, такси наше приехало, – даже привстал я, увидев, как из водительской двери выбирается Алекс. Он вышел, и сразу принялся отвязывать тюк на багажнике. Между тем с другой стороны Егор и Женя, вроде так его, вывели двух девушек, и повели в сторону дверей в отделение.
– Сейчас с ветерком домчим, – обернулся я к Юле, и добавил, – можешь не торопиться, они все в отдел пока ушли.
Когда допили с ней чай, начали выдвигаться. Девушка поднялась, но как–то без особой охоты. Я взял ее за руку, и почти потащил к выходу. Интересно, что случилось? – мелькнула мимоходом мысль. Дошло до меня только на улице, я даже резко остановился, поразившись своей глупости. Я про нее уже много надумал. Успев придумать, как ее проблемы решать, вот только ей об этом сказать забыл.
– Ты домой боишься ехать, да?
Девушка посмотрела на меня, и опустила глаза, не отвечая.
– Юль, не волнуйся, – обругал я себя за недогадливость, – сейчас решим, не бойся. На крайняк мы тебя в Змеиный отвезем, пару дней там побудешь. Не бойся, – заглянул я в глаза девушке, и снова взяв ее за руку, повел к буханке.
Тут же мелькнула мысль, попросить земляка сейчас проехаться к Юлиному медкабинету, даже чуть подальше, посмотреть. Закончились ухажер со своим другом, или уйти смогли?
Подошли к буханке, я подергал ручку водительской двери. Открыто, и это прекрасно – не придется прыгать, снег утаптывать, в ожидании возвращения пилота. Кстати замечал, что чем дальше от больших городов, тем реже машины запирают. Вот и земляк уже зарядился местной энергетикой. Обойдя уазик, я гостеприимно распахнул перед девушкой дверь пассажирского отсека, сам не удержался, пошел посмотреть, что за тюк на крыше буханки был, который Алекс отвязывал.
Мда, не тюк, подойдя к крыльцу, увидел я. На ступеньках было брошено тело. Интересно, кто, сержант? Вряд ли, слишком небрежно брошен. Наклонился посмотреть, и чуть не отпрянул, но от ругательств не удержался. Сразу же понял, что имел ввиду лейтенант, когда рассказывал про упырей, которые в части народ рвали – на меня сейчас посмотрел настоящий ночной кошмар. Лицо лежащего трупа как будто спаяно из разных частей, нос практически отсутствует, бровей нет. Губы гораздо уже, чем у обычных людей, с одной стороны зубы выступают. С другой стороны может также должно быть по проекту, но половина лица – месиво мяса и обломков костей. Один глаз выбит, но второй абсолютно черный. Я достал мобильный, подсветил экраном – нет, не черный. Радужка глаза густо желтая, а вот белок весь красный, как у окуня. Я передернул плечами от отвращения, и полез в буханку. Сейчас еще народ подойдет посмотреть, придется объяснять, что я не я его так.
26 апреля, вечер.
Старцев Александр, у поселка Тихая Заводь.
Выпрыгнул из машины, помочь Артему трос отцепить. Он свернул его небрежно, и сунул мне. Мельком я кинул взгляд на вытащенный из канавы паркетник – ситроен. Редко такие встречаются.
– В салон кинь, и давай двоих из буханки в джипарь. Я тоже там с Гешей поеду, – сказал мне Артем.
– Дорогу мне кто показывать будет?
– А, ну да. Тогда мы первыми пойдем, пропусти сейчас. Давай только быстрей, такое ощущение, что в спину кто–то смотрит – поторопил меня Артем, и я сам тут же холодок по спине почувствовал.
Подбежав к машине, я открыл дверь в салон и огляделся. Девушки пересели в дальний угол, где два кресла вместе, а оба парня уставились на меня.
– Давайте вылезайте! – обратился сразу к обоим. Никакой реакции. Быстро, вылезли епть! – рявкнул я на них. – Давайте, давайте! На заднее сиденье прыгайте, – вытащив парней, я указал на ситроен, и подтолкнул в загривок одного из них.