Страница 27 из 32
(3) Утреннее сообщение по Всесоюзному радио: — Уважаемые товарищи! Сообщаем, что общероссийский эксперимент,, длившийся семьдесят два года, закончен» Здравствуйте, дамы и господа!
3. Некоторые нарицательные существительные сближаются по синтаксическому использованию с собственными, например обьшны.в обращениях. Это существительные мама, папа, бабушка, дедушка,, сынок,, дочка,, брат, сестра, дядя, тетя, доктор, профессор, коллега, приятель, друг и некоторые другие, ср.: Сга-жи(те), /Соля {мама, коллега, доктор)», но не: *Скажи(те), слесарь» В результате возможно смешение, например в детской речи, существительных нарицательных (в первую очередь это существительныежш и папа) и собственных:
[Андрей С. (4 года) спрашивает про старшую сестру]:
—># понимаю, что папу зовут Володя, маму Светлана, я как зовут Олю?
4. Обращения, включающие указание на место рождения или место жительства, вполне обычны (//у, дела, москвич {сибиряк)? Ну, как дела, Москва {Сибирь)?). Однако тут есть ряд ограничений. Одно из них касается говорящего — он не земляк собеседника (не москвич (не сибиряк)). Ср. в песне военных лет разговор друзей — калужанина и костромича:
—А ну-ка, дай жизни, Калуга!
—Ходи веселей, Кострома!
Обращение Ходи веселей, Кострома! было бы странно, если бы оба друга были костромичами.
Другое ограничение касается лексических особенностей именной группы, используемой в качестве обращения: затруднительно как расширение, так и сужение намечаемых ею географических рамок Аномально использование здесь существительных, образованных от названий стран, ср.: 'Ну, как дела, немец {африканец)? (скрытое противопоставление сделало бы фразу более допустимой, ср.: Ну, немец, как тебе в России? Ну, африканец, как тебе на Севере?). С другой стороны, сужение географических рамок тоже делает конструкцию аномальной. Ср. след, шутку Стивена Ликока в «Очерках обо всем»:
Друзья почему-то не хотели, чтобы мы обращались к ним таким образом: «Как дела, ты, из квартиры Б, Гровнер-сквер?» или —«Ну-ка, давай, ты, с Марлборо, верхний этаж, квартира шесть»»
Ср. также:?Как дела, ты, сЛенинского проспекта;?Куда идешь,Лиговка?
5. Выделенным является обращение говорящего (пишущего) к самому себе, хотя встречается оно очень часто, уже и в древнерусской литературе, например, в «Житии протопопа Аввакума»:
Любилъ протопопе со славными знатцалюби же и терпёть, горемыка, до конца! (по: [Виноградов 1980:29]).
в. В некоторых условиях неуместно любое обращение, ср.:
К о р о л ь. И девушки здесь! Фрейлины. Ку-ку!
Первая фрейлина (пожилая энергичная женщина, баском).Ку-ку, ваше величество (Е. Шварц, Голый король, И).
Обращение к королю (ваше величество), казалось бы, не только возможно, но и обязательно в любой ситуации. Шварц показывает, что это не так.
Приложения
Эта синтаксическая конструкция обыгрывается нечасто.
Комическое впечатление производят громоздкие (трех- и более сложные) приложения, ср.;
Я знал, что никакая сила — даже бельгийские полицейские-свиньи-овчарки не помешают ему выполнить обещанное точно и в срок (В. Конецкий, Последний раз в Антверпене).
Говорящие задумываются о том, какой из двух членов конструкции — первый или второй — коммуникативно более важен, и решают (видимо, правильно), что здесь трудно отдать предпочтение чему-то одному:
(1) Женщина-милиционер прежде всего—женщина.
Женщина-милиционер всё-таки прежде всего милиционер (И. Ильф, Записные книжки).
(2) однако, в этом бедняжке-театре более чем холодно. В собачьей конуре не холодней (А. Чехов, Месть).
В данной конструкции существительное бедняжка сочетается, видимо, только с названиями лиц (iбедняжка-студент), может быть, животных {Бедняжка-кошка не заметила собаку).
Симметричные предикаты
Симметричные предикаты типа равняться (ср. А равняется В = В равняется А) строго симметричны лишь при равноценности, равнозначимое™ сопоставляемых объектов. В протавном случае уравнивание объектов аномально и производит комический эффект:
(1) Был самолюбив. Давая свой адрес, говорил: <<Памятник Пушкину стоит как раз против дома, где я живу» (Эмиль Кроткий).
(2) Старый генерал Шестаков (...) не знавший в лицо императрицы Екатерины II, был впервые представлен ей. Екатерина долго милостиво с ним беседовала и, между прочим, в разговоре заметила, что совсем его до сих пор не знала. <Да и я, матушка-царица, не знал вас»,—наивно и добродушно ответил старый воин.— «Ну, меня-mo, бедную вдову, где же знать!» — со смехом сказала императрица (Всемирн. остроумие).
(3) Пишу письмецо для вас
Прямо из самого Рима.
Рим—это, знаете, город такой,
Около города Пармы
(А. Архангельский, Письмо тете. Пар. на И. Уткина).
(4) —Вы Берлиоза знаете?—спросил Иван многозначительно.
—Это^ композитор?
Иван расстроился.
—Какой там композитор? Ах да, да нет! Композитор — это однофамилец Миши Берлиоза! (М. Булгаков, Мастер и Маргарита, 6).
Ну + инфинитив
Тряпка упала на пол и ну валяться!
Разговорная конструкция ну + инфинитив может включать лишь глаголы, обозначающие намеренное действие в прошлом (или узуальное действие), ср.: Пришла <:приходит) с работы и ну ругаться, Собака спрыгнула на пол и ну валяться! К числу таких глаголов относится глагол валяться в значении ‘лежать, переваливаясь с боку на бок’, но не в значении ‘лежать не на месте’.
За поэтом поэт
Утром рано
Звонит в телефон —
На обед сзывает поэтов он [издатель Блох]
И когда пришел
За поэтом поэт,
И когда собрались они на обед...
(Стихи, написанные при участии Н. Гумилева).
Сфера употребления конструкции за Х-ом X достаточно ограничена: она указывает на движение с равными интервалами большого количества однотипных предметов или лиц (волна за волной, матрос за матросом поднимались на борт; может быть: покупатель за покупателем подходили к прилавку).
Сочетания с предлогом от
Мальчик спрашивает: «А где мама от этой девочки?»
Г. А. Золотова определяет подобные именные сочетания с предлогом от как дестинатив — «обозначение предмета или имени другого предмета, связанного с ним отношениями часть /целое и вместе с тем функциональной предназначенности; ср.: пружина от капкана — пружина для капкана, колесо от велосипеда—колесо для велосипеда» [Золотова 1988: 77]. Соглашаясь с этим определением, отметим, однако, что приводимые Г. А. Золотовой сочетания с от и сочетания с для, видимо, не синонимичны. В недавно вышедшем «Новом объяснительном словаре синонимов русского языка» мы нашли понимание соотношения предлогов для и от, близкое к нашему: они квалифицируются как неточные антонимы (см. [Нов. слов, син.: 77—79]). В нейтральном употреблении в конструкции X от Y-a X — это часть Y-a или некоторое дополнительное устройство, нечто второстепенное, обслуживающее, но в момент речи утратившее контакт с целым, для которого оно предназначено. В магазине мы покупаем ремешок для часов (не от часов), на руке приятеля любуемся ремешком часов (не для, не от часов), а вот на улице находим именно ремешок от часов. Важно также, что X и Y — артефакты: пуговица от рубашки, крышка от чайника, ручка от чемодана, обложка от книги, может быть крыша от дома (если она от него отделена, например, бурей), но не ствол от дерева, хвост от ослика). Таким образом, приведенное высказывание резко аномально. И тем не менее, оно не бессмысленно, его аномальность подчеркивает специфику детского понимания роли родителей в жизни.