Страница 24 из 32
(5) Мой друг, зачем о молодости лет
Ты объявляешь публике читающей?
Тот, кто еще не начал,—не поэт.
А кто уж начал,—тот не начинающий!
(С. Маршак, Начинающему поэту).
2. Интересны примеры обыгрывания так наз. многократных глаголов. Вот анекдот, иллюстрирующий один смысловой компонент, отличающий многократные глаголы от глаголов в прош. времени — повторяемость действия в прошлом:
Студентка на экзамене по анатомии человека описывает кости скелета'.«...Здесь реберные кости, тут были внутренние органы—сердце, легкие~ Здесь тазовые кости, тут был половой член~» <<Бывал»,—поправил ее профессор.
Еще несколько примеров.
(6) Какой-то муравей был силы превеликой
И даже хаживал один на паука
(И. Крылов).
(7) Маргарита (...) смотрела, как Бегемот намазывает горчицей устрицу. «Ты еще винограду сверху положи»,—тихо сказала Гелла, пихнув в бок кота. «Попрошу меня не учить,—ответил Бегемот,—сиживал за столом, не беспокойтесь, сиживал!» (М. Булгаков, Мастер и Маргарита, 24).
Исследователи отмечают, что так наз. многократные глаголы типа хаживал обозначают «давнопрошедшее время» (см. [Виноградов 1972: 431—433; Грамматика 1970]). А. В. Исаченко полагает, что формы типа хаживал обозначают п р о -ш е д ш е е, а не предпрошедшее и не давнопрошедшее время, однако и он считает, что эти формы выражают процессы, «в настоящее время (в “момент речи”) больше не повторяющиеся (...) “Лет восемь назад ко мне в дом хаживала дочернина подруга” (Лесков). Подразумевается: “а теперь она больше не ходит”» [Исаченко I960:431]. В приведенном Исаченко примере такой смысл действительно есть, но выражается он исключительно обстоятельственной группой лет восемь назад (вряд ли описываемое лицо ходит сейчас, после столь длительного перерыва). Что касается самой формы хаживал,, то она не исключает повторения действия в будущем, ср. строку из песни о Москве:,# немало по свету хаживал (лирический герой ходит и еще будет, видимо, ходить по свету). Точно так же кот Бегемот в примере Булгакова заявляет, что он сиживал за столам, сидя за столом!
Глава IV Синтаксис
В синтаксисе значения передаются служебными словами, конструкциями, порядком слов, интонацией. Хотя, по мнению Шарля Балли, синтаксические средства являются (в отличие от «прямых», лексических) лишь «косвенными выразительными средствами» [см. Балли 1961: 298], однако возможности, тонкости и «причуды» синтаксиса широко используются для создания комического эффекта. Трудно указать синтаксическое явление, которое не подвергалось бы обыгрыванию. Впрочем, синтаксические средства характеризуются в этом отношении крайней неоднородностью: наряду с «любимыми» средствами создания комического эффекта (такими как сравнение, неоднородность сочиненного ряда) имеются структурно важные синтаксические средства, которые, тем не менее, не подвергаются обыгрыванию или подвергаются ему чрезвычайно редко (это связано с особенностями тех или иных языковых единиц, но, бесспорно, здесь есть и элемент случайности). Указанное обстоятельство определяет состав и строение данной главы. В разделах 2—9 анализируются явления, нашедшие отражение в большом числе языковых шуток; что же касается раздела 1, то здесь описывается широкий круг важных проблем русского синтаксиса, но это описание по указанной выше причине крайне скупо и фрагментарно.
Тем о-p ематическая структура фразы обыгрывается сравнительно редко:
— Ты женишься на мне, потому что я унаследовала от тети Норы виллу?— Что за чушь?Я женился бы на тебе, от кого бы ты ее ни унаследовала.
В первой реплике в рему входит 1-ый комплетив (Что наследуется?), а во второй — 2-ой (От кого наследуется?).
Еще примеры — где с изменением актуального членения изменяется и синтаксическая структура, и порядок членов предложения:
(1) — Какой здесь прелестный уголок1 Вообще, я от природы без ума.
—Я и раньше замечала, что вы без ума от природы (Журн. «Сатирикон»).
(2) [Чиновник—человеку, ошибочно объявленному умершим] —Для восстановления в живых вам нужно представить официально заверенную справку, удостоверяющую, во-первых, что покойник не вы, и, во-вторых, что вы не покойник (Вл. Дыховичный и М. Слободской, Воскресение в Понедельник).
(3) _ Папа, там во дворе Розочку насилуют на наших дровах!
—Это не наши дрова.
Существительные охотно образуют отдельное предложение (Ночь. Улица. Фонарь. Аптека)—по только если они выполняют функцию подлежащего, а не какую-то другую. Ср. следующие строки пародиста под странным псевдонимом — «Человек без...», где в отдельные (парцеллированные) предложения выделяются сказуемое и прямое дополнение:
(1) Верблюд. Слоны. Газель.
Мужчина. С ним мамзель.
Газель. Верблюд. Слоны.
Сидят. Едят. Блины.
Б. Ю. Норман [1987] отмечает «причудливую» парцелляцию в стихотворении «Читатель стиха» Ильи Сельвинского:
(2) И снова идешь среди воя собак
Своей. Привычной. Поступью. Тигра.
Говорящие ощущают различия между номинативным, предикативным и авто-нимным употреблениями языковых единиц. Их обыгрывание заключается обычно в том, что в качестве номинаций используются группы, имеющие обычно предикативное или автонимное употребление. Чаще всего эти группы вводятся в предшествующем тексте или предполагаются общеизвестными. Нередко они заключаются в кавычки. Синтаксическая функция этих групп может быть различной — подлежащее, сказуемое, дополнение, обстоятельство. Приведем примеры.
(1) Ура, ура, ура! (...) Приехал из России какой-то инженер с какой-то своей «не женой». Инженера мы не видели, а «не жена» говорила, что большевизм и до весны не дотянет (Тэффи, Из дневников ненаписанных).
(2) ...представьте себе его положение: тут, с одной стороны, так сказать, семга и арбуз, а с другой стороны ему подносят горькое блюдо под названием завтра (Н. Гоголь, Мертвые души, т. 1, X).
(3) — С каким я запасом-то в путь вышел, а кончил тем, что весь его по дороге растерял, Сперва «по возможности» действовал, потом на «хоть что-нибудь» съехал (М. Салтыков-Щедрин, Сказки, Либерал).
(4) — Ого!
— Что это «ого»? Прошу вас взять назад это «ого». Я не могу допустить никаких «ого» (И. Горбунов, Общее собрание общества прикосновения к чужой собственности).
(5) Выдающиеся события, метеорология, пророчества (...) В Зоологическом саду умрут три зверя от «не тешки» (А. Чехов, Календарь «Будильника» за 1882 год). Обыгрывается пословица Голод — не тетка.
(6) Я до такой степени свыкся с ездой по тракту, что мне теперь как-то не по себе и не верится, что я не в тарантасе и что не слышно дар-валдая (А. Чехов — Чеховым, 20 июня 1890). Выражение из песни*, «...и колокольчик, дар Валдая, звенит уныло под дугой».
(7) На моем конском заводе плодились и размножались «ах, вы, кони мои, кони», мельницы не стояли без дела (А. Чехов, Добродетельный кабатчик). Шутливое новообразование по типу «Ах вы, сени мои, сени».
(8) Знойное «после обеда». На кушетке в гостиной полулежит барышня лет восемнадцати (А. Чехов, Козел или негодяй?).
(9) [Разговор влюбленных) — О, солнце мое! И я с вами. И впервые, вероятно, за время существования солнечной системы, с солнцем было поступлено так фамильярно-. оно было поцеловано в сгиб руки у локтя (А. Аверченко, Актриса).