Страница 35 из 77
Катрин посмотрела на склонившихся над картой молодых лейтенантов, на ставшего еще больше похожим на директора местечковой школы капитана Раца. Выясняли, что еще можно сделать за ночь. У командования маленького отряда наибольшее беспокойство вызывала неопределенность. От майора Васько новостей не поступало. С какой стороны может появиться противник, оставалось совершенно неизвестно.
Когда ничего не знаешь, нужно лечь и отдохнуть. По крайне мере, Катрин решила действовать согласно этому примитивному принципу. Винтовка здорово натерла плечо. И вообще, за день девушка устала до полусмерти.
Родной грузовик она нашла с трудом. За день роща изменилась до неузнаваемости. В кузове подозрительно шептались. Катрин запрыгнула на колесо. Прямо на разостланной шинели белели луковицы, горка печенья, криво нарезанный маленький шматочек сала. Один из разведчиков попытался спрятать флягу.
– Значит, недокармливает вас командование? Ужин постный был? – спросила Катрин, забираясь в кузов.
– Никак нет, товарищ инструктор. Это мы так – сон разогнать.
– Угу. И вы, товарищ Ковальчук, сон разгоняете? Или от рации прячетесь?
– В три часа заступаю, – хмуро ответил радист. – Вы не ругайтесь, товарищ инструктор, насчет утреннего. Я повторял то, что командир взвода связи говорил.
– Мудак твой командир. Поймаем, под трибунал пойдет. Что там у тебя? – Катрин выдернула из руки разведчика флягу.
В нос шибануло спиртом.
– Спирт? Точно? – подозрительно спросила Катрин.
– Медицинский, для лечебных целей, – уныло пояснил разведчик.
Катрин обвела глазами ждущих приговора бойцов.
– На четверых многовато будет. Разливай на пятерых.
Старший разведчик быстро набулькал в кружки. Девушке выделили посудину получше.
– Вообще, алкоголь – яд, – сказала Катрин. – Так что не злоупотребляйте. Из тебя, Ковальчук, если забудешь рацию включить, лично душу вытрясу.
– Да это так, случайность, – пробормотал радист, с нетерпением заглядывая в кружку.
– Разводить не нужно? – прошептал разведчик. – Крепковато будет.
– Что там разводить, на донышке? – Катрин качнула кружку. – Давайте – за зенитчиков. И чтоб нам завтра не сплоховать…
Спирт обжег гортань. Ничего, не крепче королевского джина. Катрин с трудом вздохнула, сунула в рот кусочек сала.
– Жуем, и отдыхать, кто не занят. День будет длинный…
* * *
Сумерки сгустились. Вокруг ревели двигатели. Приказы отданы, связь между частями работает безупречно. Командир 2‑й ударной группы майор Васько ждал, когда головной батальон вытянется в походную колонну. В темноте это займет чуть больше времени, но его полк справится. К команде «Вперед!» они готовились долго. И тем не менее сердце майора болезненно дергалось. Таблетку бы пососать. Две минуты сейчас – не время. Это завтра днем этих минут будет чудовищно не хватать.
6
Катрин заворочалась под шинелью. Гул канонады приближался и нарастал. Казалось, можно расслышать отдельные разрывы. Девушка села в кузове, потерла лицо.
Мимо машины пробежали бойцы. Было еще темно. Артиллерийская стрельба доносилась с северо‑востока, со стороны Бродно.
Катрин проверила оружие и спрыгнула на землю. Началось…
Приказ перекрыть шоссе поступил в 3.15. Мотоциклисты‑разведчики и грузовик с десятком бойцов тут же умчались в сторону Львова. Через шестнадцать километров, у поворота на Куликовы Буськи, разведчики наглухо закрыли движение по шоссе, остановив беженцев и остатки отходящих тыловых частей. Почти в это же время бойцы отряда капитана Раца увидели головной дозор 2‑й Ударной группы. В дозоре, кроме бронемашин, легких танков и мотоциклистов, шли два «Т‑34», оснащенные саперным оборудованием. Навешанные на боевые машины бульдозерные «отвалы», хоть и были изготовлены в полковых мастерских, вполне могли бы соперничать с оборудованием мирных строительных тракторов.
Дозор, не останавливаясь, ушел вперед. Показалась первая колонна Ударной группы. Техника шла со скоростью 35 км/ч – максимум того, что могли выжать двигатели тягачей и старых танков. Все равно, с КП артиллерийского дивизиона казалось, что это слаженное движение, настойчивое и быстрое, не похоже ни на что, увиденное за первые тяжелые дни войны. Даже на первый взгляд странная смесь бронетехники, грузовиков с мотопехотой, противотанковых орудий, зенитных установок и всего прочего подчинялась сложным внутренним законам. Здесь царили порядок и уверенность. Призрачное безостановочное мелькание во тьме июньской ночи сотен машин, монолитный гул двигателей производили почти мистическое впечатление. Катрин почувствовала, как холодеет в груди. Впервые она видела силы Красной Армии, поражающие воображение не только многочисленностью и бесконечностью. Исчезла аморфность и расплывчатость. Двигалась не масса вязкой пассивной резины, но сталь, способная расколоть другую сталь.
От колонны отделились несколько машин. Катрин увидела вышедшего из броневика майора Васько. С ним был батальонный комиссар с распухшей полевой сумкой через плечо. Их сопровождали несколько автоматчиков и радист с неизменной рацией за плечами. Катрин подумала, не смыться ли подальше? Вряд ли Васько будет счастлив, увидев ее. Но майор уже глянул в ее сторону и, кажется, узнал, хотя девушка стояла метрах в пятидесяти от КП.
Васько пожал руку капитану Рацу.
– Спасибо, товарищ капитан, шоссе вы прикрыли. Взял бы вас с собой, ваши пушки нужны как воздух. Но лишних тягачей нет. Заберу у вас всех стрелков, грузовики, зенитные средства. Не обессудьте. Собирайте все, что можете, товарищ капитан, и уходите на Золоч. Времени мало. Немцы шоссе перережут через пару часов.
– Товарищ майор, дивизион готов к бою, – капитан Рац выглядел совершенно обескураженным.
– Что делать, капитан, – Васько говорил спокойно. – Мы уходим. Без прикрытия пехоты, вы сами понимаете… – майор глянул на лейтенанта‑пограничника. – Товарищ лейтенант, вы человек опытный, поможете личному составу дивизиона напрямую выйти к Золочу.
– Товарищ майор, – пограничник был готов спорить.
– Лейтенант, успеете, – жестко прервал его Васько. – Мне стрелки нужны и танкисты. Уверен, вы будете воевать достойно. Потом, когда подлечитесь, – майор кивнул на забинтованные руки пограничника. – Сейчас мы немцев зубами грызть не собираемся. Поработайте головой, выведите людей. Есть опасность оказаться в «котле». Готовьте пехоту…
Два лейтенанта, влившиеся накануне вечером со своими людьми в отряд капитана Раца, побежали в рощу поднимать людей. За ними быстро пошел батальонный комиссар.
– Готовьтесь к отходу. Не затягивайте, – приказал Васько капитану Рацу и лейтенанту. – Организованно и грамотно вывести людей – большое дело. Успеха вам.
Офицеры козырнули и пошли к позициям гаубиц. Оба выглядели одинаково расстроенными.
– Товарищ майор, – к Васько обратился дождавшийся своей очереди лейтенант Любимов.
– А, лейтенант, – Васько пожал ему руку. – Благодарю за отлично выполненное задание. Значит, так – оставлю мотоцикл. Веди наблюдение, дождешься немцев – пулей ко мне. Доложишь. Ни во что не ввязывайся. Главное – время засеки. Думаю, часа полтора‑два у тебя еще есть. Только наблюдение, понял? А сейчас отойди‑ка на минутку.
Васько сделал несколько шагов в сторону от автоматчиков охраны, поманил девушку. Катрин терпеть не могла, когда ее вот так подзывали, но сейчас проявлять характер было нелепо.
– Что за бабские фокусы? – Голос майора звучал тихо, девушка едва слышала его в неумолчном гуле моторов. – Сделала дело, дай другим спокойно работать, – Васько смотрел на нее чуть ли не с отвращением. – Во‑первых, верни мне личное оружие.
Катрин молча отдала «наган».
– Хорошо. Во‑вторых, доходишь вон до тех деревьев и исчезаешь. Понятно?
– Так точно, – Катрин повернулась через левое плечо.