Страница 29 из 50
- Все видели узлы? — для пущей торжественности Гард прошептал свой вопрос.
Ессеи молча закивали головами: мол, да, видели.
- Можете ли вы, не верящие в меня люди, представить, что узлы эти исчезнут сами по себе?
И снова молча закивала головами толпа: нет, мол, не можем.
Гард отпустил веревку.
Узлы развязались. Веревка была абсолютно гладкой.
Гард понес веревку к толпе.
— Вот моя жизнь! — причитал он. — Как на этой веревке не удержались никакие узлы, так и в ней узлы не удержатся! Узлы неверия и непонимания!
Толпа рухнула на колени.
Гард обернулся. На колени упал и Барак. В его глазах комиссар читал ужас.
Гард несколько раз махнул веревкой над головами ессеев и подумал: «Я могу делать с ними все, что угодно. Могу превратить их в армию, и они пойдут уничтожать того, кого захочу я. Могу любому из них приказать повеситься на этой веревке, и он с радостью повесится.
А что я сделал? Просто показал фокус, которым отец развлекал гостей вечерами. И этого оказалось достаточно, чтобы во мне увидели Божьего Посланника!
Господи! Ну почему Ты создал людей такими?! Неужели с такими тебе интересней?
Впрочем, если я найду Иисуса, я смогу задать ему этот вопрос. Он-то знает...»
Комиссару показалось, что только в эту минуту он осознал наконец-то, для чего ему нужна эта Весть. Слишком много надежд она дарила: и встретить Элеонору, и вернуться на Землю, и — наверное, это все же главное — узнать Истину.
А вдруг эта Истина и вправду поможет людям измениться, стать лучше? Кто знает, быть может, эксперимент с Гардом, который сам он никак не в состоянии понять, и состоит в том, что именно он — человек XXI века — должен принести людям Истину, дабы вся история человечества пошла по-другому?
Почему нет? Может быть, это будет самое главное чудо в истории человечества?
- Я ухожу от вас! — медленно произнес Гард.
- Не уходи, посланник! Не уходи! Не уходи! — раздалось со всех сторон.
- Я ухожу от вас! — повторил комиссар. — Вы не поверили мне, и я ухожу! И покуда звук шагов моих будет достигать ваших ушей, вы не должны поднимать голову. Никто не должен видеть, как уходит посланник.
- Да... Да... Да... — раздавалось со всех сторон.
- А если хоть один из вас поднимет голову, он немедленно превратится в уголь. Вы верите мне? — взревел комиссар.
И толпа завыла на разные голоса:
- Да... Да... Да...
Гард смотрел на толпу людей, стоявших перед ним на коленях, и с некоторым ужасом понимал: ему ужасно нравится эта власть над толпой. И он с удовольствием попросил бы их сделать какую-нибудь глупость. Попросил бы просто так, бессмыс-
ленно, просто чтобы убедиться в своей власти над ними.
Нет, пора уходить.
И тут комиссар заметил, что один из мальчишек, Иосиф, плачет. Плечи мальчика вздрагивали, он не мог сдержать рыданий.
Гарду стало его жаль.
Он подошел к Иосифу. Положил ему руку на голову и произнес торжественно:
- Слушайте меня, ессеи! Два мальчика, Иосиф и Иаков, первыми увидели меня. Два мальчика, Иосиф и Иаков, принесли вам слово обо мне. А вы не поверили им! Теперь ваша вина перед ними - неизбывна. Утешайте их, любите, храните! Они должны стать самыми любимыми среди ессеев, самыми хранимыми! Только если вам удастся принести счастье этим детям, ессеи и сами будут счастливы! Это говорю вам я — посланник Солнца!
Барак плелся вслед за комиссаром.
Бараку было очень страшно.
«Зря я не убежал в новую жизнь, — думал Барак. — Что ж я теперь буду делать?»
На его глазах Гершен совершил чудо! Он, Барак, спас от смерти того, кто умеет совершать чудеса!
А кто может совершить чудо? Только Божий Посланник. Это ясно.
И как же теперь быть? Что же делать, если Учитель и Гершен встретятся?
У Барака не было ответов на эти вопросы. А он знал: если жизнь ставит вопросы, на которые нет ответа, ничем хорошим это не кончится.
Путь до пещеры Егошуа показался Гарду очень близким.
Солнце еще не собиралось никуда уходить, а они уже пришли.
- Я пойду первым, — сказал Барак. — Это очень большая пещера. В ней много разных комнат. Я исследую все.
- Мы пойдем вместе, — твердо ответил Гард. — Мы не знаем, как поведет себя Егошуа, у которого Весть.
От этих слов Бараку стало совсем не по себе.
В пещере действительно оказалось множество разных комнаток. Гард и Барак ходили из одной в другую: пусто.
- То, что Учитель ушел, понятно, — сказал Барак. — Но отчего лее нет ни одного его ученика? Здесь всегда жили его ученики. Всегда. Почему же их нет теперь?
- Это говорит только о том, что Егошуа ушел надолго. Очень надолго. Может быть, навсегда.
В самой крайней комнатке они заметили на лежанке чье-то тело, укрытое циновкой.
Гард сделал Бараку знак остановиться, а сам подошел к лежавшему человеку.
Человек то ли был мертв, то ли — очень крепко спал.
Перекрестившись под недоуменным взглядом Барака, Гард протянул руку, чтобы сорвать циновку.
Но не успел.
Циновка отлетела. Человек сел. Длинные черные волосы рассыпались по плечам.
- Не может быть, — почему-то прохрипел Гард.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
Барак жарил на огне куски мяса и подавал их на стол.
Элеонора и Гард ели.
Элеонора рассказывала. Ей было о чем рассказать.
Барак делал вид, что не слушает. Пожалуй, больше всего на свете ему хотелось бы не слышать то, о чем рассказывала эта красивая женщина с черными волосами.
Но не слышать было невозможно. А слушать — невыносимо.
- Я говорила тебе, Гершен, что Весть каким-то образом связана со мной. Я просто знала, что есть такая связь — и всё. Никогда ее особо не ощущала. Я знала: Гершен найдет Весть и передаст ее Иисусу. И я решила помочь тебе. Я решила найти Иисуса.
- Тебе удалось? — спросил Гард.
- Да. Я знаю, где прячется Иисус.
- Иисус прячется? — удивился Гард.
Если верить Библии, Иисус не прятался никогда. В пустыню — да, уходил. Но прячущийся Иисус — это уже не Бог.
Может быть, Элеонора что-то путает? Хотя не исключено, что и в Библии все написано не совсем так, как оно было на самом деле.
- Я расскажу тебе об Иисусе. Это — настоящий человек. Как только мы найдем Весть, я тебя с ним познакомлю.
- Но как, как мы ее найдем? — нетерпеливо спрашивал Гард.
- Подожди, я сбиваюсь, — Элеонора пригладила волосы. — Давай все по порядку. Я рассказала Иисусу о том, что ты должен прийти к нему с Вестью и тогда откроется Истина.
-А Он?
- Очень обрадовался. Но погоди, пожалуйста, не перебивай меня. Мы ждали тебя. Мы были уверены, что, когда ты найдешь Весть, ты придешь к Иисусу. Но тебя все не было.
- Я был занят, — усмехнулся Гард. — Я умирал.
- Это мелочи, — отмахнулась Элеонора. — Умирать — это любимое занятие человека. Этим занимаются все на протяжении жизни. Итак, мы тебя ждали, а ты не шел. И вдруг однажды, глубокой ночью, я проснулась. Я не могла спать. Я вышла из пещеры, где мы ночевали. И я поняла: Весть зовет меня. Весть в опасности и зовет меня.
Я сказала Иисусу: «Весть зовет меня». И Он ответил: «Иди».
И я пошла.
Я не знала ни куда я иду, ни зачем, ни какова цель моего путешествия. Я знала только, что должна идти. И я шла.
И очень скоро я вышла на площадь. И там было очень много народа, а на возвышении стоял высокий человек с длинным лицом и говорил проповедь.
«Кто это?» — спросила я. «Егошуа, — ответили мне. — Это пророк. У него есть Весть. И он знает Истину». — «Это вор!» — хотелось крикнуть мне. Но я сдержалась.
Гард вздрогнул, потому что раздался дикий крик. Это Барак уронил себе на ногу горячий кусок мяса.
— Осторожней, Барак, — вздохнул комиссар и, уже обращаясь к Элеоноре, сказал: — Ну, и что было дальше?
«Осторожней, Барак, — вздохнул про себя Барак. — А как, как быть осторожней, когда твоего Учителя обвиняют в воровстве? И самое ужасное, что так оно и есть. Он, Барак, должен ударить эту женщину, оскорбиться. А он так не делает. Он продолжает жарить мясо, как ни в чем не бывало.