Страница 58 из 85
А потом — оргазм. Вроде бы все как обычно, но… как бы сказать слова поточнее… Вы можете представить оргазм как взрыв, не просто вспышка, а взрыв? А потом я начал медленно, очень медленно падать в темноту. Глубокую бархатную теплую темноту…
— И что дальше?..
— А потом наступило утро. Почти все, кто был в комнате, проснулись. Наверно, это все выглядело отвратительно — голые люди спят вповалку на полу, рассвет только забрезжил… Но я не чувствовал никакого отвращения. Мне было хорошо как никогда, просто на удивление. И всем остальным тоже — понятия не имею, откуда я это знал, но это было так. Кто–то сварил кофе — я никогда раньше не пил такого вкусного кофе. Аромат такой, будто зерна только что обжарили. А сигаретой можно было наслаждаться, как самой лучшей сигарой. Мне очень хотелось остаться и позавтракать вместе с остальными, но нужно было возвращаться на корабль. Ведь мы должны были улетать. Итак, я вернулся на корабль. Я чувствовал себя восхитительно — я был на вершине мира, на вершине всех миров. У меня любое дело само собой ладилось.
— Включая проверку двигателя, — заметил Граймс.
Вдохновенное лицо Плесхоффа превратилось в каменную маску.
— Да, сэр. Двигатель. Я стоял на мостике в командном отсеке. И заметил, что инерционный двигатель уже на холостом ходу. И неожиданно мне в голову пришла идея. Почему бы не показать старому уроду… простите, сэр, я хотел сказать, что Старик — не единственный, кто способен управлять кораблем. Я знал, что он сидит в офисе Данбара, и решил сыграть с ним шутку: пусть увидит, как его драгоценный «Карибу» взлетит без него.
— Гхм… Отличная шутка, — проговорил Граймс. — Можешь считать себя счастливчиком: ты умудрился никого не убить и не покалечить. Гхм… У меня предложение: сообщи властям, как звали твою подружку, с которой ты пошел на эту несчастную вечеринку. Впрочем… местная розыскная служба сама с этим справится, я уверен. А вот настоящий виновник — это, несомненно, толкач. Если бы ты сказал, как его звали, то смог бы смягчить себе наказание.
— Я не могу, — грустно ответил Плесхофф. — А если и мог бы, то не сказал.
Граймс печально покачал головой.
— Не знаю, что тебе светит, когда выйдешь отсюда. Но за что бы ты ни взялся, советую побыстрее усвоить, что школьному кодексу чести не всегда стоит следовать.
Коммодор встал.
— Что ж, мистер Плесхофф… мы, со своей стороны, сделаем все, что сможем. Мы тоже гордимся, что стараемся помогать своим. Жаль, что ты среди нас не задержался.
6
— До чего нынче докатилась молодежь! — патетически воскликнул капитан Данбар, когда они с Граймсом покинули здание тюрьмы. — Наркотики… оргии…
— Никогда не участвовал в оргии, — с тоской в голосе заметил Граймс. — А вы?
— Конечно же, нет! — Данбар фыркнул и подозрительно покосился на коммодора. Через пару секунд до капитана дошло, что это была шутка. — В Приграничье творятся подобные вещи, а мы до сих пор пребывали в счастливом неведении. Было большой ошибкой открывать эти планеты для межгалактической торговли — я всегда это говорил.
— Гхм… Кстати, где меня поселили?
— Для вас забронирован номер в отеле «Скала Приграничья», коммодор.
Граймс вздохнул, «Скала Приграничья» была в порту Форлон на Лорне, в порту Дальнем на Далекой, а также в порту Эдгель на Фуле. В каждой из них он останавливался по несколько раз. Эти отели были самыми дорогими в мирах Приграничья… но самая высокая цена еще не гарантирует самый лучший сервис. Граймс предпочел бы остановиться в гостинице, где меню выглядит не столь претенциозно, но кормят вкуснее, где персонал не похож на Высших Адмиралов Галактики, но обслуживает куда лучше. По счастью, он пробудет здесь всего несколько дней — пока не уляжется шум вокруг «Карибу Приграничья».
Огромное здание «Скалы Приграничья», как и тюрьма, выходило фасадом на центральную площадь. От двери до двери было буквально два шага, но Данбар усадил коммодора в машину и подвез прямо к дверям. Как уверял капитан, багаж уже ждал его в отеле.
Граймс шагнул на тротуар и проследовал к массивной двери отеля сквозь силовое поле. Последнее, вероятно, было призвано предохранять внутреннюю атмосферу, которая не отличалась свежестью от смешения с восхитительно чистым воздухом улицы. На планете вроде Лорна такая мера была насущной необходимостью, но на Ультимо выглядела просто бессмысленной данью роскоши. Швейцар в пышной ливрее приветствовал входящего так, будто он был по меньшей мере Первым Лордом Космической Федерации. Коммодор кивнул и подошел к огромной стойке. Полдюжины очаровательных девушек, собравшихся за ней, щебетали между собой, будто разноцветные птички в вольере. Наконец одна из них снизошла до того, чтобы обратить внимание на Граймса.
— Сэр?
— Меня зовут Граймс. Для меня заказан номер.
— Тот самый коммодор Граймс? — ахнула высокая блондинка, стройная, как статуэтка — очаровательная статуэтка в брючном костюме из малинового дермитекса, который выгодно подчеркивал ее формы.
— Тот самый.
— Для вас карлотиграмма, сэр. Пришла несколько минут назад, — и она протянула Граймсу темно–синий конверт.
«Почему сейчас? — отковыривая ногтем печать, думал он. — Почему именно сейчас?»
Аккуратно вскрыв конверт, коммодор прочитал:
От: Командующего Флотом Миров Приграничья
Кому: Коммодору Граймсу, D.S.М., О.С., ФСБ, R.W.N.R.
Копии: с/о отеля «Скалы Приграничья», порт Дальний, Ультимо,
с/о буксира «Маламут Приграничья», порт Дальний, Ультимо,
с/о офис порта, Флотилия Приграничья, порт Дальний, Ультимо.
В соответствии с указанной датой и с момента получения вы числитесь на действительной военной службе во Флотилии Миров Приграничья. Жалованье и довольствие назначаются в соответствии со званием коммодора первого класса, издержки оплачиваются по мере необходимости. Вы обязаны оказывать содействие полиции, таможне и прочим властным структурам, которые проводят расследование контрабанды наркотиков. Проблемы, связанные с вашим возможным отсутствием в Резерве Флотилии Приграничья на неопределенный срок, улажены.
Кравиц.
— Гхм… — задумчиво произнес Граймс.
Несложно представить, что произошло. Скорее всего, высшие чины пришли к заключению, что падение нравов в Мирах Приграничья достигло критической отметки. Посему, вероятно, некоторые из них потребовали, чтобы Флотилия приняла меры против контрабанды наркотиков. Граймс весьма живо представил себе адмирала Кравица. «Итак, господа, мы поручаем выполнение этой задачи коммодору Граймсу. Он великолепный специалист по разрешению нестандартных ситуаций». Конечно, если Граймсу удастся перекрыть кислород контрабандистам, флотилия только выиграет. Если же дело будет провалено, можно будет сослаться на то, что он, в конце концов, не кадровый офицер, а офицер запаса. Раньше в подобных ситуациях они с Соней трудились в одной упряжке — но тогда Федерация и Конфедерация действовали заодно. Теперь, похоже, ничего подобного не предвидится. Большинство планет Федерации придерживались принципа вседозволенности, в отличие от Миров Приграничья.
«Ну вот и славно, — подумал Граймс. — Пожалуй, сейчас стоит проявить активность. И для начала организуем себе транспорт. Билли Вильямс — командир запаса, а «Маламут Приграничья“ классифицируется как вспомогательное транспортное средство Флотилии. Здесь, в Дальнем, у нас есть арсенал и небольшой транспортный парк. А посему — пусть Адмиралтейство немного раскошелится».
В сопровождении юноши в аккуратной униформе коммодор поднялся наверх, в свой номер.
Первым делом Граймс связался с «Маламутом Приграничья» — буксир уже успели подключить к телефонной сети планеты — и попросил Вильямса зайти к нему как можно скорее. Следующий разговор состоялся с управляющим порта Дальнего Флотилии Приграничья, которому коммодор сообщил, что его, Граймса, призвали на действительную военную службу. Потом надиктовал срочную карлотиграмму для адмирала Кравица, в которой подтвердил запрос на использование «Маламута» и его экипажа. Позвонил на базу О.I.С. порта Дальнего, представился и предупредил офицера о возможной необходимости проведения работ по реконструкции буксира. Еще одна карлотиграмма предназначалась Соне и сообщала следующее: