Арлекин

Губы Натаниэла были приоткрыты наполовину, его прикрытые веки трепетали, его лицо расслабилось от удовольствия. Его тело было напряжено нетерпением. Он наслаждался болью, наслаждался тем, что кто-то может ему эту боль причинить. Дерьмо.

Байрон отпустил Натаниэла резко, почти бросил. Натаниэл откинулся на кушетку, все еще задыхаясь, опустив голову на прежний уровень и прикрыв закатившиеся глаза. Его позвоночник изогнулся, заставляя его откинуть голову на спинку кушетки.

Байрон стоял там и наблюдал за ним.

–Детка, это слишком бурная реакция, ты им пренебрегаешь.

Он был прав. Мне не хотелось это обсуждать, но он был прав. Доказательство этого пренебрежения корчилось в экстазе на кушетке, наслаждаясь тем, что я не могла ни ему дать, ни даже себе объяснить. Я люблю немного жесткости во время секса, но такой реакции у меня не бывает. Натаниэл начал затихать, глаза все еще оставались прикрытыми, а на лице заиграла довольная улыбка. Я поняла, что насилие могло бы быть для него настоящим сексом, правда могло.

Я смотрела на Байрона.

–Тебе это нравится? - я знала, что да, но должна была удостовериться, потому что именно я помогла ему это сделать.

–До меня доходили слухи, что ты не доминируешь над ним, но я не верил этому. Я к тому, как ты можешь спать с ним и не быть его госпожой? Доминирование и подчинение - лучший подарок для него.

Я кивнула, и подняла пистолет.

–Ты знаешь, как близко ты подобрался к тому, чтобы получить пулю?

–Я прекратил, как только увидел, что ты в меня целишься, - улыбка снова утекла с его лица, но потом он вновь улыбнулся. - Это так возбуждает.

–Ты хочешь сказать, что я не стала бы стрелять в тебя? - я рассмеялась, наконец, но это было скорее нервное.

–Не совсем то, что любит выделывать Натаниэл, но иногда мне нравится доминировать.

Он сел на кушетку между подлокотником и Натаниэлом. Он опять закинул ему руку за шею, но на этот раз он сидел рядом, а не у Натаниэла на коленях, так что не мог смотреть ему прямо в лицо. Обнимавший его Натаниэл бросил на него совершенно спокойный взгляд. Это меня нервировало. Он обнимал руки Байрона, обвивавшие его, будто плюшевого мишку. Он никогда не был настолько привязан к Байрону, и вот теперь всего капля насилия, и они уже лучшие приятели. Я не понимала этого, просто не могла понять.

Байрон обнимал его и гладил по волосам.

–Я дуальный, Анита, во всех смыслах.

Я нахмурилась, глядя на него.

–Дуальный означает бисексуала, правильно?

–Есть и другое название, детка.

–Скажи мне, Байрон. Я в таких тонкостях не разбираюсь.

–Это значит, что я могу быть и доминантом, и подчиненным.

–Покорный и подчиняющий, - уточнила я.

Он кивнул.

–И что ты предлагаешь? - спросила я.

–Я могу тебе помочь приручить твоего котика.

–Как? - я постаралась сдержаться, чтобы мой голос не звучал подозрительным, получилось.

–Как ты можешь быть такой грозной и сомневаться всего в одном слове, детка.

–Отвечай на вопрос, - прервала я его.

–Корми ardeur на мне и Натаниэле, пока я буду над ним доминировать. Если у нас получится, энергия должна высвободиться нереальная.

–И что ты этим хочешь добиться?

–Я хочу добиться секса с тобой, детка.

Я отрицательно покачала головой.

–Попробуй еще раз, Байрон. Ты же любишь мальчиков больше, чем девочек.

–Я хотел бы секса с Натаниэлом.

Мои глаза сузились.

–Ты же никогда не западал на его тип.

–Да, но он несчастен, а я хочу, чтобы мои друзья были счастливы.

–Это ведь не все, - сказала я.

–Ты подразумеваешь, как я понимаю, связь любовников, - он обосновался в углу кушетки. Натаниэл обнимал его так, будто это был уже не первый раз, хотя я знала, что это не так.

–Он делает это для меня, - сказал Реквием. Я посмотрела на другого вампа, который так и не двинулся со своего стула.

–Объясни, - сказала я.

–Скажи ей, Байрон, скажи, почему ты так щедр в своем предложении.

–Куда же ушла вся твоя поэтичность, Реквием? - бросил Байрон.

–В цепях и темноте зачем мне оставаться, нести траур в тюрьме, когда уж за ключ я держался? - ответил Реквием.

–Так-то лучше, - отметил Байрон. - Так что ты надумала по поводу всего этого, крошка? Факт того, что Анита тебя не обожает, выводит тебя, не так ли?

Реквием уставился на него, и что-то в его взгляде заставило Байрона задрожать. Я не была уверена, что эта дрожь связана со страхом. Он не боялся, хотя и должен был бы. Я никогда не видела, чтобы Реквием так злобно на какого-нибудь смотрел.

–Я чую в воздухе запах разборок, которые могут выйти из-под контроля. Так как часть моей работы обеспечивать сохранность моих людей, я не могу эти разборки позволить, - сказала я.

Байрон взглянул в мою сторону.

–Натаниэл нуждается в боли, Анита. Я могу дать ему эту боль, пока вы будете вместе в постели. Ты хочешь его контролировать, но не хочешь делать грязную работу.

–Натаниэл говорил с тобой об этом?

–Я знаю, как это бывает, Анита, хотеть чего-то и не получать. Я провел столетия, передаваемый по рукам тем, кто не давал мне то, чего я больше всего хотел. Ты любишь Натаниэла, он любит тебя, но в конечном счете нереализованное желание может свети на нет всю любовь, как скисшее молоко, оставленное на солнце.

–Таким образом твоя щедрость - это не проявление добродетели, - резюмировала я, позволяя голосу передать всю уверенность, какая у меня была, в том, что я говорю.

–Ты обвиняешь его, что он тебе не сказал, детка, хотя на самом деле ты его просто не поняла.

–Теперь я точно знаю, что понимаю, о чем речь, - сказала я.

–Так мое небольшое шоу помогло?

Я собиралась сказать нет, но это было бы ложью. Большинство вампов чувствуют ложь, так что стоит ли пробовать?

–Ненавижу себя, что допустила такое, но да, это помогло. Я не могу сказать, что буду рада увидеть это снова, но у тебя есть шанс.

–Могу я? - спросил он, соскальзывая вниз по кушетке, так что они с Натаниэлом все теснее сплетались телами. Если Натаниэла и беспокоило такое соседство с голым коллегой по работе, то он никак не выказал этого. Хорошо, с голым человеком, который не был нашим любовником. Неужели слегка потянув его за волосы, Байрон добился такого эффекта? Неужели потребности Натаниэла были настолько велики, или это я ими настолько пренебрегала?

Байрон не сделал ничего, что могло бы мне не понравится. Он не сделал ничего плохого. Так ли уж плохо просто связать Натаниэла и трахнуть его так же, как если бы он не был связан? Настолько ли это было ужасно? Я смотрела на этих двух мужчин в объятиях друг друга, на мирное, удовлетворенное лицо Натаниэла, и поняла, насколько я была эгоисткой. Я считала, что если нашим отношениям суждено закончится, их закончу я. То, что я его сломала бы с его потребностями или еще с чем-либо. В тот момент я поняла, что он бы сломать меня настолько, что я не стала бы так болезненно реагировать на его нужды. От этой мысли я напряглась. Я любила его и действительно готова была это сделать. Я не могла вообразить мою жизнь без него. Так что я готова сделать, чтобы его удержать? Как далеко я готова зайти, чтобы сделать ему приятное? У меня уже был секс с Байроном однажды. Я кормила на нем ardeur. Байрон мог бы научить меня, как нужно доминировать над Натаниэлом? Может да, а может и нет. Но его небольшое шоу показало мне одну вещь: мне нужен был кто-то, кто бы рассказал, как правильно пользоваться Натаниэлом. Я никогда и подумать не могла, что достаточно лишь слегка потянуть его за волосы, чтобы получить такую яркую, удивительную реакцию.

–Ты выглядишь так, будто это слишком сложно для тебя, любимая.

–Я размышляю над твоим небольшим шоу, разве не этого ты хотел? - спросила я.

–Я хотел, чтобы оно возбудило тебя, но в твоих глазах я вижу иное. - Теперь настала его очередь хмуриться.

–Ее так легко не получить, - откликнулся Реквием.

–Она любит, чтобы двое мужчин за раз.