Страница 24 из 99
Смеешься, шутишь, радуешься…
… и как прежде — Счастлива…
Будто мы и не сорились.
Но причина? Причина уже в ДРУГОМ!
Этот малолетний ублюдок Демьян Рамич?
Ха.
Абсурд.
Какой-то сосунок… заставляет меня чувствовать себя гадко.
Ревновать!
Ревновать. Жесть!
К кому? К шпане безмозглой??
Да уж… не думал, что когда-нибудь доживу до такого позора.
Волосы на роже у него еще не выросли, молоко на губах не пообсыхало — а он уже корчит из себя Крутого Перца.
Е-е-еп…перный театр!
А Киряева ведется. Ведется! Как самка безмозглая.
(тяжелый вдох)
То еще. Нашла мне героя.
… да он с одного удара потеряется, мордой землю пробуравит.
Сука, сука ты, Киряева!!!
(нервно дернул, сгреб со стола все бумаги на пол;
швырнул радар на кушетку — прочь безумие)
Даешь свободу и трезвость ума!
(сорвался с места — и вылетел прочь, на улицу)
Дышать свежим воздухом.
Отжаться на турнике, до пота, до боли, до тошноты — и привести чувства в порядок.
Не бывать такому, чтобы женщина лишила меня рассудка.
Честь и стальной разум — всегда будут со мной.
(Лера)
— КАКОГО ХЕРА ОНА ОТКЛЮЧИЛА СВЯЗЬ???
(неистово завопил Дмитрич)
— Не знаю, — едва слышно прошептала я.
— Когда она последний раз с тобой связывалась?
— Минут двадцать назад.
— Где была?
— Не знаю, у холма вроде. Н-но, она точно уже не там. Света меняла курс как раз.
— Чертовы бабы! Да что у вас за маргарин-то в голове???
(тяжелый вздох и отвернулся)
— Дежурный, у нас ЧП — боец не вернулся с поля. Да. До сих пор. Связи нет. Как у Макарченка тоже? А кто? Рамич? Демьян Рамич?
А давно отзывался? Минут тридцать назад. Ясно…
Ладно, собирай группу и будем…
— О!! СВЕТА ИДЕТ!!!
Жадно прикипели взглядом.
Растрепанные волосы, каска в руках. И едкая ухмылка скривила губы.
— Простите, не успела… добежать вовремя.
(такое впечатление, что от своего безумия она охмелела)
Молчит. Молчит Филатов…. едва дышит.
Глаза округлились, выпучились от шока. Налились бешеной кровью.
Тупая улыбка не слезала с лица Светки. Пристальный, едкий взгляд в глаза Ю. Д.
Несмелое движение — и вдруг, едва слышно, заговорил в рацию.
— Нашлась. И Рамич вернулся? Вот и хорошо.
…
Невнятный, заторможенной реакцией, разворот — повернулся к нам лицом.
— С-стройтесь. Уходим. А я… пока дом запру.
Неспешно пошагал на крыльцо.
Тяжесть мыслей глушила разум — но ни звука, лишнего звука, не сорвалось с его губ.
Боль, отказ верить глазам-ушам-логике… и полная каша безумия в голове.
Погасла лампочка. Щелкнул замок — глухие стуки-шаги по ступенькам — и Филатов встал рядом.
— На ТОС, марш… — попытка скомандовать, но вышло слишком вяло.
Побежали, побежали девчонки по тропинке…
Побежали прочь.
— Света, ты идешь? — несмело позвала я Киряеву.
— Да, конечно.
Неспешно ступила пару шагов
(видимо дожидаясь, пока остальные отдаляться на приличное расстояние) и внезапно застыла, замерла. Обернулась, резкое движение — преграждая путь Юре (тот замер, растерявшись)
и вдруг отчеканила:
— А он, и вправду, зверь. Не то, что ты.
Ядовито хмыкнула. Резкий разворот — и помчала за взводом.
Глава Двадцать Пятая
(Света)
Чертова физика. Да кому она вообще тут нужна? Кому?
Статика, динамика, механика — да все… один хрен, и всё по барабану.
Меня учат убивать. И ваша физика… уж никак не вдохновляет на подвиги.
Робкий стук в дверь.
— Да, да. Входите, — спешно отозвалась Оксана Валерьевна.
— Здравствуйте.
— Здравствуй.
— Можно передать сообщение?
— А? Да. Конечно.
— Валерия Клинко здесь же учится?
— Да, — взволновано вскрикнула Лерка.
— Филатов Юрий Дмитриевич попросил тебя зайти к нему.
— Э-э-э… Срочно? Или на перемене можно, а то у нас тут контрольная…?
— Наверно, — несмело пожала плечами девушка. — Ладно, я пошла?
— Это все?
— Да.
— Тогда иди, — мило улыбнулась физичка.
…
— Лера?
— А?
— А чего это он тебя вызывает?
— А мне почем знать?
— Оксана Валерьевна, я уже дописала работу. Можно сдать и пойти к Филатову? А то нам потом нужно за перемену успеть перебежать в М-корпус. Боюсь, не успеть.
— Да, да. Конечно. Сдавай и можешь быть свободна.
Сжалось. Сжалось все внутри меня от злости.
Это… что тут твориться?
(провожаю Лерку взглядом)
… явно нечисто.
…
Право, я держалась до последнего. Все семь минут пыталась выдушить из себя — сосредоточение на задачах по Динамике.
Черт, да катись оно всё… ПРОПАДОМ!
Вмиг подскочила, подорвалась — листок спешно уложила сверху на Леркин (на учительском столе) и помчала на выход.
— Эй, Киряева!! Это ты куда???
— К ФИЛАТОВУ!!!
(Лера)
— Юрий Дмитриевич… Свете очень плохо… из-за ваших ссор.
— Лера. Давай не будем об этом.
И потом, судя по тому, что мы увидели в прошлое воскресенье — не так уж всё и печально. Девушка вполне нашла…. где утопить свою грусть.
— Она лишь… пытается достучаться до Вас.
(промолчал; нервно скривился)
— Я думаю, Света давно уже жалеет о всем том, что сделала или говорила, -
(продолжила я).
— Валерия. Давай тему Киряевой оставим в покое. Мне уже не интересно, что и как с ней происходит. Ясно? Уж лучше… в журнал смотри и диктуй быстрее цифры.
…
— А это что?
— Где?
— Вот, — протянула журнал.
— Черт, — нервно вскрикнул Филатов. — Пожалуйста, Лера. Можешь открыть третий ящик сверху, и посмотреть там номер.
— Хорошо, — подчинилась, подскочила… -
…
Эээ… и тут… черти что написано.
— А, ну, дай, — живо подхватился, подошел ближе.