Страница 52 из 87
Увы, адептка не успела добраться до соседнего зала, как её подхватили на руки и взлетели с ней под потолок.
Шайрен шептал, с Аишей ничего не случится, он немедленно переговорит с братом, и заверил: Мериам останется в замке вопреки планам матери.
- Она не в своём уме, уж прости её.
Адептка гневно глянула на него и прошептала: 'Она же не простила, почему я должна?'
Шайрен вздохнул и развернул Мериам к себе. Он на миг отпустил её, чтобы, падая, адептка уцепилась за него и оказалась в двусмысленной позе.
Крылья мгновенно подхватили Мериам под поясницу, руки демона обвились вокруг талии, а губы потянулись к губам.
Поцелую помешало появление Насьены. Она напомнила, что пора накладывать иллюзию, и впала в ступор, когда Шайрен заявил: в этом больше нет необходимости.
Выяснив, в чём дело, демоница пришла в неописуемую ярость. Сверкая глазами, она кричала, что сын сошёл с ума, если позволил человечке командовать собой. Но Шайрен стоял на своём. Он опустил Мериам на пол, заслонил собой и заверил: мать зачарует её только через его труп.
Насьена оскалилась в улыбке, обнажив характерные демонические резцы, и поинтересовалась:
- Может, ты ещё женой эту сделаешь? Да она не стоит мизинца Синтии, человеческая тварь из рода Ики!
- Она моя! - вслед за матерью повысил голос Шайрен. - Тебе достанутся внуки - чего ты ещё хочешь? Мести? Мсти ФасхХавелам - это они отняли Синтию. Я лично перегрызу горло Гонории, если доберусь до её шеи.
- Тогда почему не желаешь послать к ним девчонку?
- Потому что не хочу, и это не обсуждается. Я найду способ, доберусь до перстня, - заверил демон. - Поумней, мать, не повторял ошибок отца!
Насьена переменилась в лице и, зашипев, набросилась на Мериам. Та завизжала, в отчаянии прикрывая голову руками - будто они могли защитить от когтей демоницы! Но на её теле не появилось ни царапины: Шайрен ухватил мать за руку и отбросил от Мериам. Насьена пролетела весь коридор и, падая, снесла щит на стене.
Обе: и демоница, и Мериам, - изумлённо взирали на Шайрена. Тот впервые поднял руку на мать.
Первой оправилась Насьена и, выкрикивая ругательства, заявила: её сын - трус, недостойный носить имя АльХани. Волосы демоницы растрепались и длинными космами падали на плечи, только усиливая сходство с сумасшедшей. Глаза пылали ярче светильников, так, что Мериам стало страшно: вдруг убьёт или проклянёт не на словах, а на деле.
Шайрен не выдержал и рыкнул, ощетинившись крыльями. Он пошёл на мать, отбрасывая всё, что попадалось на пути, остановился в паре шагов от неё и заявил:
- Отныне я глава семьи АльХани. Я обрёл тело, полон сил, пришла моя очередь принять бразды правления. Это разумно - властвовать должен мужчина.
Насьена зарычала и, взметнув юбкой, исчезла в вихре пространственного коридора.
Мериам тяжело опустилась на пол и сгорбилась. Она понимала: отныне демоница возненавидела её ещё больше.
- Давно собирался, но повода не было, - Шайрен присел рядом и обнял за плечи. Адептка испуганно дёрнулась, но, в итоге, уткнулась в грудь демона. - Мы не дроу, у нас женщина существует для мужчины, а не наоборот. Мать волей случая осталась единственным взрослым членом семьи АльХани. Брат не родился, я погиб. Да, Мериам, я долгие годы неупокоенной душой скитался по мирам, пока не стал перерождённым духом. Мне очень повезло с телом, мало менять пришлось. Хочешь, покажу, как выглядел при жизни?
Мериам промолчала, безропотно позволила поднять себя на ноги и повести куда-то - как оказалось, в портретный зал. Там, среди суровых демонов и демониц, застывших в трёхмерных поясных портретах-иллюзиях, чуть мерцало изображение красноволосого зелёноглазого Шайрена.
Нынешний Шайрен Альхани походил на прежнего: тот же цвет радужки, те же скулы, линия подбородка, но мимика, рот, абрис лица не совпадали. Изначально в демоне было больше мужественности, больше высокомерия - копия Насьены с поправкой на пол. А ещё на голове красовались черные витые рога, казалось, вытесанные из камня. Насьена щеголяла такими же, только меньшего размера.
- Нравлюсь? - промурлыкал Шайрен, в который раз за сегодня обняв Мериам. - Видишь, какой я красавец, сыновья родятся такими же.
Адептка промолчала. Её занимала вовсе не внешность демона, а то, как создали портреты. Иллюзии не живут без энергетической подпитки, однако Мериам не видела мага или накопителя, снабжавшего их энергией.
- А это Синтия, - Шайрен бережно подтолкнул адептку к портрету хорошенькой демоницы с огромными, трогательными глазами. Она казалась такой хрупкой, такой невинной - даже не верилось, что перед Мериам представительница самой опасной и жестокой расы, венец творения тёмных существ.
- Её рано убили, - стиснув зубы, пробормотал демон. - Синтия не успела справить полусотенного дня рождения, когда Ионафан совратил её, а его родители - убили. Здесь сестре сорок лет. Ещё восемь Новолетий - и её не стало.
Мериам сочувственно кивнула: для демонов сорок лет - действительно юный возраст. Выдавали замуж и женили обитателей Лунного мира с двадцати пяти, когда демоны достигали половой зрелости, но обычно в полноценный брак они вступали позже, лет с шестидесяти.
- Как хорошо, что я тебя увидел, - выдохнул в шею Мериам Шайрен, поцеловал, нежно и аккуратно, и спросил: - Сколько нужно ухаживать за человеческими девушками? По-моему, достаточно. Ты меня знаешь, я тебя знаю, конфеты, цветы, чай были, даже матери представил...
- Я замужем, - напомнила Мериам. - Жаль, что понравилась вам, Шайрен, но я не люблю вас...
- Полюбишь, - заверил демон. - И не напоминай про этот смешной брак - оборотень мне и в подмётки не годится. Пара ночей - и ты забудешь его имя.
Шайрен склонился над адепткой, щекоча дыханием тонкие волоски на шее, и провёл чёрным ногтем по щеке.
- Поймите же, наконец, я не люблю вас! - Мериам выставила руки для защиты и упёрлась ладонями в грудь демона. - Я хочу к мужу, к Тревеусу!
Шайрен помотал головой и проворковал: 'Забудь'. Он подхватил Мериам на руки и понёс в спальню. Там опустил на кровать и предложил вместе принять ванну.
Зрачки демона расширились, тело напряглось.
Мериам категорично отказалась, пригрозив местью мужа, но Шайрен всё равно позвал Шурш, чтобы та подготовила воду.
- Ужин подашь через два часа, - велел демон. - Сюда, в спальню.
Орка кивнула и направилась в ванную комнату. Шайрен же продолжил любовную игру.
Поцелуи и ласки становились всё настойчивее, некоторые оказались для Мериам в новинку, например, поглаживание крыльями - ловкими, как руки, тёплыми, а не холодными, как у вампиров. Когда крыло в первый раз коснулось лица, адептка зажмурилась, но быстро поняла: Шайрен прячет когти и гладит тыльной стороной перепонок.
Решив отвлечь демона от увлекательного занятия, Мериам попросила разрешения рассмотреть крылья. Шайрен с улыбкой заверил: ей можно всё.
Адептка робко коснулась мышц крыла, ощупала твёрдую хитинную часть, отражавшую удары не хуже щита, разглядела пальцы и убранные в сумки когти.
Шайрен довольно улыбался и хвастался: какой вес выдерживают крылья, какие заклинания они способны отразить, насколько опасны нанесённые ими ранения. Он с упоением рассказывал о том, скольких убил без магии, а потом, желая ещё больше поразить Мериам, предложил показать демонический огонь.
- Он разумный, а не просто стихия.
- Спасибо, не надо, - вежливо отказалась адептка. Ей хватило жутких словесных картин с оторванными головами, сломанными позвоночниками и отрубленными конечностями.
- Напугал? - догадался Шайрен и поцеловал руку. - Люди, вы всего боитесь, даже собственной тени! Запомни: я не причиню тебе боли, любимая.
- Почему я? - в мольбе заглянула ему в глаза Мериам. - Разве мало в Лаксене девушек?
- Дурашка! - демон чиркнул ногтем за ухом адептки. - Счастье демоницы измеряется часами, проведёнными в спальне с мужем, и количеством детей.