Страница 42 из 87
Несмотря на то, что леди Марсия давно перебралась из Наисии на лоно природы, она не лишилась прежних знакомых и развлечений. В замке давным-давно, ещё при деде Магистра магии, соорудили два стационарных портала, связывавшие фамильную резиденцию Сааматов с королевским дворцом и городским особняком. Пользоваться ими могли лица, не владеющие магией.
- Брачный, матушка, - граф Саамат закончил сличение двух списков и поднял глаза на леди Марсию. - Пожалейте юных дев, выберите им кавалеров помоложе.
- Продолжение рода, Элалий! - подняла палец вверх леди Марсия. Некогда красавица, она и сейчас, поседев, сохранила горделивую осанку и точёный профиль. - Я горжусь тобой как магом, но хочу, чтобы шестнадцатый граф появился на свет.
- Это моё дело, - отрезал Магистр магии. - Когда почувствую, что старею, выберу женщину. Она родит сына, и я усыновлю его. Кольцо же не надену, простите.
Леди Марсия вздохнула, но промолчала. Раньше она пыталась спорить, а теперь поняла - бесполезное занятие. О чём говорить, если слово 'брак' для сына сродни нечисти, с которой он борется?
- Ты будешь на сегодняшнем приёме? - сменил тему граф Саамат. - Я мог бы зайти за тобой.
- Нет, я лучше погуляю. В моём возрасте свежий воздух полезнее сплетен, - улыбнулась леди Марсия. - А ты повеселись, потом расскажешь.
Магистр магии кивнул, поцеловал матери руку и удалился. Едва он появился в кабинете Академии чародейства, как Элла, его секретарь, приоткрыла дверь и сообщила: графа Саамата ждут. Каким образом она догадалась, что начальник вернулся, осталось загадкой.
Магистр магии планировал разобраться с 'должниками' и избрать меру наказания: позволить пересдать сессию в третий раз, оставить на осень, или отчислить из Академии.
- К деканам, к деканам, Элла! - нараспев ответил граф Саамат и насыпал корма белке. Она, трудяга, целыми днями крутила колесо. Животное подарили выпускники-проклятийники, и Магистр магии шутил - они разыскали его двойника. - Я занят. Вот список на отчисление, повесьте и не слушайте слёзных просьб. Поговорю только с тремя: Нареком, Лашери и Альцес. Последняя - умная девочка, но слишком много думает о тряпках.
Граф Саамат провёл рукой над столешницей, и на ней материализовались бумаги из среднего ящика стола. Он быстро подписал их, шлёпнул печать и передал секретарю. Та пробежала глазами списки, кивнула и повторила: 'Вас ждут, милорд, двое из Ведической высшей школы. Говорят, по важному делу'.
Магистр магии удивлённо вскинул брови:
- Проси.
В приёмной, помимо Крегса и Шардаша, маялись ещё пятеро адептов. Все они слёзно просили Эллу замолвить за них словечко перед ректором или подправить ведомости, предлагали шоколадки и даже завёрнутые в платки монеты, но секретарь оставалась непреклонна. Легче было разжалобить деревце в кадке в углу.
Элла вежливо попросила магов войти и помахала перед адептами списками на отчисление:
- Спускаемся вслед за мной в холл и ищем свои фамилии. Находим - возвращаем книги в библиотеку, подписываем обходные листы и сдаём пластины допуска. Нет - радуемся и уезжаем на каникулы.
Понурые адепты гуськом потянулись к лестнице. Они прекрасно знали - чуда не случится, на следующий курс их не переведут.
Магистр магии поприветствовал коллег и предложил что-нибудь выпить. Оба волшебника отказались и перешли к сути дела. Говорил Шардаш, Крегс лишь кивал, прибавляя веса словам подчинённого.
По мере рассказа граф Саамат всё больше хмурился. Улыбка исчезла с лица, уступив место озабоченности.
- Вы уверены, - переспросил он, когда профессор закончил, - уверены, что именно кандидат магических наук, преподаватель Академии чародейства Хлодий Савертин совершил столь неблаговидный поступок?
Шардаш кивнул: он не жаловался на память, а Мериам в своё время назвала имя неудавшегося насильника.
- Хорошо, сейчас вызову, - граф Саамат коснулся переговорного шара, активируя его, - и лично допрошу Савертина. Разумеется, в вашем присутствии.
Велев магам молчать, он связался с Хлодием и попросил того зайти - якобы обнаружились разночтения в ведомостях и неточность в учебном плане на следующий год.
Савертин не обрадовался нежданному вызову начальства, но обещал придти через час, туманно намекнув, что должен закончить кое-какие дела.
Скрыв Шардаша и Крегса невидимостью, граф Саамат усадил их в дальнем конце кабинета и попросил не вмешиваться, пока он не подаст знак.
- Поверьте, если Хлодий маскируется, я узнаю, - улыбнулся Магистр магии. - Есть способ. И вы бы, господин Шардаш, тоже не смогли сохранить инкогнито, если бы я его применил.
Хорошее настроение Савертина испарилось, стоило ему услышать первый вопрос графа Саамата:
- Что у вас было с адепткой Ведической высшей школы Мериам Ики? Сейчас она носит фамилию Шардаш.
Хлодий смутился и заверил - ничего.
- Советую говорить правду, - нахмурился Магистр магии.
В руках графа Саамата возник магический посох. Он завибрировал и загудел, будто говоря: 'Я полон силы, берегись!'.
Савертин недоумённо покосился на посох, затем перевёл взгляд на начальника и напрямик спросил:
- В чём меня обвиняют?
Магистр магии не ответил и повторил вопрос. Для убедительности направил на Хлодия острие посоха. Тот занервничал и признался в знакомстве с Мериам.
- Но разве это преступление, милорд? Она не была помолвлена, а ничего предосудительного я не совершил, - заключил свой рассказ Савертин.
Граф Саамат промолчал и упёр посох в пол. От него по паркету расползлись серебристые змейки тумана. Достигнув ног Хлодия, они вспыхнули и исчезли.
Савертин напрягся, рука сжала волшебную палочку. Хлодий напомнил: на любое магическое вмешательство нужна санкция Белой стражи, поэтому он оставляет за собой право на защиту.
- Желаете переговорить с Видящим? - граф Саамат взмахнул рукой - и воздух обрёл цвет. Магистр магии собирался работать с аурой Савертина. - Поверьте, в ваших же интересах, Хлодий, чтобы всё закончилось в этом кабинете. Обвинение серьёзно - покушение на изнасилование, и я хочу почитать ваши мысли. Отказ считается признанием вины.
Хлодий вспыхнул и заверил, он никогда бы не опустился до подобного преступления, и поклялся, они с Мериам просто гуляли, не более.
Защитные чары, которыми опутал себя Савертин, опали. Магистр магии тут же погрузил его в сон: так риск навредить сознанию сводился к минимуму.
Граф Саамат предупредил, чтобы его не отвлекали, и сосредоточился на заклинании.
Эльфийские чары подчинения окутали сознание Савертина.
Магистр магии прикрыл глаза и утонул в чужой памяти. Он крепко сжимал посох, подпитываясь энергией: заклинание отнимало слишком много сил, поэтому редко применялось. Легче использовать 'Всевидящее око', но граф Саамат желал не только смотреть, но и управлять чужим разумом.
Наконец он открыл глаза, развеял чары и обернулся к скрытым невидимостью Шардашу и Крегсу:
- У меня для вас две новости: хорошая и плохая. Хорошая - среди моих преподавателей нет насильника. Плохая - в Наисии завёлся неупокоенный дух демона, и нам очень повезло, что он не занял тело Савертина или не превратил его в обращённого. Я бы на месте демона использовал проклятийника для своих целей.
Хлодий очнулся, потёр затылок и вопросительно глянул на графа Саамата. Тот без утайки рассказал всё, что увидел - следы пребывания чужой души и остатки тёмной энергии в ауре. Назвал даже день и час, когда Савертина навестил демон.
- Так вот почему меня мучает мигрень и снятся странные сны! - воскликнул Хлодий, заметавшись по кабинету. - И ощущение, будто что-то забыл... Ну, конечно, именно тогда со мной якобы случился приступ! Позор, позор для кандидата магических наук!
Граф Саамат заверил, тот не виноват и, находясь под действием лекарств и лечебной магии, не смог бы противостоять душе высшего демона.