Страница 25 из 33
— Ты первый, — сказал Коро, подставляя колено, чтобы Сэм мог на него встать. — Потом втащишь меня.
К тому времени, когда оба они, тяжело дыша, оказались внутри корабля, анализатор атмосферы, прикрепленный к запястью Коро, показывал “прибл, надежд, норм.”.
Они сделали несколько шагов по коридору, собираясь снять неудобные шлемы, когда до их слуха донесся изнуряющий, запутанный ритм Песни Расы:
Сэм, Сэм, Сэм, Сэм...
Рвущийся, рвущийся, рвущийся...
К подобию...
Рвущийся к подобию
В водовороте дней.
Сэм. Сэм... Сэм...
Сэм был ошеломлен ветрами гармонии, он ощущал, как его качают порывы ритмов этой странной песни. Песня Расы пульсировала в ушах, и он не мог справиться с легкой вибрацией, которая раздражала его слуховой аппарат, отвлекала его, звала и в то же время гнала прочь. Эта песня не годилась для него, она вообще не годилась для человека. Хрустальные звуки разбивались о его рассудок, которому были чужды.
Сэм, Сэм, Сэм...
Музыка рождала образы, которые, как пенные гребни волн, набегали на берег его сознания и снова отступали в глубину подсознания, покрывая его эго гнилостной пеной. Среди этих воображаемых волн он вновь увидел коридор корабля из другой галактики, хотя, поддавшись напору инопланетной гипнотической песни, которая словно точильное колесо вгрызалась в его ощущения реальности, он уже с трудом отделял явь и сон.
Он увидел, как Коро прислонился к стене, а потом сполз на пол, закрыв уши руками, — таким образом он хотел защититься от вибрации, которая, однако, передавалась через все тело.
Сэм, Сэм, Сэм, Сэм...
Волны на мгновение исчезли и появились снова.
"Цель “Расы” — бесконечность самосознания любого слага; это не течение прилива, но сам прилив. Он сдвигает с места континенты, глотает острова. Раса... Раса. Корабль всегда движется, всегда растет: от него отделяются самостоятельные части, и расстояние между тем, что снаружи, и Сердцем корабля все время растет. Сердце корабля всегда защищено... Корабль “Раса” — сам себе Вселенная”.
В инстинктивном порыве Сэм попытался поднять руки, чтобы защититься, прикрыть ладонями глаза. Его руки немного поднялись и снова упали, словно у тряпичной куклы. Гипноз ритма заворожил его, оставляя единичные мгновение самоконтроля.
"Корабли-почки плывут по волнам незримых, но всегда и всюду существующих космических течений, влекомые неизвестными потоками; они исследуют все заводи Вселенной. Корабли-почки несут в Сердцах не Существо, но храм его..."
Сэм, Сэм... Сэм, Сэм.
Коро лежал на животе, корчась от боли; его лицо было искажено. От боли?
"Черви-матки изрыгают личинки из гниющих останков своих священных тел — круглые, серые, гладкие личинки, целые горы личинок. Они будут служить “Расе” и строить корабль снаружи, чтобы Существо в Сердце корабля ничто не потревожило, чтобы корабли-почки несли вдаль мечты и чаяния Существа в Сердцевине — вдаль, в неизведанное”.
Боль? Сэма загипнотизировали мелодия, ритм, но боли не было. Неужели Коро больно?
Сэм, Сэм...
Ищущий, ищущий подобия...
Под.., сознания... Под сознанием... я... Подобия...
"Сети. Кругом сети. Личинки в сетях — им нужно Сознание. Молодь — с широкими челюстями. Широкие челюсти — чтобы вгрызаться в сочную плоть, рвать ее, всасывая кровь ороговевшими деснами. Кровь, кровь, кровь, кровь — “Расе”. Кровь патриотов..."
Сэм понял — Коро корчился не от боли. Коро пытался, когда волны чужеродной песни ненадолго отпускали его, подползти к отверстию, которое они выжгли в стене корабля. Сэм повалился на пол и перевернулся на живот. Красная пелена наплывала от висков и туманила взор — в голове пульсировала не боль, а страшная усталость. Ему удалось проползти несколько дюймов, и песня снова обрушилась на него.
Мы благодарны Существу в Сердцевине
За его Божественность.
Мы благодарны Существу в Сердцевине
За продолжение — личинок, личинок...
Сэм понял, что у него ничего не получится, Коро был ближе к выходу, он сможет выйти. Сэм — нет. С каждым разом ползти становилось все труднее. С каждым разом передышки между приступами транса становились все короче.
Он осознал, что ему придется бороться с песней, а не уползать от нее.
Ему надо поставить перед собой задачу и постараться сконцентрироваться на ней, когда песня снова навалится на него. Если у него не получится, чуждый образ мыслей разрушит его логику, разобьет его рассудок. И прежде чем следующая волна накрыла его, он придумал план. Он попробует проследить каждую тему этой сложной мелодии, попытается разложить ее по ритмам и посмотрит, нет ли здесь какой-нибудь закономерности. Чтобы не сойти с ума, он займется головоломками. Надо попытаться выяснить, что это за Существо в Сердцевине. Он уцепится за эту мысль, когда придет волна. Он повторял:
Кто там в Сердце корабля?
В Сердце — Сердце корабля?
В Сердце кора-корабля?
Существо где-то там
В самом Сердце корабля
Существогде-тотамвсерд
Цесамомкорабля...
Сэму казалось, что он не выдержит. Нервы вибрировали подобно струнам, еще немного — и они оборвутся. Рот превратился в сухую грязную тряпку, язык — в засохший кусок грязи. Он снова двинулся вперед — несколько дюймов по палубе. Как он устал! Душой и телом устал... Ему открывались подводные течения Песни Расы — стоило только заглянуть внутрь, под поверхность, чтобы узнать, кто же в Сердце корабля... Даже первые такты отдельных тем намекали, какова была истинная сущность Существа в Сердце корабля. Но он отказывался в это поверить. Отказывался наотрез.
В самом Сердце корабля..
В самом Сердце
В самом Се-бе
В се-бе...
Коро уже почти добрался до дыры. Сэм собрал все силы. Голова кружилась — ему трудно было смириться с тем, что он только что узнал. Коро уже вылез, он лежал на траве, недосягаемый для Песни Расы.
Существа...
В самом Сердце Существа...
В самом Сердце Сущее...
Сэм ощутил чьи-то сильные руки на своих запястьях. Его вытянули из корабля, грубо протащив через неровные края прорезанной дыры, на землю. Песня Расы стихла и больше не возвращалась. Но для Сэма это случилось в некотором смысле немного поздно. Он уже знал ответ. Пытаясь не сойти с ума, он узнал, кем было Существо в Сердце корабля.
И громко закричал в темноте.
Глава 8
Коро задействовал портативную медицинскую систему и попеременно накачивал Сэма то успокаивающими, то слабыми стимуляторами, пытаясь при помощи химических веществ вырвать его разум из тьмы.
Сэму удалось выбраться из “Расы” без физических повреждений, но его нервная система получила жестокий удар, когда он, сам того не желая, понял, кем являлось Существо в Сердце корабля. Если бы не усилия Коро, он не сумел бы совладать с желанием кричать во весь голос.
— Что с тобой? — спросил Коро, придерживая его, как в древние времена, наверное, держали эпилептиков — крепко, но осторожно, — чтобы Сэм не нанес себе увечий, если вдруг начнет дергаться. Они все еще находились в необъятной тени корабля-монолита — песчинки рядом с горой. — В чем дело?
— Это... Существо в Сердце корабля, — наконец смог выговорить Сэм. Его непривычно пересохшие губы болели и растрескались. Язык казался шершавым и распухшим.
— Что?
Сэм коротко рассказал о том, что узнал, с трудом удерживаясь, чтобы опять не закричать.
— Оно чуждо нам, — отеческим, успокаивающим тоном сказал Коро. — Но зачем же кричать? Я видел много разных зверей, которые воспроизводили потомство странным для нас образом, и...
Сэм с трудом сел; несмотря на теплый ночной бриз, ему было холодно.
— Нет. Строение корабля здесь ни при чем. Конечно, для нас такое непривычно. Но не это выбило меня из колеи. Меня потрясло Существо в Сердце корабля — то, кем оно является.