Страница 26 из 33
— И кем же?
Сэм открыл рот, закрыл его и облизал губы.
— Существо в Сердце корабля — Бог, — произнес он с видимым усилием.
— Не может быть! Он же умер!
— Тот Бог умер. Наш Бог.
— Значит, Он не правил всей Вселенной? Был еще один Бог, который...
— Нет, — ответил Сэм, вяло махнув рукой, чтобы остановить дальнейшие расспросы. Его тошнило. Ему хотелось извергнуть из себя и еду и воспоминания. Но от последних не избавиться подобным образом, а первое придется удерживать в желудке — так естественнее. — Он действительно правил всей Вселенной, каждой ее частицей.
— Но...
— Но над Ним, в другой Вселенной, был еще один Бог. Представь, что это лестница, Энди. Мы — самая нижняя ступень. Над нами был наш Бог — и мы убили Его. Над Ним был этот Бог, с карманной Вселенной кораблей улиткообразных слагов. Когда мы убили нашего Бога — Хранителя, Хозяина, — мы разрушили надстройку над нами, потому что Он и был этой надстройкой, следующей ступенькой лестницы. Провал между ступенями лестницы привел к тому, что вышестоящие ступени как бы съехали вниз. К нам попала третья ступень, а этот новый Бог слагов оказался среди нас.
— И он такой же, каким был Бог второй ступени?
— Совершенно верно. — Поделившись своим ужасным открытием, Сэм почувствовал себя лучше, лицо его порозовело, холод отступил — холод, который находился в его душе.
— И что нужно этому новому Богу?
— Уничтожить.., нас. — Сэм вспомнил мысли, шедшие от Существа в Сердце корабля, пробивавшиеся сквозь мелодию Песни Расы. — Уничтожить нас всех, до последнего человека.
— Почему?
— Чтобы сохранить собственную значимость. Мы — такие формы жизни, существования которых он просто не допускал. Вообще-то мы Ему неподвластны: Он не наш Бог, да и ничем особенным не отличается от нас. Он сам не может уничтожить нас. Но зато может направить свои творения — слагов, — а они сделают все, что Ему нужно. Воюют они яростно, а у нас мало сил, нет опыта и оружия, так что нетрудно предсказать исход схватки.
— Надо вернуться к летуну, — сказал Коро, вставая и помогая подняться на ноги Сэму. — Нам надо передать сообщение на Надежду. Предупредить всех.
На полпути через луг они услышали шум и увидели голубые вспышки пламени, которые испускало оружие слагов, окруживших летун. На шарообразный корабль была наброшена стальная сеть, которая крепилась к колышкам, вбитым в землю через каждые три фута.
Бесшумное нападение и молниеносный захват. Лотос и Дикий, наверное, и понять не успели, что произошло.
— Снотворные дротики, — прошептал Коро, опускаясь на колени в высокую траву.
Стоя на коленях так, что из травы виднелись только головы, они сняли с себя ненужное снаряжение, то есть то, которое могло бы быть нужным, не останови Песня Расы их продвижения по кораблю чужаков. Заметно нервничая, они собрали ружья, стреляющие дротиками. Это было милосердное оружие. Оно несло сон, но не вечный сон смерти. Это было единственное оружие, которое люди могли заставить себя применить против разумных существ. К каждому ружью прилагался магазин с сорока дротиками — они вставлялись со стороны приклада, над источником питания.
Пригнувшись и взяв ружья на изготовку, чтобы иметь возможность в любой момент начать стрелять, если их обнаружат раньше времени, они двигались вперед в кромешной тьме, освещаемой неоновыми вспышками оружия слагов. Сэм думал о Хуркосе. Он вспоминал, как тот размозжил розовое существо, усевшееся на край Щита, — существо, похожее на червя, которое было их Богом. Он вспомнил вонючие потоки внутренностей, которые хлынули из развороченного Хуркосом брюха. Сэм вспомнил, как их Бог бился в предсмертной агонии. Хуркос методично ударял по нему стулом. Удар за ударом... Но он, Сэм, не будет никого убивать! Он только сделает так, что они уснут. Они почувствуют укол — и все, и сразу задремлют. Он же спасает жизни двух очаровательных мутантов, оставшихся в летуне, напомнил он себе. Да, конечно. Так и надо об этом думать.
Ветер — холодный.
Свет — голубой.
Ночь — темная.
Эти три явления сплетались друг с другом, прорастая одно в другое: холодный — темный — голубой, голубой — темный — холодный — как в психоделическом шоу, мигая среди травы. Сцена насилия, разворачивающаяся на этом фоне, становилась яснее, проще и ужаснее.
Слаги направили лазер на корпус, и хотя Дикий и Лотос запустили двигатели и начали вращать летун, луч скоро прорежет железо, разделив шар на две половинки.
Сэм боролся с усталостью, сковывающей все суставы его тела. “Усталость, — сказал он себе, это одно из тех недомоганий нервной системы, наилучшим средством против которых является концентрация”. Но как он ни пытался собрать волю в кулак, ноги его все равно подгибались, а в груди жгло так, словно в легких вдруг вспыхнули тлевшие угли.
— Здесь, — сказал Коро.
Они упали на землю у кромки травы, всматриваясь в темноту зарослей деревьев, где вертелся безжалостно обстреливаемый кораблик.
— А теперь? — спросил Сэм; горло казалось таким же сухим и потрескавшимся, как и губы.
Коро вытер испарину, которой покрылся его лоб, несмотря на холодный ветер, обдувавший их тела и души.
— Я насчитал четырнадцать. Но под деревьями могут прятаться и другие. Не стреляй очередями. Так теряется слишком много зарядов. Посмотри, как они стоят. Они все повернуты к нам спиной. Если мы снимем сначала задних, передние ни о чем не догадаются.
— Я даже не знаю, как наводить...
— Ружье само сделает большую часть работы. Ты просто смотри в прицел. Ружье подстроится.
Они снова упали ничком, проползли еще несколько футов, пока не кончилась высокая трава. Сэм, вздохнув, поднял ружье. Ближайший с его стороны слаг находился всего в десяти футах от него. Указательный палец лег на спусковой крючок, и Сэм почувствовал, как еда в желудке устремилась обратно, в пищевод. Тогда он заставил себя вспомнить о том оружии, что было на корабле желеобразного существа. Ведь тогда он знал, как с ним обращаться.
Оружие слагов было предназначено для убийства; оружие людей — только для временного отключения сознания. Он спустил курок и закрыл глаза, услышав жужжание выстрела.
Когда Сэм снова открыл глаза, слаг лежал на боку, вид у него был сонный; потом его глаза закрылись; его участие в жизни Вселенной временно прекратилось. За это время Коро положил двоих. Сэм снова осторожно поднял свое ружье и прицелился в другого слага. Вж-ж! На этот раз он не стал зажмуриваться. Дротик, вращаясь, воткнулся в нежную плоть улиткообразного существа. Чужак начал поворачиваться, пытаясь дотянуться ложноножкой до дротика, не понимая, что происходит, потом закачался из стороны в сторону, забил хвостом и повалился на землю; несколько мгновений его глаза тупо смотрели в никуда, а потом веки закрыли их.
Все это было похоже на игру.
Слаги походили на картонные мишени пяти футов высотой — попасть в них было относительно легко. Когда Сэм попадал, они почти тотчас же падали. А голубые огоньки вспыхивали, словно вели счет попаданиям.
Игра близилась к концу. Шесть слагов продолжали обстреливать летун, все еще не зная, что восемь их товарищей лежат позади без сознания. Сэм выстрелил в следующее существо поблизости от него, попав тому прямо в середину спины. Слаг конвульсивно сжался, потом выпрямился, чтобы избавиться от впившегося в тело дротика, и упал, покачнувшись, вперед. Вперед! Он задел впередистоящего слага, и тот оглянулся. Увидев тела, слаг все понял и поднял тревогу.
— Теперь очередями! — прошептал Коро. Сэм передвинул кнопку на ложе ружья и больше уже не целился.
Еще три слага упали, не успев поднять оружие. Повалился еще один — у него в груди торчало четыре дротика.
Двое слагов, управлявших лучевым орудием, развернули его от корабля в сторону луга, посылая сполохи голубого пламени над головами людей: трава за их спинами загорелась. Сэм прицелился в одного из них, но Коро, выпустив заряд веером на уровне пояса, сразил обоих. Луч, мигнув, погас.