Страница 8 из 180
— Эк-кие вы «военные», — смеясь заметил хозяин входя вслед за ними — раз — раз и всё готово! Ну давайте знакомиться.
Хозяин без треуха и толстой шубы оказался плотным мужиком лет 45–50 с аккуратной, ухоженной бородой и пышной, но также ухоженной шевелюрой.
Одет он был в толстый коричневый свитер, плотно заправленный за широкий брючный ремень, и серые шерстяные брюки, заправленные в валенки. Производил же он впечатление крепкого, бодрого, энергичного и слегка ироничного человека. Многочисленные седые пряди волос в шевелюре только подчёркивали это впечатление.
— Каменский Борис Ефимович! — торжественно представился он, и зачем-то добавил — пожалуйста, не путать с Немцовым, ибо тёзка, чтоб ему пусто было!
«Видно сосед, какой-то, этот Немцов» — подумали ребята и по очереди представились сами.
Как ни странно, но имя и фамилия Владимира, представившегося своими подлинными именем и фамилией, на хозяина никакого впечатления не произвели. Ну совершенно никакого. Что было странно. Обычно, как минимум, переспрашивали: «тот или не тот самый…».
— Вот здесь располагайтесь как вам удобно. Печку топите сами.
— А вам разве не надо? — спросил Николай.
— А у меня там своя, — ответил хозяин — ну а если надо что сготовить, — продолжил он, под лестницей видели дверь, рядом с поленницей? Вот там кухня с газовым баллоном. Вот только ту аппаратуру, — хозяин указал на стоящие в углу микрофоны и прочую звукозаписывающую аппаратуру, — если мешать будет, в шкаф задвиньте что рядом. Ну вы пока тут располагайтесь, а я на кухню пошёл, — большой чай ставить.
Когда через минуту Эля и Николай, нагруженные котелками и пакетами зашли на кухню, то они обнаружили хозяина полоскающим большой электросамовар.
— Давненько у меня гостей не было, запылился малясь, — пояснил тот смущённо, — а плита вон, — кивнул он на стоящий напротив него стол, — умеете пользоваться?
— Умеем! — с энтузиазмом заявил Николай и тут же полез за спичками.
Пока он разжигал плиту, и ставил котелки с водой, а Эля прикидывала по своему блокноту что готовить, хозяин домыл таки самовар и стал большим черпаком из стоящей тут же большой бочки наполнять его водой.
— И откуда, эт вы так идёте, если не секрет, — поинтересовался хозяин.
— От Белкино! — гордо заявила Эля.
— Ого! В такую даль?! — искренне поразился хозяин.
— Так а чё далеко?! — удивился Николай, — эт не далеко, это близко. С нашим командиром и гораздо дальше ходили.
Эта реплика сильно развеселила хозяина.
— Ну вы монстры прям какие-то! — рассмеялся он, — сто килуметров только по прямой и это «близко»? — ну вы даёте!
Эля и Николай недоумённо переглянулись.
— И… э… а куда мы, собственно говоря, вышли? — осторожно полюбопытствовал Николай.
— А вы разве не знали?
— Да у нас ещё вчера вечером «погонялы» вырубились обе. Так что сегодня просто шли по азимуту…
— И слегка заблудились, — призналась Эля.
— Ну считайте, что «разблудились»! — хохотнул хозяин, — вон там в пяти километрах, Большие Хутора. А там — хозяин махнул в противоположную сторону, — Выселки. Но на Выселках, как и здесь, на Лесхозе, давно никто постоянно не живёт. Там только лесопилка осталась, но её что-то в этом году не часто использовали. Одни сторожа сидят.
— Н-ну нихрена ж себе! — поражённо выговорил Николай.
— Не может быть! — откликнулась Эля, — не могли мы за неполный день больше шестидесяти километров пройти.
— Ну вы весёлые ребята! — видя их искреннее удивление расхохотался хозяин, — чтобы ТАК заблудиться, вы первые кого я знаю.
— Слушайте, а здесь «мобила» у вас работает? — спросил Николай.
— Нет… кстати, действительно интересное совпадение — как раз со вчерашнего вечера и нет связи. У вас, говорите джипиэс загнулся?
— Кто-кто? — не поняли оба.
— Ну этот, как его… — смутился хозяин, — который по спутнику координаты определяет.
— Ну да, обе загнулись. И наша, и Юркина, — он на нас с ней вчера выходил.
— Так что вот…, сам сижу без мобильной связи! Одна электронная почта только и осталась.
— А как вы ею пользуетесь, если мобильник не работает?
— Да как. У меня тут старая телефонная линия (ещё медный кабель) на Большие Хутора. С номером. Вот к ней-то свой «ноутбук» и присоединяю.
«Англоман что ли? — подумал Николай, — Так „планшетку“ только они называют».
Но то, что у человека здесь есть доступ к Сети, несмотря ни на какие катастрофы с ретрансляторами, и электронная почта, это его сильно успокоило.
— Давайте, помогу, — подхватился Николай тащить полный десятилитровый самовар.
— Ну давай. Поставишь его в углу на стол, возле розетки, а я сейчас шнур поднесу.
Когда Николай зашёл с самоваром, Юрий как раз крутил «погонялу».
— Ну как, есть сигнал?
— Не, ничего. Будто все спутники сгинули.
Юрий решительно сложил «погонялу» и сунул в верхний карман рюкзака.
— А я только что узнал, куда нас занесло.
— И куда? — заинтересовались все присутствующие.
— Мы в пяти километрах от Больших Хуторов.
— Не может быть!
— А вот так!
— Мистика! Семьдесят км за один день мы не могли пройти в принципе!
— А чего вы так переполошились? — спросил хозяин, заходя в комнату, — ну вышли. И хорошо, что вышли. Не заблудились, не потерялись, не сгинули, в каком-нибудь «Бермудском треугольнике».
— И то верно! — сконфуженный Михаил в крайнем изумлении полез пятернёй скрести затылок, — но всё равно… Бред какой-то!.. А ладно. Разберёмся в рабочем порядке.
— Вот это правильный подход! — прокомментировал хозяин присоединяя шнур к самовару и втыкая его в сеть, — щас чайку сварганим, вот только вареньев у меня маловато.
— Зато у нас много! — сказала Эля входя в комнату, — Миша, доставай банку.
— О! — Михаил хлопнул в ладоши и потирая руки направился к своему рюкзаку, — повеселимся!
— Так вы и есть командир? — спросил хозяин у Эли.
— Не, Борис Ефимыч, — ответил за неё Николай, — она завхоз. Она продуктами командует. А командир у нас Михаил.
— У, как у вас всё запутанно.
— А вы как здесь, постоянно живёте? Или работаете? — спросил Владимир Бориса Ефимовича, — или то и другое вместе?
— Не то и не другое. Это, типа, мая дача. А здесь я потому, что от цивилизации удрал. Временно.
— На лоно природы… Дайте я угадаю кто вы.
— Попробуйте! — на лице Бориса Ефимовича появилось озорное выражение.
— Вы поэт или писатель-прозаик.
— Вы это знали! — махнул рукой хозяин весело улыбаясь.
— Извините, но никогда не читал Ваших произведений.
— Если не читали, то наверняка слышали. По радио часто песни мои гоняют.
— Значит, поэт-песенник.
— Ну да!
— Об этом можно было бы догадаться по аппаратуре, — как бы между прочим заметил Юрий.
— И верно!
Леночка же Гареева аж подпрыгнула от восторга.
— Оба на! — вскинулся Николай, — детки и конфетки, Леночка и Поэзия!
— Почему только она? Тут все хорошую поэзию уважают, — заметила Юля.
Леночка меж тем уже завела оживлённый разговор с хозяином из которого он быстро понял две вещи: первая — перед ним весьма фанатичная поэтесса, и второе, бульшая часть имён и произведений упоминаемые Леной, ему неизвестны.
Последнее его сильно заинтересовало и он попросил привести примеры творчества из них, как он выразился: «те, которые больше нравятся». Он это сделал и по той причине, что не хотел показывать перед потенциальной почитательницей своего неожиданного невежества.
Процитированные стихи оказались исключительно хороши. Он ещё больше удивился тому, что таких не знает и пригласил её в комнату напротив, где у него «библиотека». За ними же увязался любопытствующий Вадик. Через двадцать минут, когда ужин сготовился а самовар закипел и Николай зашёл за ними звать всех на ужин он застал всех сидящими за хозяйской «планшеткой» и что-то там увлечённо читающими.
Повторив приглашение, Николай любопытствуя подошёл ближе, посмотреть на аппарат. Как программисту ему всегда было интересно знать, кто на чём работает.