Страница 102 из 128
пулеметов.
Очереди косили немецких солдат. Автомобили остановились, налетая друг на друга,
некоторые сошли с дороги, другие повернули назад. Очень немногие сделали попытку
прорваться и были уничтожены отчаянным английским танком.
— Командир, мы горим, сэр! — доложил сержант Уилли.
Арнольд выругался страшными словами.
Пули противника пробили запасные канистры, укрепленные на крыше танка. Бензин
вытек и воспламенился, «Уиппет» загорелся.
— Отходим!
Пылающий танк скатился с дороги и на огромной, почти в пятнадцать километров в час,
скорости промчался обратно к позициям англичан.
Остаток пути танкисты проделали «на своих двоих», бросив пылающий танк.
— Какого черта вы закрепили канистры на крыше машины? — ругал вечером майор Грэм
героя-танкиста. — Согласно инструкции, их положено крепить сзади!
Арнольд не отвечал, из его глаз лились слезы — он искренне оплакивал свою любимую
«Музыкальную шкатулку»...
30 августа 1918 года, военное министерство, Лондон
Лорд Альфред Милнер был задумчив. С одной стороны, отчеты об успешных действиях
танков «Уиппет» впечатляли. С другой — превратить этот танк в подобие «рыцарской
конницы» не удалось: взаимодействия с кавалерией не получалось.
Наоборот. Скорее, танкисты и кавалеристы мешали друг другу на поле боя.
Средневековая аналогия не работала. При наступлении, например, у танков не получалось
развить должную скорость — кавалерия их обгоняла. В бою же конница оставалась
позади пехоты, а танки вели сражение самостоятельно, на свой страх и риск.
Какой отсюда вывод?
Очевидно, что выйти на оперативный простор без подвижных машин связи и снабжения,
без мотопехоты на бронетранспортерах или хотя бы грузовиках, — немыслимо. Как этого
достичь?
Ответ звучал неутешительно: никак. Требуются годы и годы напряженного труда
конструкторов вооружения, теоретиков военного искусства, тактиков — и наконец
рядовых танкистов.
Но начало положено. Первопроходцам всегда трудно. Тем, кто идет за нами, будет легче,
вздохнул военный министр.
10 января 1920 года, Царицын
— А вот танки, взятые у беляков, товарищ Сталин! — докладывали бойцы.
Товарищ Сталин удовлетворенно осматривал трофеи.
Он знал, что в армии у Деникина было несколько английских танков «Тейлор» —
англичане называли их как-то иначе, «борзые собаки», что ли, но в России этот танк был
известен по наименованию мотора.
Деникинцы дали своим танкам пышные имена — «Тигр», «Сфинкс», «Крокодил»,
«Сибиряк», «Садко» и даже «Генерал Врангель».
Теперь они принадлежали Красной Армии — армии трудового народа.
Естественно, они получат новые имена. Нельзя же, чтобы в Красной Армии был танк под
названием «Генерал Шкуро»!..
— Хорошо, — с сильным акцентом произнес товарищ Сталин. — Теперь эти танки будут
на нашей службе.
...Стальная английская «Борзая» оставалась на вооружении советской армии до начала
1930-х годов. Двенадцать машин честно служили, как могли. Потом они были списаны.
60. Пламя в песках
7 января 1941 года, Рим
Бенито Муссолини был разгневан.
— Еще одно такое поражение — и об Африке можно забыть! Это недопустимо. Африка
имеет для нас огромное значение в плане коммуникаций. Если англичане потеряют
влияние в африканском регионе, у них появятся проблемы при сообщении с Индией,
Австралией, Новой Зеландией. И все-таки нам пришлось уйти из Египта, из Киренаики,
недавно пали Бардия и Тобрук... Что дальше? Бенгази?.. Каковы причины столь
печального положения дел, вы можете ответить?
Недавно назначенный главой штаба граф Уго Кавальери выдерживал гнев вождя с
выдержкой истинного аристократа и штабиста.
— Невозможно вести современную войну без современных танков, — ответил Кавальери.
— Предлагаю сосредоточиться на этой проблеме.
— Гм, — Дуче поджал губы. — По-вашему, у Италии есть возможность прямо сейчас
развернуть производство современных танков? Пресвятая Дева! Да у нас нет даже
пристойного проекта новой машины... — Он махнул рукой и по-прежнему сердито
посмотрел на начальника штаба.
Граф Уго Кавальери явно что-то имел на уме. Весьма сдержанно начальник штаба
произнес:
— Мы по-прежнему считаем африканский театр военных действий основным. Потерять
Африку — проиграть войну. Жаль, что наши германские союзники этого не понимают.
Он помолчал и добавил:
— Точнее, понимают, но не в полной мере.
Присутствовавший при разговоре военный атташе Германии в Италии — генерал фон
Ринтелен — едва заметно пожал плечами. В личном разговоре с графом он, почти не
церемонясь, намекал на то, что нередко так бывает: слабейший союзник тянет на дно
сильнейшего. В роли сильнейшего фон Ринтелен, разумеется, видел Германию, а в роли
обузы — Италию.
— Я согласен с господином Кавальери, — высказался наконец фон Ринтелен. — Италия
страдает от недостатка бронетанковых вооружений. Германия отправила в Африку
экспедиционный корпус под командованием Эрвина Роммеля, но она не в силах вытянуть
эту войну одна.
— Помимо стратегического значения, Африка — вопрос престижа, — буркнул дуче. — А
англичане выбили нас оттуда, как школьников.
Фон Ринтелен выпрямился и нахмурился. «Пора бы уже привыкнуть к манере итальянцев
выражать свои мысли и чувства, — подумал он. — В конце концов, в одном Муссолини
прав: они наши союзники».
— Имеется перспективный проект, — неожиданно объявил Кавальери, когда «типично
итальянские» страсти немного улеглись. — Предполагается строить не абсолютно
новаторский танк, а штурмовое орудие на базе уже имеющегося танка М 13/40. Он
прекрасно себя зарекомендовал в Африке, поэтому нетрудно будет воспользоваться уже
готовыми наработками для создания нового оружия...
— Проясните, — потребовал дуче. — Насколько я помню, делались какие-то
безуспешные попытки улучшить этот средний танк. Против английских он недостаточно
мощен.
— Германский опыт, — Кавальери чуть поклонился в сторону фон Ринтелена, — дал нам
хорошую подсказку.
— Вы имеете в виду применение германских штурмовых орудий StuG III Ausf B во
Франции? — Фон Ринтелен самодовольно улыбнулся. — Да, мы считаем этот опыт весьма
удачным. Учитывая, в сколь короткие сроки Франция пала к нашим ногам.
Кавальери проглотил намек. При вторжении немцев во Францию Италия заняла
выжидательную позицию. И просчиталась: немцы победили слишком быстро, итальянцы
не успели примкнуть к победителю. Точнее успели, но с минимальными выгодами.
— Именно. Штурмовые орудия — вот выход, — сказал Кавальери. — Мы создали аналог
на базе упоминавшегося танка. Испытания показали, что вполне можно разместить заказ
на фирме «Ансальдо». Выпустим первую партию, а там видно будет.
— Отлично, — подытожил дуче. — Это очень по-итальянски: там видно будет... Готовьте
документацию!
18 ноября 1941 года, Киренаика
Роммель готовился перейти в наступление. Он собирал силы. Хвала германским
подводным лодкам: стальные акулы гроссадмирала Дѐница разогнали британские корабли
и позволили наладить морские коммуникации.
В порты Триполитании были уже доставлены одиннадцать батальонов пехоты и более
двухсот танков.
Прибыли и новые итальянские самоходки — «Земовенте». Те самые, которых здесь так