Страница 101 из 128
министерства.
Фуллер, конечно, помог. Этот танковый энтузиаст отлично понимал значение нового
оружия.
«Что ж, Уильям, пробил ваш звездный час», — сказал своему конструктору владелец
фирмы Фостер, когда в декабре шестнадцатого опытный образец — Мк.А — вышел из
ворот завода.
Испытания продолжались всю зиму.
И вот теперь официально пришел правительственный заказ на первую партию в двести
машин.
Фуллер присутствовал и был искренне рад происходящему.
— Меня впечатляет скорость, которую развивает ваш танк, — обратился он к Триттону.
— Настоящий гончий пес! Предлагаю назвать его «Уиппет» — «Борзая». Это доброе
предзнаменование, друг мой, ведь оно означает, что ваш танк будет гнать врагов, точно
зайцев, по всему полю боя.
Англичане любили охоту и определенно знали в ней толк...
«Борзая», впрочем, мало походила на подвижную и легкую собаку. Весил танк
четырнадцать тонн, в длину достигал шести метров, в ширину — более двух с половиной.
При броне от шести до четырнадцати миллиметров, танк был вооружен тремя или
четырьмя пулеметами и мог развивать скорость до четырнадцати километров в час. Если
дорога приличная.
Триттон обратил внимание Фуллера на главное отличие «Борзой» от ее
предшественников:
— Внимательно посмотрите, как у нас расположены двигатели. На тяжелом танке, к
которому мы привыкли, двигатель всего один, а на танке Мк.А — «Уиппет», как вы его
назвали, — их два. Это «Тейлоры» мощностью по сорок пять лошадиных сил. Они
находятся вот здесь, в передней части корпуса, рядом с топливными баками. Каждый
через собственную коробку передач приводит в движение одну гусеницу.
— Гм, — протянул Фуллер, — оригинально. А если один из двигателей выйдет из строя
— танк, очевидно, сможет продолжать движение на втором?
Триттон вздохнул:
— Вообще-то нет... Если хотя бы один двигатель сломается, танк остановится. Зато он
обладает хорошей маневренностью, как уже говорилось. Кстати, мы решили отказаться от
вращающейся башни — это позволит упростить производство.
— Помнится мне, на вашем легком танке — «танке Триттона» — такая башня была, —
заметил Фуллер.
— Совершенно верно, — кивнул конструктор и обтер лицо платком. — Однако сейчас мы
исходили из необходимости построить средний танк, который сочетал бы в себе
достоинства легких и тяжелых.
— Будем надеяться, что вам это удалось, — подытожил Фуллер.
26 марта 1918 года, Колинкам
Майор Грэм прошелся вдоль строя танкистов.
Совсем недавно его часть получила грозное оружие — средние танки «Уиппет». Целых
двенадцать.
Экипажи, состоящие из трех человек на танк, сразу же начали осваивать новые машины.
— В управлении сложен, — делились впечатлениями водители. — Пот ручьем льет! Пока
сообразишь, что к чему... Да еще усилия прикладывать приходится. А на пересеченной
местности еле ползет, вот и наваливайся на рычаги.
— Меня смущает плохой обзор из кормовой рубки, — заявил пулеметчик сержант Трэвис.
— Все-таки хочется видеть, куда стреляешь.
Трэвис славился тем, что читал много дешевых книжек из «народной библиотеки» и
поэтому выражался «литературно». Над ним немного посмеивались из-за этого.
— А ты, Трэвис, пали себе наудачу, может, попадешь в кого-нибудь! — смеялись
товарищи. — Кругом же будут немцы, так что не промахнешься.
Больше всего командование интересовалось возможностями танка по части преодоления
препятствий.
Оказалось, что танк может одолеть стенку в три четверти метра, ров — шириной более
двух метров и даже форсировать водный поток, если тот не глубже метра
Но самым удивительным был запас хода — целых сто тридцать километров!
— Мы можем своим ходом не только добраться до неприятеля, но и вернуться из боя в
расположение собственных войск! — заявил лейтенант Томпсон вечером в маленькой
пивной, расположенной в соседней деревушке.
Томпсон командовал одним из танков «Уиппет». Товарищи-танкисты, к которым он
обращался, подняли его на смех.
— Такого не бывает! До передовой доберешься, постреляешь — и дальше на своих двоих
обратно!
— А вот посмотрим, — надулся Топмсон. — Это вы на своих двоих побежите, а я вернусь
домой лорд лордом — на танке.
Ему не пришлось долго ждать, чтобы доказать свою правоту. Двадцать шестого марта
двенадцать танков «Уиппет» отправились на разведку.
Это было первое боевое задание танков такого типа.
Вернулись действительно своим ходом, к ночи.
Томпсон доложил командованию об увиденном — расположение противника (не
обнаружен), состояние дорог и укреплений; затем зашел в пивную.
Там уже знали о рейде «Борзых».
— Простая прогулка, — щурился артиллерист лейтенант Каски. — Посмотрим, что с вами
будет после боя.
24 апреля 1918 года, Виллер-Бретонни
Сражение становилось жарким.
Более тысячи немцев готовилось штурмовать позиции англичан.
Англичане заметно уступали им в численности. Стреляли скупо, осторожно —
отсчитывали боеприпасы.
Внезапно натиск противника ослабел, немцы подались назад, затем побежали. Из леса
появились танки — семь машин «Уиппет» на огромной скорости в десять километров в
час мчались прямо на врага.
С небольшой высоты, где укрепились немцы, ударили орудия. Танки продолжали
движение вперед, поливая врага пулеметным огнем.
Немецкие пехотинцы падали, как подкошенные. Но вот остановился и неловко
повернулся на месте один из английских танков. Второй артиллерийский снаряд доверил
его гибель, машина загорелась...
Остальные продолжали двигаться вперед. С громким криком англичане устремились
вслед за своим боевым трактором...
После битвы подсчитали погибших. Поле боя осталось за англичанами. Более четырехсот
немецких солдат были сброшены в оставленный врагом окоп — вместо братской могилы.
Томпсон, с закопченным лицом, мрачный, стоял один посреди открытой местности и
страшно ругался.
Его «Уиппет» был подбит и сгорел. Еще три танка погибли в этом сражении. Из семи
атаковавших вернулись лишь три.
8 августа 1918 года, Амьен
Лейтенант Арнольд любовно похлопал свой «Уиппет» по броне. Как и многие, он дал
своему танку личное имя — «Музыкальная шкатулка».
«Шкатулка» эта была механической и очень, очень музыкальной. Странно, правда, что
немцам не нравилась эта музыка!
Под Амьеном готовилась впечатляющая операция. Арнольд огляделся — почти сто
средних танков «Уиппет» готовились выступить. Стальная армада заводила свою
«музыку».
— Вперед!
Оставив позади пехоту, сопровождаемые кавалерией, танки «Уиппет» ворвались в тыл
противника.
Немцы ответили шквальным артиллерийским огнем. Пехотинцы, и без того отставшие,
залегли.
— Вперед, вперед! — хрипло кричал Арнольд, и «Музыкальная шкатулка» буквально
скакала по немецким окопам.
Казалось, эта «Борзая» заговорена от снарядов — артиллерия немцев была против нее
бессильна. Пулеметы танка Арнольда не умолкали.
— Батарея «бошей» впереди!
— На них, черт побери!
«Уиппет», не обращая внимания на выстрелы, на большой скорости влетел в
расположение немецкой артиллерийской батареи и за несколько минут уничтожил ее:
живая сила противника полегла под огнем, орудия были раздавлены гусеницами.
Танк спустился с холма, промчался, не снижая скорости, по ложбине и выбрался на
дорогу, по которой как раз двигалась большая германская автоколонна.
Немцы не ожидали увидеть так глубоко у себя в тылу английский танк.
Арнольд не стал ждать, пока они оправятся от удивления, и открыл огонь из всех