Страница 60 из 78
— Вот видишь, а ты на мою пунктуальность грешил, — обиженно сказал Парфенов. — А дело оказалось в твоем хронометре.
— Прости, Ваня. Нервы ни к черту. — Савельев обошел машину и залез на пассажирское сиденье. — Давай, посидим здесь пару минут. Набегался сегодня, как собака. День какой-то дурацкий выдался. Еле ноги таскаю.
— Давай. — Иван согласно кивнул и залез внутрь.
— В банке все в порядке? — Серега аккуратно прикрыл дверь.
— Нормалек. Все оформил.
— Деньги мне нашел?
— Есть немного.
Парфен достал бумажник, зашуршал зелеными купюрами:
— Сега, полторушка. Извини, сегодня не смог больше наскрести, завтра к вечеру отдам остальные. Уже все.
— Ничего, до завтра дотяну как-нибудь.
— Спасибо.
— Не за что, — пряча деньги, кивнул Рембо.
— Как это «не за что»? Ты для меня…
— Ладно, Вань, не стоит. Лучше посмотри, какая вещь. Произведение искусства, — он показал правой рукой влево вперед.
— Ты о чем? Какое произведение искусства? — не сразу сообразил Иван, вглядываясь в направлении жеста Рембо.
— Я о машине, — Савельев внимательно следил за компаньоном. — Ты не совсем туда смотришь, вон там левее…
С той стороны двигалась спортивная «Мицубиси» красного цвета. Парфен даже привстал с сиденья, чтоб лучше разглядеть петляющую между рядами машин навороченную японскую тачку. Серега в этот момент молниеносно подсунул под водительское сиденье небольшую прямоугольную коробочку.
— Да, клевое точило, — Иван повернулся к собеседнику, его глаза горели азартом. — Хотел бы иметь такое?
— Ну, разве что третьей или четвертой машиной в гараже, — усмехнулся Рембо. — Мой «Мерин» меня полностью устраивает. Во всяком случае, пока.
— Это да! Любой нормальный человек должен иметь машин пять-шесть… — размечтался Иван. — И ездить на них по очереди, сообразно настроению. Хорошее — яркая спортивная тачка, плохое — черный огромный внедорожник…
— Другим портить?
— И это тоже.
— Добрый ты, Ваня! — иронично хмыкнул Рембо.
— Что есть, то есть. Ладно. — Иван стряхнул покровы наваждения. — Завтра, как договорились?
— Как договорились.
— Ничего не изменилось?
— А что могло измениться? Ничего. В обед созвонимся. Я к тому времени узнаю, когда этот следак освободится. Втроем встретимся — все вопросы перетрем, порешаем.
— Это хорошо.
— Давай по сотке, Вано?
— Ага, сам без машины, тебе хорошо.
— Тоже мне отмазка. Если боишься гаишников, оставь ее пока здесь, — двусмысленно предложил Серега.
— Нет, Сега, давай уже завтра.
— Что ж, завтра, так завтра!
— Тебя куда-нибудь подбросить?
— Не стоит. Я, пожалуй, зайду на дискотеку. Может, девочка подвернется, какая, — плотоядно оскалился Рембо. — Не строптивая и ласковая.
Иван помрачнел на секунду:
— Да уж, девушка, она может случиться. Тогда до завтра. Удачи тебе.
— Тебе тоже. Счастливо, — Серега хлопнул дверцей и пробормотал себе под нос: «Зря, Ваня, зря. Шанс был. Мог бы погулять еще несколько часов. Обычно туда не торопятся. Хотя часом раньше, часом позже — особой разницы нет».
***
Костя распахнул дверь в мою комнату. Со смехом, прямо с порога, подал газету и что было мочи заорал:
— И за грехи твои аз воздам!
— Бойся данайцев, дары приносящих.
— Скиф, какие дары, какие данайцы?
— Те самые, Купер. Нехорошие.
— Не вижу никаких данайцев: ни хороших, ни плохих. — Костик иронично огляделся по сторонам. — Я просто принес свежую прессу.
— Думаешь, мне надо ознакомиться?
— Уверен!
— Только потому, что ты так настаиваешь…
Я развернул еще пахнущий типографской краской лист. Пробежал глазами страницу криминальной хроники: сгорел в своей квартире, предположительно, алкоголик; недалеко от железнодорожного вокзала брошена граната, пострадавшие (двое) с ранениями различной степени тяжести доставлены в больницу; у ЦКБ перестрелка — один убит, двое ранено…
Ага, вот, что мне Купер хочет показать: «Вчера, около двадцати одного часа, на улице Краснофлотской самопроизвольно взорвалась машина БМВ третьей модели». Я перевел взгляд на весело скалившегося Костика:
— «Самопроизвольно взорвалась» — интересное словосочетание для взрыва машины. Поэтическим даром попахивает.
— И я о том же! Читай, главное впереди.
— Гм, что тут дальше…
«Со слов работников милиции, в транспортном средстве находился его хозяин — Парфенов И. С. Один. В результате взрыва двадцатитрехлетний житель областного центра погиб. Сам взрыв произошел в связи с неосторожным обращением хозяина с гранатой. Предположительно РГД-5, наступательной, осколочного действия. Больше никто не пострадал».
— Это что получается, он сидел за рулем и игрался гранатой? — я посмотрел в ухмыляющуюся физиономию Купера.
— Гении, — отозвался тот. — Правда, клевая замолодь?
— Только непонятно, кто из них претендует на гениальность. Писаки из газеты или менты, ведущие это дело.
— А нам какая разница?
— Тоже верно…
— Ясно одно: наша цепочка замкнулась — первый шар упал в лузу. — Купер звучно хлопнул в ладоши. — Бам!
— Мы вроде бы на такой результат не ориентировались?
— На какой такой?
— На летальный.
— А-а-а-а-а! Так пусть полетает. По полной программе. Заслужил, — Костик не принял моего серьезного тона.
— Не крутовато? Как думаешь?
— Глаз за глаз!
— Жестко…
— А как иначе? Они девке сломали жизнь?
— Сломали. Без вопросов.
— Значит, и им здесь не хрен делать. Таким красивым! Ходить по земле, жрать, пить, спать, кувыркаться с бабами. Недостойны, — безапелляционно заявил Костя.
— Мне б твою категоричность и уверенность. Черное — плохо, белое — хорошо! — Я в раздумье сделал несколько круговых движений головой — похрустел шейными позвонками. — В природе много и других цветов есть…
— Скиф, что тебя стремает?
— Сам никак не пойму, — честно признался я. — С одной стороны ты, конечно, прав, а вот с другой…
— Жека! Брось! Ни к чему эта достоевщина сейчас: с одной стороны принимается, с другой не мешало бы отметить следующие существенные противоречия…
— Думаешь?
— Абсолютно уверен. — Костик категорично рубанул воздух ребром ладони. — К тому же, мы имеем к этой смерти самое косвенное отношение.
— Да уж. Практически никакого. Рад твоей уверенности.
— Уверенности в чем?
— В своей, тьфу, нашей правоте.
— Я не понял, ты что, недоволен, Скиф?
— Доволен, не доволен — переигрывать что-то поздно. — Я решил поставить точку в этом бессмысленном разговоре. — На нас эта свора никак не может выйти?
— Вроде бы, нет.
— Только Войтовскому подбросили компромат, так Парфен сразу стал неосторожно играться в салоне своей машины с гранатой. Что будет, если они как-то на нас выйдут? Ты чем предпочитаешь играться?
— Противопехотной миной нажимного действия. На ней можно всю жизнь простоять, — незамедлительно ответил Купер. — А ты?
— Ножом с вилкой где-нибудь в кабаке. Под хорошую музыку, в приятной компании. Думаешь, не докопаются до нас?
— А как? — пожал плечами Костя, — Парфен на нас, их вывести не может. Раньше не мог — сам нас не знал. А сейчас уже, наверняка, и не узнает. Разве что уже там, — он неопределенно показал рукой на потолок, — пакет с кассетой и ксерокопиями я отправил в банк через почтовый ящик.
— Обычным способом? — уточнил я.
— Да. Наляпал побольше марок и отправил.
— Понятно.
— Ко всему прикасался только в перчатках, чтоб не было отпечатков пальцев. Нет, не выйдут. Чудес на свете не бывает, к тому же они не волшебники.
— Хотя ходят где-то рядом с чародеями…
— Вот и подождем пару дней, посмотрим, что будет с Рембо.
— А что с ним будет?
— Ха, — Купер щелкнул пальцами, — в том-то весь прикол. Бес вчера его вел. Ты же ему поручил — вот он и водит его каждый день. А отчитывается мне. Толковый специалист наш Бес. Хватку мертвую в ментуре натренировал. Он, кстати, засек, как Рембо положил кусок пластида под самую задницу своему корешу Парфену…