Дважды укушенный

- Уже сделано, - сказал Люк.- Мы связались ранее, и все - в контакте. Грей и Наварра на подстраховке. У вас

двоих есть наушники?

Как послушные студенты, мы достали наши наушники, спрятанные в карманах, и показали их Люку.

- Хорошие детки, - сказал он с усмешкой. Вам не нужно вставлять их, пока не окажетесь на месте. Возможно

вы захотите сделать это в одиночестве, а не с

оборотнями, дышащими около ваших шей, чтобы они не подумали, что мы еще более расчетливые, чем они

полагают. Когда вы вставите их, мы будем на проводе.

- Вы хотите, чтобы я снова связался с Дариусом?

Мы повернулись к Малику. Дариус был главой Гринвичского Президиума, Западноевропейского совета.

Этан покачал головой.

- Не сейчас. Мы уже пытались с ним связаться, но он не ответил. На данный момент, лучше просить прощения

потом, чем сейчас просить разрешение.

- Ты думаешь, он может сказать "нет"? - спросила я.

Этан скользнул по мне взглядом.

- Я думаю, что ГС в настоящее время довольно непредсказуем.

Мы говорим им ,что контактируем с оборотнями - что мы оказываем стратегическую поддержку сотням оборот-

ней - и мы нажимаем на кнопку "сигнала тревоги" ГС.

- Мы вызовем бурю дерьма, - перевел Люк.

Я кивнула, что поняла. Этан выдохнул.

- Если всех устраивают занимаемые ими позиции, то мы отправляемся.

- Удачи, - сказал Люк и похлопал меня по плечу. - Надери задницы, Страж.

- Я действительно надеюсь, что это до этого не дойдет.

- Это зависит от нас с тобой, - сказал Этан.

Он и Малик пошептались о чем-то вдвоем — вероятно, это был один из ритуалов, связанный с отъездом Эта-

на и заботой Малика о Доме.

Затем мы двинулись к лестнице ведущей в подвал.

ГЛАВА 16

БОЛЬШИЕ СЕРЫЕ ВОЛКИ

Поездка до украинской деревни прошла в тишине. Приехав Этан припарковал Мерседес на улице.

Мы приехали на Созыв стай рано, но для остальной части населения города был поздний вечер пятницы,

было тихо и почти не было движения.

Выйдя из машины, мы прикрепили катаны, и пошли в сторону церкви Св. Бриджит, которая была хорошо осве-

щена уличными фонарями и прожекторами на газоне.

Я остановилась и огляделась.

"Церковь" было определенно соответствующим названием.

Св.Бриджит была величественным зданием из камня персикового цвета ,с несколькими башнями, увенчанны-

ми бирюзовыми куполами, которые были похожи на лыжные шапки.

Гигантский витраж был установлен в передней части здания, его три прямоугольные панели показывали пасто-

ральную сцену с деревьями и бабочками, с оленем мирно лежащим посередине.

Церковь была архитектурной жемчужиной, стоящей посреди домов рабочего класса, как потерянный остаток

со страницы древней сказки , как забытая история, привезенная из глубоких лесов Восточной Европы в запад-

ную часть Чикаго.

Он был ,однако, очень похож на окрестности вокруг него в одном - здесь было очень, очень тихо.

Не то, чтобы я ожидала пикетчиков и протестантов, но из того, что мы видели прежде, оборотни не были тем

типом, который ходил тихо в спокойную ночь.

- Я утверждаю, это странно, что они встречаются в церкви, - сказала я.

- Это необычно,- сказал Этан рядом со мной , - но это не наш Созыв.

Мы постояли немного молча , достаточно долго, чтобы я взглянула на него.

И встретилась с его пристальным взглядом.

- Что?- спросила я.

Он посмотрел мне в глаза.

- Мы находимся здесь по делу. Я хочу, чтобы воздух между нами был ясным.

- Воздух ясен так , как только это возможно. Мы совершили ошибку. Мы оба с тех пор исправили ее, так что бу-

дем двигаться дальше, не так ли?

- Ошибка?

Он на самом деле имел наглость, чтобы казаться удивленным моим ответом, но я не купилась на это. Он не

использовал слово "ошибка" в своей обвиняющей речи после Брекенриджа, но было довольно много, что он

тогда сказал.

- Ошибка,- повторила я. - Можем ли мы приступить к работе?

- Мерит..., - начал он, с сожалением в голосе, но я подняла руку.

Его вина не заставит меня почувствовать себя лучше.

- Давай приступим к работе.

Мы поднялись по лестнице к дверям, которые вели в переднюю часть церкви.

Я предположила, что это было место, где люди собирались после службы, возможно обмениваясь рукопожати-

ем с духовенством, возможно планируя обед или ужин.

Двери были не заперты и открывали вид на небольшую приемную, на стенах которой висели указатели,

направляющие прихожан туда ,где можно позаботиться о детях или об утреннем кофе.

Мы толкнули вторую пару дверей, и я разинула рот при виде интерьера, открывшегося перед нами.

Снаружи церковь была внушительной, но это было ничем по сравнению с внутренним интерьером. Святилище

походило на сокровищницу с полами из мерцающего камня, стены с витражами, иконы в золотой оправе, позо-

лоченные ниши и фрески.

Сверкающие колонны и декоративная медная решетка отмечали церковные проходы.

Робин, Джейсон, Габриэль, и Адам стояли в передней части святилища, но именно Берна первая привлекла

наше внимание.

- Ты будешь есть,- сказала она, выступая перед нами, с алюминиевой кастрюлей в ее протянутых руках.

Кастрюля была покрыта фольгой ,сквозь которую просачивался запах того, что было внутри: мясо, капуста, специи — восточноевропейское наслаждение.

- Возьми , - сказала она, и сунула кастрюлю, еще горячую, в мои объятия.

- Я ценю твои чувства, но ты не должны продолжать кормить меня.

Она цокнула языком.

- Слишком худая,- сказала она, затем вытянулся два узловатых пальца и ущипнула мою руку. Больно.

- Ой.

- Нет мяса,- сказала она с неодобрением в голосе.- Ни мяса ни костей, ты не найдешь мужчину. - Затем она

бросила оценивающий взгляд на Этана, приподняв одну светлую бровь. - Ты мужчина.

Не то, чтобы я была не согласна, но она составила неправильную пару.

- Спасибо, Берна,- сказала я, надеясь привлечь ее внимание ко мне и отвлечь ее от любовного соединения.

Медленно, как будто угадав мою игру, она оглянулась на меня, потом дала мне оценку осмотрев сверху-вниз, которая была не слишком лестной. Цокнув языком снова, она обошла нас и скрылась в холле.

Я посмотрела на Этана и предложила голубцы.

- Я должна положить это в твой автомобиль, пока мы здесь?

Он побледнел, очевидно не без ума от идеи, что его Мерседес будет пахнуть как задняя комната украинского

паба.

- Добрый вечер, вампиры.

Я повернулась, чтобы найти Адама, усмехающегося над кастрюлей в моих руках.

Он был одет просто - в серую тенниску с клетчатыми пуговицами, джинсы и более тяжелые черные ботинки -

но это ничуть не умаляло волчий призыв.

- Добрый вечер. - Я протянула кастрюлю.- Она продолжает подкармливать меня.

- Это Берна. Это ее способ показать любовь.

Не для моего телосложения, по-видимому. Но несмотря на это, мне нужно было что-то сделать с кастрюлей.

- Могу ли я куда-нибудь поместить это на несколько часов?

- Ты думаешь, если будешь держать кастрюлю голубцов, это прервет твое вампирское заклинание ?

- С ней будет тяжелее размахивать мечом.

- Ну, мы не хотели бы этого,- сказал он застенчиво. - Я отведу тебя на кухню, и ты сможешь поставить ее там.

Кроме того, это даст тебе возможность, увидеть немного больше церкви.

- Спасибо.

- Я подожду здесь, - сказал Этан тихо. - Я хотел бы поговорить с Габриэлем о Тони.

- Удачи, - ответила я, задаваясь вопросом - было ли нападение у Бреков делом давно минувших дней или

Гейб собирался использовать это против нас.

С другой стороны, он не изменил своего решения о нашем обеспечении безопасности, поэтому ему должно

быть было достаточно комфортно.

- Держитесь настороже.