Страница 11 из 30
731 г.
Завершив долгое трехгодичное путешествие, Ли Бо оседает дома, где в 728 году у него родилась дочь. Отец выбирает ей имя, для девочки непривычное — Пинъян: так звали третью дочь императора Гао-цзу, основателя династии Тан, даму весьма воинственную, возглавлявшую в чине маршала «женский отряд» государевой гвардии. Тут явно сказалось духовное «рыцарство», присущее Ли Бо, который не расставался с мечом и не имел склонности подолгу оставаться на одном месте. «Оседлость» его в Аньлу была весьма условной. Если не в дальние странствия, то в ближние окрестности он исчезал постоянно. При этом, однако, помнил о чувствах жены, с нежностью выражая их в стихах, как бы написанных от имени тоскующей женщины.
Песня о большой дамбе
734 г.
Ли Бо часто ездил в город Сянъян (совр. Сянфань), где, отказавшись от государевой службы, жил столь почитаемый им поэт Мэн Хаожань, и они вместе погружались в вольную стихию «ветра и потока», то есть не регламентированную никакими внешними установками жизнь в свободном общении с друзьями за жбанчиком вина, сочиняя и тут же нараспев декламируя стихи. Ведь, как уже после Ли Бо сформулировал поэт, «не вино цель хмельного старца». Вот одним из таких стихотворений и был анакреонтический гимн, написанный в песенном стиле, выбиваясь из нормативности традиционной поэтики. Стержнем его сюжета стала легендарная история о посадском начальнике Шань Цзяне, который любил погулять в тех местах и, захмелев, засыпал в кустах без шапки, что считалось непристойным.
Сянъянская песнь
734 г.
Много троп проложил Ли Бо в ближних и дальних окрестностях Аньлу, забредал в глухие места, подальше от хоженых дорожек, и, оставаясь один на один с природой, ощущал себя не наблюдателем, а частью ее, вечной и обновляющейся. Это и была та «чистота», к которой он стремился душой, мировоззрением, образом жизни.
Бреду вдоль наньянского родника Цинлэн
732 г.
Написал, взобравшись на камень посреди стремнины,
когда брел вдоль Белой речки в Наньяне
732 г.
Внутренняя духовная программа, заложенная в Ли Бо, мешала ему «обуздать» себя, как он писал в одном эссе того же периода. Поэтому его нельзя однозначно назвать «плохим мужем» или «плохим отцом» (а такие оценки попадаются в критических исследованиях). Ли Бо был тем, кого у нас иронично именуют «не от мира сего». Но отбросим иронию, она в применении к гениальному поэту неуместна. Когда он с достаточной зоркостью вглядывался в собственную душу, то осознавал, что суетный мир — не для него. И потому в 60 км от Аньлу соорудил себе на склоне горы среди даоских монастырей хижину, назвав ее «Кабинет в персиковых цветах». В ней винопитие с друзьями он чередовал с погружением в мудрость Лао-цзы и особенно любимого им Чжуан-цзы. Сановитый тесть возмущался, почему не Конфуций. А однажды в лесу на склоне простачок-мирянин поинтересовался, отчего поэт ведет такую праздную и хмельную жизнь, на что Ли Бо с улыбкой, но достаточно серьезно объяснил крестьянину, что лишь в естественности чистой природы способен в полной мере раскрыть себя и исполнить свое предназначение. Кстати, рядом со своим «Кабинетом» он вспахал поле и старательно обрабатывал его.
В горах отвечаю на вопрос
98
Совр. г. Сянфань пров. Хубэй.
99
Традиционный поэтический образ воспоминаний о родных местах.
100
Озорная детская песенка.
101
Медная спиралевидная чарка с удлиненным, как у попугая, носиком.
102
Цифра связана с преданием о некоем Чжэн Сюане, который в день мог выпить триста чаш.
103
В те времена в Китае еще существовала культура производства виноградного вина, позже утраченная, а сейчас возрождающаяся.
104
Намек на жившего еще до рубежа новой эры Ли Сы, который сначала возвысился, а затем по навету был казнен.
105
Кутиле Ян Ху поставили памятник как видному военачальнику периода Западная Цзинь (3–4 вв.), но каменная черепаха у подножия, символизировавшая долгую жизнь, вскоре раскололась.
106
Устойчивое выражение, обозначающее мертвецки пьяного человека.
107
Упоминание этого винного сосуда замечательно тем, чтоизготовлялся он умельцами в Юйчжане — городе к югу от Аньлу, где через много лет Ли Бо заведет семейный дом со второй женой.
108
Намек на историю любовных свиданий чуского князя Сяна с феей Колдовской горы.
109
Образ невозвратности («вода утекает на восток и не возвращается»).
111
Течет на востоке округа Наньян; камень посреди стремнины — достопримечательность местного ландшафта в Наньяне.
112
Бирюзовый здесь больше указание не на цвет, а на сакральность — святые горы, где обитают в отшельнических гротах даосы.
113
Персиковый цвет: здесь, помимо ассоциации с «Кабинетом в персиковых цветах» Ли Бо, намечена и более глубокая апелляция к поэме Тао Юаньмина «Персиковый источник», где рыбак случайно попал в безмятежное поселение, волшебным образом отгороженное от суеты человеческого мира.