Страница 180 из 211
Она тихо вздохнула и проглотила яд.
— Я думала, будет намного хуже, — призналась женщина. — Горечь… не такая уж сильная.
Тинрайт не смог выговорить ни слова в ответ.
— Если бы все сложилось по-другому, я могла бы вас полюбить, — сказала Элан, и на губах ее вновь заиграла улыбка. — Какое странное чувство… Язык мне больше не повинуется… Так быстро…
Голос ее прервался. Дыхание становилось все более тихим, пока совсем не прекратилось.
Феррас Вансен только что был здесь, а мгновение спустя исчез, сорвался в бездну небытия, не успев даже вскрикнуть. Все произошло слишком быстро, и Баррик Эддон, подобно человеку, которому снарядом оторвало ногу, чувствовал потрясение, но не саму потерю.
Полубог по имени Джикуйин сотрясал воздух пещеры своим громовым голосом. Баррику казалось, что этот голос проникает внутрь его существа, ломает кости и разрывает жилы.
— Они сумели освободиться от оков, эти проклятые обманщики!
Гигант повернул свою косматую голову к Баррику, бессильно распростершемуся на земле у самых ворот. Прищурив огромные глаза, полубог уставился на своего приспешника. Серое лицо бессонного утратило обычную непроницаемость: судя по всему, он тоже был удивлен.
— Уени'ссох! — Полубог обращался не к Баррику, но его голос раскалывал череп принца. — Продолжай, безмозглый олух!
Баррик догадался, что впервые слышит настоящую речь Джикуйина, а не беззвучные мысли, булыжниками перекатывавшиеся в его голове. Впрочем, и то и другое было для принца одинаково мучительно.
— Ворота по-прежнему открыты! — Голос Джикуйина впивался в мозг тысячами игл. — Завершай заклинание!
Уени'ссох сделал несколько шагов по направлению к своему повелителю. Баррик поднялся на дрожащие ноги, и тут же два стражника, вооруженных зазубренными топорами, сделали угрожающий выпад в его сторону. Баррик понял, что ему лучше не двигаться, иначе он умрет через несколько мгновений. Он взглянул на свои руки и с удивлением обнаружил, что они свободны: прежде чем исчезнуть в темноте, Вансен ухитрился освободить принца от кандалов.
«Ложись!»
Приказ прозвучал в его голове громовым раскатом. Поначалу Баррик даже решил, что к нему мысленно обращается Джикуйин.
«Ложись на землю!»
Баррик в замешательстве огляделся по сторонам. Джаир тоже освободился от оков и теперь стоял на небольшом возвышении. Несколько стражников распростерлись у ног безликого воина, а в руке у него пылало нечто, напоминающее сверкающий череп.
«Если не хочешь умереть прямо сейчас, ложись немедленно!» — вновь зазвучал в голове у принца властный голос Джаира.
Баррик последовал приказу. Он успел увидеть, как Джаир взмахнул рукой и сумрак пещеры разрезала крошечная комета. Принцу показалось, что все вокруг замерло; головы стражников и заключенных, как подсолнухи, поворачивались вслед за светящимся шаром. В следующее мгновение пещеру озарила вспышка ослепительно яркого света, мощная горячая волна подняла Баррика в воздух и вновь швырнула на землю. Принц замер, приникнув к каменному полу и всем телом ощущая, как сотрясаются стены и своды пещеры.
В голову его ворвался поток чужого сознания, такой бурный и яростный, что юноша не смог разобрать ни единого слова, ни единой мысли. Беззвучный голос Джикуйина молотом бился в мозгу, и Баррику казалось, что его череп вот-вот расколется, как яичная скорлупа.
«Как это жалкое ничтожество, этот безликий слизняк посмел завладеть моим драгоценным огненным порошком?» — неистовствовал Джикуйин.
Баррик, оглушенный и растерянный, чувствовал, что ему остается лишь неподвижно лежать на спине и ждать конца света, до которого осталось совсем недолго. Внезапно он вспомнил, что принц должен встретить смерть достойно, и попытался сесть. Однако конечности отказывались ему повиноваться.
Эхо еще одного взрыва, прогремевшего где-то в отдалении, сотрясло своды пещеры. На этот раз за взрывом последовала не звонкая напряженная тишина, а нестройный хор испуганных визгов и воплей. Баррик вспомнил, что в мире по-прежнему есть звуки и расстояния, хотя он стремительно приближается к своему концу. Юноше удалось сесть и отбросить нечто влажное, прилипшее к его руке. То был кусок чьей-то окровавленной кожи. Стражники и пленники, жертвы первого взрыва, валялись на полу пещеры. Изуродованные, разорванные на части тела превратились в кровавое месиво, и Баррик невольно порадовался тому, что царивший в пещере полумрак не позволяет рассмотреть это жуткое зрелище во всех подробностях.
Джаир теперь стоял в одиночестве, толпа вокруг него рассеялась, уцелевшие стражники расползались во все стороны. В обеих руках воин сумеречного племени держал черепа, вымазанные какой-то грязью. Он явно привлек к себе на помощь магические силы, неведомые Баррику.
«Вставай и беги, Баррик Эддон!»
Повинуясь беззвучному приказу безликого воина, Баррик поднялся и сделал несколько неуверенных шагов.
«Я задержу их, пока у меня не кончатся огненные шары», — пообещал Джаир.
Баррик не смог ничего ответить, но воин сумеречного племени уловил его смятение.
«Мне удалось заполучить взрывные устройства, — пояснил он. — Я приказал пленникам наполнить черепа порохом, запечатать грязью и оставить здесь. Таким образом жертвы Джикуйина отомстят своему мучителю».
Мысли Джаира метались в сознании Баррика, как языки пламени, раздуваемого ветром. Безликий воин смеялся! Впервые Баррик понял, что дух сражения — стихия, враждебная самому принцу, — для Джаира является живительным и благотворным.
«А теперь беги, не теряй времени! Попытайся подняться наверх!»
«Но Вансен…»
«Ему уже ничем не поможешь. Скорее всего, он мертв. Во всяком случае, для нас. Вещь, которую я тебе доверил, с тобой?»
Баррик совсем забыл о зеркале. Он поспешно сунул руку за пазуху и кивнул.
«Да».
«Помни, что тебе необходимо доставить эту вещь по назначению. Беги! А я сделаю все, что в моих силах».
«Но мы можем бежать вместе…»
«Нет, кто-то должен задержать врагов. Пусть спасется хотя бы один из нас. Отправляйся прямиком в Обитель народа кваров. Судьба мира зависит от тебя…»
«Но…»
— ДОВОЛЬНО! — раздался громовой голос.
Над визжащим и вопящим стадом пленников возник исполинский силуэт Джикуйина. Казалось, полубог стал еще огромнее, он раздулся, как парус корабля под ветром. Голова его почти касалась свода пещеры.
— МНЕ НАДОЕЛО ВОЗИТЬСЯ С ТОБОЙ, ШТОРМОВОЙ ФОНАРЬ. ДВЕРЬ В ЧЕРТОГ ПОВЕЛИТЕЛЯ ЗЕМЛИ ОТКРЫТА. ЕСТЬ ТОЛЬКО ОДИН СПОСОБ СНЯТЬ ЗАКЛЯТИЕ, МЕШАЮЩЕЕ МНЕ ПРОНИКНУТЬ ВНУТРЬ, — ПРОЛИТЬ КРОВЬ ЭТОГО МАЛЬЧИШКИ ИЗ ПЛЕМЕНИ СМЕРТНЫХ. НИКТО И НИЧТО, НИ ОДИН ЗАКОН, НИ ДАЖЕ КНИГА ОГНЕННОЙ ПУСТОТЫ НЕ ЗАПРЕТЯТ МНЕ ЭТОГО СДЕЛАТЬ.
Джикуйин сделал шаг по направлению к Баррику. Джаир наклонился к факелу, пылавшему у его ног, и запалил еще один череп. Стремительным ловким движением он метнул в гиганта свой снаряд. Высекая снопы искр, череп взорвался неподалеку от Джикуйина и заставил его пошатнуться. Однако взрывная волна задела и Баррика, который рухнул на колени.
«Беги!» — не оборачиваясь, приказал Джаир и метнул в гиганта еще два черепа.
До того как они взорвались, воин сумеречного племени устремился к ревущему от ярости Джикуйину, сжимая в руках копье одного из убитых стражников. Вспышка света, последовавшая за взрывом, скрыла от Баррика и полубога, и его отважного соперника. Принц едва не оглох; от жара ему казалось, что кожа у него на щеках вот-вот обуглится.
Голова у Баррика предательски кружилась, но ему удалось встать. Слезы застилали глаза, но он все равно не сумел бы ничего разглядеть — в пещере разгуливали вихри поднятой взрывом пыли. Двигаясь наугад в том направлении, где, как ему представлялось, находился выход, он то и дело наступал на трупы и искалеченные тела еще живых, слабо стонавших под его ногами. Один из косматых стражников, чье лицо превратилось в кровавую рану, вцепился в лодыжку Баррика обугленными пальцами. Баррик изо всех сил пнул его, затем нагнулся и вытащил из-за пояса стражника топор. Хотя у принца была лишь одна здоровая рука, таким оружием он вполне мог нанести удар. Наконец он очутился на склоне, откуда можно было подняться наверх. Задерживать его никто не пытался — на пути беглеца встречались лишь мертвые и умирающие.