Страница 30 из 115
Изабо де Бюрей не стала возражать:
– Правда. Я не считаю необходимым отрицать, что мне бы хотелось пользоваться влиянием при дворе. Я – красива и без ложной скромности готова признать, что обладаю достаточным умом, я даже умнее, чем некоторые из этих, она понизила голос, – окружающих нас глупцов.
– Вы хотели, чтобы у вас было больше шансов для этого, и решили выйти замуж за Рено? Вам был нужен титул?
Графиня сузила карие глаза и кивнула:
– Вы мне задали прямой вопрос, и я вам дам такой же прямой и честный ответ. Да, господин Кер, я вышла замуж за Рено из-за его титула и того положения, которое он мне дал при дворе. Но я в нем сильно разочаровалась и не собираюсь больше скрывать этого.
– Д’Арлей понимал, почему вы предпочли его брата?
– Наверное, он это понимал, но не был полностью уверен. В то время он меня обвинял в расчетливости, но я все отрицала. Он был очень скромным и наивным, потому-то и поверил, что я испытывала к его брату какие-то чувства.
Графиня сполоснула руки в чаше, поднесенной слугой, и тщательно вытерла их льняным полотенцем.
– Не знаю, зачем я вам все это рассказываю. Я призналась в таком поступке, после этого вы станете плохо судить обо мне.
Кер допил вино и отставил кубок в сторону. Это был знак виночерпию, чтобы он больше не подливал туда вина. Потом казначей внимательно посмотрел на свою даму.
– Возможно, вы считаете, что можете мне быть в чем-то полезной?
Графиня не отвела от него взгляда.
– Не буду отрицать это. Вам понадобятся друзья при дворе.
– Да, графиня, возможно, мне понадобятся друзья в непредсказуемом будущем. Мне пригодится милая и очаровательная дама, какой являетесь вы. У вас, вероятно, затруднения с деньгами?
– Всегда, – вздохнула Изабо. – Мой эгоистичный муж весьма расточителен. У нас огромные долги. Они настолько велики, что нам с трудом удается делать вид, что все в порядке.
– Вы когда-нибудь обращались к д'Арлею за помощью? Изабо колебалась, прежде чем дать ответ.
– Я уже сказала вам слишком много, и мне придется быть с вами до конца откровенной. Если даже вы станете еще хуже обо мне думать. Да, сударь, я просила его помочь, когда… когда положение стало просто ужасным.
– Он выказал желание вам помочь?
– Конечно. Мой дорогой Робин очень щедр. Ему было всегда достаточно лишь намека.
– Если вы мне кое в чем поможете, вы можете обращаться ко мне в нужные моменты.
Графиня не сводила с него глаз.
– Я уже думала об этом.
Кер был настоящим торговцем и предпочитал, чтобы инициатива в торгах исходила от противоположной стороны. Он подумал: «Какое совпадение! Мне повезло. Теперь я могу диктовать свои условия».
– Графиня, вы можете оказать мне услугу именно сейчас, – сказал Кер. – У меня возникла смелая идея, и вы мне можете помочь. Вы от этого только выиграете.
Дама умела торговаться не хуже купца и поэтому промолчала.
– До того, как я вам объясню, в чем тут дело, – продолжал Кер, – мне придется сказать кое о чем, не касаясь самой задумки. Мне придется поставить вам условия. Вам могут не понравиться мои слова, но я всегда предпочитаю говорить в открытую и не держать ничего в тени.
Изабо подняла брови, но ответила тихо и спокойно:
– Господин Кер, я выслушаю вас с удовольствием.
– Мне очень нравится Робин, – сказал, помолчав, Кер, – и мне очень тяжело ощущать, что он несчастлив. Я не могу сказать, что он постоянно об этом думает или говорит. Робин с удовольствием выполняет свою работу, у него есть книги, он занимается философией и наукой. Но ему уже тридцать и он все еще не женат. В его доме должны уже бегать и шалить полдюжины детишек. Книги не могут заменить семью, графиня. Боюсь, что он теперь вообще не женится, а это очень неприятно для человека его положения. Меня это сильно огорчает.
– Я никогда не мешала ему жениться, – заявила Изабо.
– Конечно, в открытую вы этого не делали. Но мне кажется, что он не взглянет ни на одну другую женщину, пока не будут разрушены прежние связи. Если цепи будут разорваны, он вскоре сможет найти новую любовь. Я абсолютно уверен, графиня, только вы можете разрушить эти связи.
Наступила долгая тишина. Каждый из них ждал, кто же заговорит первым. Победил Кер.
– Вы хотите сказать, что это ваше условие? – спросила Изабо.
Кер утвердительно кивнул.
– Графиня, обещайте, что сделаете все возможное, чтобы разорвать эти цепи, и я буду очень щедрым. Вам никогда больше не придется беспокоиться о деньгах.
Впервые на ее бледных щеках показался румянец. Кер внимательно следил за ней и видел, что она с трудом сдерживает возмущение. Он продолжал смотреть на нее и не был уверен, что желание обрести финансовую независимость от мужа возьмет верх над другими чувствами.
Наконец Изабо промолвила:
– Должна ли я дать вам обещание… такое невероятное обещание, прежде чем вы мне расскажете о своих будущих планах?
Кер обрадовался и подумал: «Она согласна». Он помолчал, чтобы Изабо почувствовала значительность происходящего.
– Могу вам сказать только одно: вам будет доверено присматривать некоторое время за одной молодой девушкой и вы станете следить за ее обучением. До того, как сказать вам еще кое-что, я должен задать вопрос. Мне следует убедиться, что некая информация является правильной.
– Как пожелаете, сударь.
Кер знал, чем закончится их разговор, и спросил:
– У вас был дядя по имени Жюль де Вудрэ, и у него были поместья в южной части Берри.
– Да, мой дядюшка Жюль умер десять лет назад.
– У него было множество детей, по большей части незаконных.
Графиня улыбнулась:
– Очень много.
– Он что-нибудь делал, чтобы обеспечить незаконнорожденных детей?
– Ничего. Дядюшка не был богатым человеком. Он много тратил и когда умер, его поместья были в ужасном состоянии.
– Его наследники могли заниматься незаконнорожденными братьями и сестрами?
– Я довольно хорошо знаю моих кузенов и должна вам сказать, что они, конечно, ничего не делали. Вы хотите сказать, что они не имели права так себя вести?
Кер покачал головой:
– Меня абсолютно не интересуют этические проблемы. Мне нужно быть уверенным в одном: вашим кузенам известно о своих сводных братьях и сестрах?
Изабо рассмеялась:
– Если бы вы знали моего дядюшку Жюля, то не задавали бы этого вопроса. Господин Кер, их было слишком много. Мне кажется, что даже он сам не знал, сколько у него было детей. В этом нет ничего особенного.
Ужин закончился. Гости начали вставать из-за стола, послышался скрежет отодвигаемых стульев. Некоторые задерживались у дверей, там слуги предлагали пряные прохладительные напитки. Вокруг раздавались громкие голоса.
– Графиня, я вам должен рассказать о моем плане, – сказал Кер. – Вы согласны поговорить со мной, когда мы придем в апартаменты королевы?
Изабо опустила глаза:
– Мне сначала необходимо подумать о ваших словах. Кер улыбнулся:
– Конечно. Что бы вы ни решили, позвольте мне сказать, что я чудесно провел с вами время. Мне было приятно ужинать в вашей компании.
Глава 9
Ночью в Париже разразилась буря с грозой. Ветер пришел с севера-востока и ревел над рекой и крышами домов. Это был не игривый ветерок, срывающий шляпы и заставляющий танцевать веревки с бельем, это был сильный шторм – с ледяными пальцами, острыми и стальными легкими. Он злобно завывал над шпилями соборов и пробирался сквозь мельчайшие дырочки, чтобы шуршать в проходах, словно шепот еретиков. Ветер дул вдоль улиц, и вывески таверн раскачивались, как церковные колокола.
Утром на реке катились желтые волны. Мессы проводились в пустых церквах, окна лавок были закрыты ставнями. Д'Арлей собирался нанести несколько визитов, но, взглянув в окно, сразу понял, что лучше оставаться дома.
Д'Арлей подошел к незаконченному предмету из глины, стоявшему на небольшом столике у стены. Это был круглый цилиндр длиной в два фута. Он покоился на подставке, сделанной в виде ригеля. Любому человеку стало бы ясно, что это точная модель бомбарды. Новый тип пушки, который станет использоваться против англичан. Этот макет изготовили они с Прежаном Кеннеди. Им не удалось закончить модель, потому что Прежан Кеннеди уезжал. Он вернулся вчера – после того, как посетил Жака Кера, и сразу стал собирать переметные сумы.