Страница 36 из 64
Итак. О чем все-таки речь? Речь идет о том, что всякий окунь это рыба, но не всякая рыба это окунь. Таким образом, всякие склавены это славяне, но не всякие славяне это склавены, точно так же всякие словены — это славяне, но не всякие славяне — это словены. Все эти термины интерферируют, но они не тождественны.
Сейчас посмотрим, какая странная ситуация сложилась в исторической науке. По общему соглашению, которое есть продукт непротивления сторон, термины склавены и славяне отождествляются. Отсюда следуют практические шаги, как-то: соответствующие переводы источников. Так, византийского автора VI века Прокопия Кесарийского переводят следующим образом: «Эти племена, славяне и анты…», тогда как следовало бы: «Эти племена, склавены и анты…». В первом случае читатель разумеет дело так (сообразно переводу), что анты это не славяне, тогда как анты это не склавены. Здесь присутствует огромная разница. Прокопий далее пишет об этих народах: «У тех и других один и тот же язык, достаточно варварский. И по внешнему виду они не отличаются друг от друга. Они очень высокого роста и огромной силы. Цвет кожи и волос у них очень белый или золотистый и не совсем черный, но все они темно-красные. Образ жизни у них, как у массагетов, грубый, без всяких удобств, вечно они покрыты грязью, но по существу они не плохие и совсем не злобные, но во всей чистоте сохраняют гуннские нравы. И некогда даже имя у славян и антов было одно и то же»280.
Т.е. склавены и анты говорили на одном языке, ничем по внешнему виду не отличались и имели общее происхождение (общее имя в прошлом). Но самое любопытное, что анты, несмотря на прямое указание Прокопия, не относятся некоторыми историками к славянам (например, Г. В. Вернадский относил их к «иранцам»), несмотря на то что слова Прокопия подтверждает, повторюсь, Иордан: «…происходят от одного корня и ныне известны под тремя именами: венетов, антов, склавенов».
Как бы там ни было, первое упоминание, но не о славянских народах вообще, а о склавенах, т. е. об отдельном славянском народе, действительно относится к VI веку. А первое упоминание о других славянских народах, как-то: венетах и антах (ими перечень, конечно же, не исчерпывается) — относится к более ранним временам. Читателю достаточно просто посмотреть в БСЭ, чтобы лично в этом убедиться. По мнению этого легкодоступного и уважаемого издания, «венеты, венды (лат. Venedi, Veneti) — древнейшее наименование славянских племен, по-видимому, относящееся к их западной ветви»281.
Опять же, посмотрите сами, в случае с венетами, как и в случае со склавенами, речь идет только об отдельных, причем западных, славянских народах. О восточных славянах византийцам мало что известно или известно, но они в их описаниях фигурируют под иными названиями, которые на сегодняшний день не отождествляются историками твердо со славянством.
Если название склавены встречается в письменных источниках с VI века, то название венеты встречается уже с I в. н. э. Они, по свидетельству некоторых авторов, проживали по Висле и побережью Балтийского моря, по свидетельству других, к северу от Карпат и на Нижнем Дунае. Не исключено, что часть венетов вошла в состав восточных славян, а именно в состав вятичей, чей этноним произносился как вентичи. Финны по сию пору именуют русских venaja.
Однако венетский вопрос не разрешен удовлетворительно и по настоящую пору. Во-первых, территория на которой отмечен как этноним венеты (венеды), так и группы топонимов, связанных с этим этнонимом, огромна. Это позволяет некоторым историкам усомниться в том, что мы имеем дело с одним и тем же народом. Во-вторых. В литературе зачастую можно встретить мнение, что есть указания и на якобы неславянское происхождение венетов, к примеру, Тацит (ок. 58 — ок. 117 гг.) в «Германии» сомневался, куда их причислить, к германцам или сарматам: «Здесь конец страны свевов. Относительно племен певкинов, венетов и феннов я не знаю, причислить ли мне их к германцам, или к сарматам… Более похожи венеты на сарматов по своим нравам и обычаям»282. Плиний Старший (23 или 24–79 гг.) писал о венедах в своей «Естественной истории» следующее: «Некоторые писатели передают, что эти местности вплоть до реки Вистулы (Вислы) заселены сарматами, венедами, скифами, гиррами»283. На основании данных слов Плиния некоторые историки почему-то утверждают, что он считал венедов сарматами, каковое утверждение, при здравом рассмотрении текста, выглядит экзотически284. Птолемей (ок. 90 — ок. 160 гг.) помещал венедов в Сарматии: «Сарматию занимают очень большие племена: венеды вдоль всего Венедского залива; над Дакией господствуют певкины и бастарны; по всей территории, прилегающей к Меотийскому озеру, — языги и роксоланы; в глубь страны от них находятся амаксобии и аланы — скифы»285.
Во-первых, то, что имя венетов отмечается на огромной территории, еще ни о чем, собственно, определенно не говорит. Точно так же мы отмечаем на огромной территории и имена руси и кельтов. Следует отличать три обстоятельства: 1. Существовали собственно венетские народы. Иордан утверждает: «От истока реки Вислы на неизмеримых пространствах основалось многолюдное племя венедов. Хотя названия их изменяются теперь в зависимости от различных племен и местностей, однако главным образом они именуются склавенами и антами»286. Отсюда явственно следует, что уже во времена Иордана этноним венеты имел обобщающее значение и под этим названием имелась в виду целая группа этносов, распределенная, кстати, по словам Иордана, на огромных пространствах. 2. Могли существовать народы, в которых венеты играли роль правящего слоя (то же справедливо и в отношении к кельтам и руси). Эти народы, чуждые венетам этнически, могли называться их именем. 3. Под именем венетов могли выступать и просто этнические торговые группы, раскиданные по всей Европе и группы пиратов и различных наемников.
Во-вторых, то, что Тацит в «Германии» сомневался, причислить ли венетов к германцам или сарматам, также ни о чем еще не говорит. К сожалению, сомнения Тацита, вообще-то, свидетельствуют не только о его нетвердом знании венетов, но еще и о его нетвердом знании сарматов и германцев.
Однако вот что здесь следует отметить особо. Судя по последнему сообщению Иордана, венеты как раз и являлись более широкой, суперэтнической общностью, в которую входили склавены и анты и др. народы. Точно такую же смысловую нагрузку несет на себе в настоящее время и суперэтноним славяне, который включает в себя и русских, и поляков, и сербов, и пр. Данное обстоятельство вкупе с тем обстоятельством, что одних только склавенов нельзя считать предками славян, дает нам полное право утверждать, что постулат о появлении славян на исторической арене в VI веке есть не более чем домысел, спекуляция, основанная на нарушении элементарной логики и на пренебрежении к фактам, и похоже на то, что к настоящему времени историческая наука от этого постулата отказывается. Так, акад. В. В. Седов в своем капитальном труде «Происхождение и ранняя история славян» отмечает: «Своим именем славяне в античных источниках не называются. Античные авторы знают венедов, и имеются все основания считать, что под этим этнонимом скрываются славяне»287. В принципе, некоторое удревнение славянской истории за счет венетов немного что решает и на многие вопросы не дает ответов, однако здесь снимается «синдром VI века», а склавены перестают претендовать на исключительную роль славянских предков. Тем не менее венеты, анты и склавены — это только лишь западная часть раннесредневековой славянской общности, но еще не вся эта общность. И здесь, прежде чем продолжить раговор о раннесредневековых славянах, следовало бы взглянуть в сторону Востока.