Творцы миров

Кин встала из кресла и прошлась по комнате, чтобы размять затекшие мускулы. Она выслушала длинный рассказ, целую лекцию-путешествие по подземельям диска. Особенно врезались ей в память машины для создания землетрясений. Вся гениальность и изобретательность создателей этого диска была направлена только на то, чтобы этот Мир выглядел как можно более правдоподобным. А эти демоны… первым делом нужно покончить с демонами.

Марко щелкнул пряжкой пояса, освобождаясь из кресла, и подвинулся ближе к подковообразному пульту. Он некоторое время удивленно смотрел на экран радара, затем взглянул через иллюминатор наружу.

— Где оно, черт возьми? На экране его больше нет. Что это было, Кин? Сигнал от него был больше, чем от…

Умпф. На берегу за окном закружились песчаные вихри.

Марко вытягивал шею и вертел головой, стараясь рассмотреть, что происходит. Неожиданно все вокруг погрузилось во тьму, как при солнечном затмении.

Умпф.

Марко с ужасом уставился на опустившиеся с неба и впившиеся в песок когти. На берег села птица. Ее когти были достаточно велики для того, чтобы в один миг растерзать их корабль. Марко издал горлом слабый пищащий звук и вжался обратно в кресло, стараясь спрятаться в нем.

Умпф, умпф.

Умпф.

Умпф.

Огромная лапа осторожно взяла жалобно заскрипевший корабль. Последовала серия вытряхивающих душу рывков, и их подняли вверх.

Сверкающее здание и полоска берега с безумной скоростью провалились вниз и исчезли. Поверхность диска наклонилась и повернулась, превратившись в темно-голубую стену. Толчок и широкое равномерное качание.

Кин сконцентрировала все внимание на потолке кабины, всеми силами стараясь отключить сознание от дрожащего и раскачивающегося окружающего пространства. Их держали только за верхнюю часть аппарата, полностью оставляя иллюминаторы открытыми, что давало Кин возможность периодически ловить краем глаза мощные монотонные взмахи крыльев, своим медленным ритмом напоминающие удары океанских волн о берег в тихую погоду.

Высокий звук, проникающий в самую душу, наполнил кабину, вначале болезненный, близкий к ультразвуку, опустившись, постепенно, до визга мокрых пальцев по оконному стеклу.

Поднявшись высоко в небо, птица Рух почти неподвижно повисла в воздухе и пела.

Демонов больше не будет. Кин поняла их предназначение, они, конечно, имели свой смысл, но теперь их больше не будет.

Те демоны, которых встречала Кин, все-таки были похожи на людей. Но теперь она увидела других, мерзких и страшных тварей, выращенных в тихих лабораториях в центральной части диска. Они были церберами диска, охраняющими тайные вентиляторы и шахты, соединительные трубопроводы и внешнее оборудование, и отгоняющими особенно любопытных от внешнего края диска. Время от времени они похищали очередного Председателя для Комитета.

Председатель. Кин задумчиво смотрела на пустой экран, затем кинула взгляд на висящий над креслом шлем для прямой связи. Она не испытывала особого желания надевать его, да и Компьютеры особенно не настаивали на этом, хотя и объяснили Кин его устройство.

Компьютеры правили диском. Они регулировали приливы и отливы его морей, следили за поголовьем воробьев, удобряли и заботливо выращивали лилии на тенистых лужайках. Но Создатели диска сконструировали их исключительно лишь как исполнительные машины, в результате чего диск стал чересчур механистическим. Он в большой степени зависел от приказов человека. Председателя.

За семьдесят тысячелетий существования диска на нем сменилось двести восемьдесят Председателей. Всех их отловили и, трясущимися от страха, усадили в кресло, одев на голову шлем. И все они приобрели новые, ясные и холодные, как лед, знания.

Кин сказала, что она не верит в это.

— Вы не можете взять темного крестьянина и сделать из него планетарного инженера, — добавила она.

— МЫ МОЖЕМ ЭТО СДЕЛАТЬ. СОЗДАТЕЛИ ДИСКА СКОНСТРУИРОВАЛИ НАС ОЧЕНЬ МУДРО.

— Вы еще не рассказали мне ничего о Создателях диска.

Экран остался пустым.

Умпф! Кин вцепилась в ручки кресла. Умпф! Птица Рух уже не просто летела. Она неслась подобно гигантскому снаряду, сквозь разреженные слои атмосферы, откинув крылья назад и часто-часто трепеща ими.

В ритмической череде наваливающейся и отпускающей тело тяжести было просто невозможно говорить. Но, как оказалось, все это не производило особого впечатления на Сильвер.

— Я понимаю, что требуется такому устройству, как этот диск, — сказала она. Умпф! — Ему требуется разумный смотритель. Машины не могут сами управляться со всем разнообразием возникающих проблем. — Умпф! — Да, со всеми проблемами, которые возникали, возникают и будут возникать. Но любой человек из среды обитателей диска, с навязанным извращенным восприятием действительности и низким техническим уровнем развития, да он просто спятит, хоть немного вникнув в устройство своего Мира и окружающей вселенной.

Кин приготовилась к очередному провалу, следующему за взмахом крыльев. Но его не последовало. Через окно она увидела, что огромные крылья Рух раскинулись во всю длину и напряглись. Перья на концах крыльев мощно вибрировали под напором набегающего воздуха. Набрав достаточную высоту, Рух начала долгий скользящий спуск.

Кабина корабля ощутимо наклонилась, и почти все пространство иллюминаторов заняла поверхность диска. Кин начала сползать из кресла и с трудом удержалась на месте, уперевшись ногами в переборку.

Диск опять раскинулся в небе, подобно россыпи драгоценностей. Впереди них, в лучах заходящего солнца, как главное украшение, сиял океан на Краю Мира.

Птица Рух плыла в небе, постепенно опускаясь все ниже и ниже. Солнце отражалось в ужасных и безжалостных глазах птицы. Время от времени по телу птицы пробегала дрожь. Она освобождалась от льда, нарастающего на крыльях и теле. Сверкающие и искрящиеся льдинки уносились вниз, постепенно исчезая в своем долгом падении.

Кин стояла на коленях на стеклянной платформе и следила за фигурками Марко и Сильвер, бредущих по тоннелям подземной исподней диска. Пространственные машины диска были снова приведены в действие.

— Кто займет теперь место Председателя? Может быть, какой-нибудь норвежский рыбак? — гадала про себя Кин. — Будет ли он способен помочь Компьютерам начать долгое-долгое восстановление диска?

Она поднялась на ноги и приказала платформе перенести ее к кольцевой галерее. Поднявшись по истертым ступенькам, Кин вошла в комнату с небольшим экраном связи.

— ПРИВЕТСТВУЕМ ТЕБЯ, — прочитала она надпись на экране.

— Я вам больше не нужна, — сказала Кин. — Я объяснила, как вам отремонтировать себя. На это уйдет довольно много времени, но вы сможете полностью восстановиться, не затрагивая биосфе… о Боже, биополусферу диска. Но дальше так жить вы не сможете, вам необходимо сырье извне.

— МЫ ПОНИМАЕМ ЭТО. ЭНТРОПИЯ ПРОТИВ НАС.

— Вы можете до бесконечности заниматься самопожиранием — уничтожением одних машин, для получения запасных частей для других. Это может продолжаться еще лет сто, но не больше.

— МЫ ЗНАЕМ ЭТО.

— А люди на поверхности? Вы думали о них?

— ОНИ НАШИ ДЕТИ. — Кин, не отрываясь, смотрела на горящие перед ней слова. Затем она сказала как можно мягче:

— Расскажите мне о Джаго Джало. Наверно, вам он показался ниспосланным свыше?

— ДА. К ТОМУ МОМЕНТУ МЫ УЖЕ ПОНИМАЛИ, ЧТО ДИСК ГИБНЕТ. КОГДА ПРИБОРЫ ЗАСЕКЛИ ПОЯВЛЕНИЕ ЕГО КОРАБЛЯ, МЫ ЗАНИМАЛИСЬ МОНТАЖОМ МЕТЕОРИТНОЙ ЛОВУШКИ. ОСТАНОВИТЬ КОРАБЛЬ ДЖАЛО НЕ СОСТАВИЛО ДЛЯ НАС ТРУДА. МЫ ВИДЕЛИ, КАК ОТ БОЛЬШОГО КОРАБЛЯ ОТДЕЛИЛСЯ МАЛЕНЬКИЙ И, ПРОНЗИВ НЕБЕСНЫЙ СВОД, ПОШЕЛ НА ПОСАДКУ. К СОЖАЛЕНИЮ МЫ НЕ УСПЕЛИ ВОВРЕМЯ ВОЙТИ С НИМ В КОНТАКТ. ПОСЛЕДСТВИЯ НАВЕЛИ НАС НА НЕКОТОРЫЕ ПОДОЗРЕНИЯ.

— Но вы позволили ему сесть?

— МЫ НАПРАВЛЯЛИ ЕГО, НО ПРИ ПОСАДКЕ ОН ПРИВЛЕК ВНИМАНИЕ ПТИЦЫ РУХ.

— Рух?

— ДА. ОГРОМНОЙ ПТИЦЫ.