Творцы миров

— Никаких анахронизмов? — спросил Марко. — Так надо понимать?

Демон немного помолчал, прежде чем ответить, как будто прислушивался к внутреннему голосу. При внимательном рассмотрении оказалось, что он слегка расплывается и колеблется, подобно предметам в дымке нагретого воздуха под жарким солнцем.

— НИКАКИХ АНАХРОНИЗМОВ, — ответил он наконец.

— Но человек по имени Джало покинул этот Мир и оказался за две тысячи световых… за много, много миль отсюда, — поправилась Кин. — Каким образом?

— НЕ ЗНАЮ.

— Корабль Джало должен был остаться на сверхвысокой орбите, — сказал Марко. — Мы можем немного подлатать его и переоборудовать, наладить системы жизнеобеспечения и отправиться на нем домой.

— На такой полет уйдет уйма времени.

— Может, и не так уж много.

— А двигатель?

— Тысяча ковров-самолетов, сшитых край к краю.

— Навигация?

— Легче легкого. Нужно только прицелиться в сферу в пятьдесят световых лет с расстояния в сто пятьдесят лет. Нет проблем.

— Остроумно. А что будет с Сильвер?

Марко промолчал.

Взошедшее вскоре солнце имело зеленоватый оттенок.

Они миновали песчаную бурю, пролетев над ней всего в миле. Песчаные вихри бесились среди ферм и городков, подобно адскому снегопаду.

Марко все больше помалкивал, а Сильвер вообще не открывала рта. Она лежала, свернувшись, на ковре и тоскливо смотрела вдаль.

Они промчались над портом, может быть, это была Басра, где на улицах валялись части разбитых кораблей, а море методично уничтожало дома.

Сильвер сказала:

— На горизонте что-то блестит.

Кин показалось, что на пределе зрения она видит яркую точку. Через десять минут она была уже уверена в этом. Сильвер начала бить крупная дрожь.

— Уходи, — приказала она Кин, — а кунгиец пусть придет сюда. С мечом.

— Марко…

— Я слышал. Останови ковер. Ты пересядешь на коня.

— Ты понял, о чем она тебя просит?

— Конечно. Если дела обернутся плохо, я убью ее.

— Как ты можешь говорить такое?

— А почему нет? Лучше мертвый разумный чем живой зверь. Вполне согласен с ней.

— А что потом?

— Я думаю, она перевоплотится в жителя диска. Уж лучше живой человек, чем мертвая шан…

— Прекрати Марко, сейчас же прекрати говорить такое!

Яркая точка впереди превратилась в высокое здание, вросшее в скалы среди черных песков, из которых состоял остров. На берегу Кин заметила остатки нескольких разбитых кораблей, полузасыпанных песком.

Они сделали несколько кругов вокруг острова, первый раз в миле от берега, потом все ближе и ближе. Кин увидела, что с неба опускается черный смерч и упирается основанием в здание.

— Вот оно, — сказала Кин. — Марко, я иду туда.

Вместо ответа она услышала сдавленный хрип. Кин повернулась в седле в сторону ковра.

В нескольких десятках метров от нее Сильвер, стоя во весь рост, с ревом сдавливала в объятиях Марко. Мех на ее руке, отразившей удар меча, окрасился оранжевым. Повиснув в воздухе, Марко сжимал тремя руками горло шандийки. Картину довершал меч, суетливо танцующий в воздухе вокруг сцепившихся фигур, не зная, кого ударить первым.

Ковер медленно плыл вдоль берега. Кин заметила перекошенное дикое лицо Сильвер с залитым слюной ртом.

Кин схватила лампу. В воздухе материализовался Азрифел и сразу с интересом принялся следить за схваткой.

— Разними их! — приказала Кин.

— НЕТ. — Марко как-то сумел освободиться из объятий Сильвер, поймал ее руку в три свои и перебросил шандийку через плечо. Его ноги сработали как пружины. Сильвер перелетела через край ковра.

Но вниз она не упала, а повисла под невообразимым углом в защитном поле ковра, урча и барахтаясь в воздухе.

— Нет?

— Я НЕ МОГУ ПРИБЛИЖАТЬСЯ К ЗДАНИЮ.

— У меня твоя лампа, демон.

— МНЕ КАЖЕТСЯ, ЧТО ТЕПЕРЬ ОНА БЕСПОЛЕЗНА.

Кин увидела как Марко поднял меч для последнего, завершающего удара и победно завопил. Сильвер, резко распрямившись в защитном поле, как ядро метнулась ему на встречу.

Шандийка, кунгиец и ковер исчезли. Кин уставилась в пустое пространство. Внизу грохотало море. Вокруг нее не было ничего, кроме воды, неба, сверкающего здания и висящего в воздухе, ухмыляющегося демона с лошадиным лицом. Наконец Кин спросила:

— Демон, что будет если я брошу лампу в море? Говори правду.

— МОЖЕТ, РЫБА ИЛИ КРАБ СЛУЧАЙНО ЗАДЕНУТ ЕЕ. ИХ ЖЕЛАНИЯ ПРОСТЫ И ЛЕГКО ИСПОЛНИМЫ.

— Что стало с ковром?

— ОН ИСЧЕЗ? — спросил демон как-то неуверенно.

— Да. Но почему?

— ВСЕ, ЧТО ПРИБЛИЖАЕТСЯ К ЗДАНИЮ В ЦЕНТРЕ МИРА НА НЕПОЗВОЛИТЕЛЬНОЕ РАССТОЯНИЕ, ИСЧЕЗАЕТ.

— Ты не сказал нам это.

— Вы не спрашивали меня.

— Куда они делись?

— КУДА? ОНИ ПРОСТО ИСЧЕЗЛИ. ЭТО ВСЕ, ЧТО МНЕ ИЗВЕСТНО.

— Скоро ты узнаешь больше, — сказала Кин. Она засунула лампу обратно в карман и направила коня вперед, к зданию. Азрифел застонал. Немного погодя Кин исчезла.

Она очнулась в пространстве, усеянном рубинами. Пошарив рукой вокруг себя, Кин поняла, что лежит на полу из гладкого металла. Некое неведомое, древнее, шестое чувство подсказало ей, что она находится внутри чего-то. Зала. Или камеры.

Вокруг нее сияли миллионы круглых красных огоньков, имеющих вид маленьких шариков. Они были повсюду, собирались в сложные созвездия, взбирались по стенам высотой в десятки метров и сливались в сплошное красное сияние под потолком. Их оттенки мгновенно менялись, но все время оставались в рамках тревожно-красного.

Кин повернулась на бок.

Ее движение вызвало оживление среди огоньков.

Большая их часть начала стекать по стенам и собираться вокруг нее. Кин встала и топнула ногой об пол. Проба на прочность. «Проба» — это уже кое-что, и она уцепилась за это слово. Будь рациональной. Не сходи с ума.

Кин считала, что была готова ко всему. Роботам, лазерам, длинноголовым хозяевам диска в серебряных одеждах или разумным слизнякам — ко всему. Но не к этим огонькам. Создавалось такое впечатление, что они светят только для себя.

— Заберите меня отсюда, — взмолилась она.

Вспышка. Она стоит в полукруглом коридоре, и ее ноздри ощущают запах горячего металла, озона и машинного масла. Яркие светильники на потолке заливали все вокруг режущим глаза светом. Трубы и кабели змеились вдоль стен, пол был устлан рядами рельсов. Слышалось отдаленное гудение и удары, пространство вокруг было наполнено электрическим гудением.

Кин выбрала направление и пошла, старательно избегая всего, выглядящего как электрооборудование.

— Ну что же, — сказала она себе. — Какое-никакое, а все-таки занятие. Я среди шестеренок этого Мира. Но все выглядит совсем не так. Технология кажется слишком древней и простой. О! И в самом деле шестеренки! Боже ты мой!

Она миновала ответвление тоннеля в виде низкого алькова. Неожиданно за ее спиной что-то передвинулось. Кин машинально начала искать глазами укрытие, но потом подумала:

— А какого черта?

Это был робот, довольно высокий и имеющий самую классическую форму всех роботов — кубическую. Остановившись напротив углубления в стене тоннеля, он поднял манипулятор с зажатым в нем инструментом. Через несколько секунд он снял и положил на пол квадратную дверцу.

С едва слышным жужжанием механическая рука снова пришла в движение. Манипулятор изъял из отверстия в стене небольшой предмет, Кин не успела разглядеть, что это было, и положил его в специально укрепленную сбоку корпуса емкость. В передней части робота выдвинулся небольшой ящичек. В этот раз Кин удалось рассмотреть его содержимое — детали, аккуратно разложенные на мягкой подстилке на дне. Механическая рука на секунду зависла над ящичком, будто раздумывая, затем неуловимым движение подхватила одну из деталей и перенесла ее в отверстие в стене.

Пока робот был занят свои делом, Кин тихонько подкралась поближе, наклонилась вперед и взяла один из предметов из ящика. Он был размером с яйцо. Один из его концов был усеян многочисленными булавочными ножками, а внутри виднелось переплетение проводков, трубочек и пластинок.