Страница 78 из 97
Она бежала к переулку, в котором исчез маленький человек, и Мириам, тяжело оттолкнувшись от земли разбитым локтем, кинулась вслед за ней, не дожидаясь, пока гвардейцы придут в себя.
Би исчезла из виду почти сразу, после первого же поворота, когда и без того узкая улочка сузилась еще больше, превращаясь в кишку из желтого кирпича. Сквозь заросли винограда на балконах почти не проникал свет… Зацепив стену плечом, оттолкнувшись от нее и чуть не упав, Мириам вылетела на другую улицу, пошире, снова споткнулась, поймала краем глаза движение под низкой аркой и бросилась туда. Улица здесь раздваивалась, застывший в воздухе пыльный след неопровержимо указывал направо… По сторонам мелькали маленькие окошки с желтыми стеклами, арки, ведущие на соседние улицы, металлические колонны, сплошь увитые сухими виноградными побегами, и изумленные лица горожан. Почувствовав, как мало становится воздуха в груди, Мириам побежала еще быстрее.
Ее хватило еще на пару кварталов, пока легкие окончательно не заполнились жидким огнем, заставив перейти на шаг. Би все так же не было видно, и поэтому она просто пошла вперед, тяжело дыша, руководствуясь едва видимыми следами — царапинами на стенах, выбоинами на мостовой и сорванными виноградными лозами. Улицы в этой части города превращались в настоящий лабиринт, в сплетение узеньких коридоров, пропускающих сверху тонкие лучи света, обильно перемешанного с пылью и запахами города… В какой-то момент она поняла, что окончательно заблудилась, а следы, по которым она идет, могут существовать исключительно в ее воображении. Она остановилась и тут же закашлялась — в груди сжался тугой проволочный клубок, стены переулка словно сдвигались с каждым вдохом, но нужно было идти дальше: какое-то смутное ощущение подсказывало ей, что Би недавно была здесь, как если бы сами окружающие дома запомнили ее движение, запомнили нечто молниеподобное, стремительное, целеустремленное, металлическое…
След заканчивался в тупике, в крошечной забегаловке, укрытой полотняным навесом, с низким длинным столом и скамьями возле него, за которыми, в нише стены, исходила паром небольшая полевая кухня. Было непривычно тихо, словно это место находилось не в центре Хокса… Би стояла чуть в стороне от стола, за которым друг против друга сидели два человека: один ел суп, а второй — видимо, хозяин заведения — сосредоточенно читал электронную книгу.
Мириам подошла к столу, присела на краешек скамьи и снова закашлялась. Сидящий на той же скамье человек, которого она приняла было за старика из-за длинных и совершенно седых волос, отложил ложку.
— Конечно, он пробежал здесь, — сказал он, как-то странно выговаривая слова — Его трудно не заметить… как и тебя.
Он повернулся, сев верхом на скамью, и Мириам с трудом подавила в себе желание вскочить. Половина его лица с бледной, как у Би, кожей, скрытая от нее до этого, выглядела как разбитое металлическое зеркало — куски металла покрывали ее в беспорядке, разделяясь сложной сетью трещин, словно кто-то разбил щиток шлема, да так и оставил, намертво приварив обломки к плоти.
— Куда? — резко спросила Би.
— Вниз. Он всегда возвращается, в этот город внутри города, который стражи называют Ямой, — странный говор незнакомца стал еще более явным. Чем больше Мириам вглядывалась в его лицо, тем более знакомым оно ей казалось. Она уже видела этого человека, только никак не могла припомнить, когда и где.
— Давно?
— Достаточно, чтобы ты не смогла догнать его. Он долго изучал эти места и готовился драться здесь… умно. Он умеет строить планы, в этом ему не откажешь.
— Ты его знаешь?
— Я видел всего лишь испуганного человека с печатью Паука и путаницей замыслов. Знаю ли я его? Нет, — незнакомец придвинулся ближе, заставив Мириам вздрогнуть. — А теперь ты спросишь меня, кто я. Верно?
Рука Би упала на кобуру.
— Нет, я спрошу о печати Паука, это важнее…
— Внешность обманчива, — беловолосый чуть заметно улыбнулся, глядя прямо на Мириам, — но его печать… она предельно конкретна.
— Он рейдер?
— И не из последних. Хорошо знает этот город.
— Он здесь не один?
— Наверняка, — незнакомец все так же пристально рассматривал Мириам. — Но если ты не хочешь спрашивать, то спрошу я — кто вы?
— Мы?
— Кто ты, Ребекка Ли? Что скрыто в тебе? Я вижу то, что дремлет в твоей подруге, но ты… Он не зря боялся, этот умный убийца. С каждым твоим вопросом, с каждым словом я все яснее вижу это… Как в одном человеке может быть столько пламени, скажи мне, Ребекка Ли?
— Еще один пострадавший в пустыне… — задумчиво сказала Би.
Беловолосый рассмеялся:
— К тебе это относится в большей степени, не так ли, Ребекка? Не твой ли след тянется от самого Эрга?
— Откуда ты меня знаешь?
— Если бы я знал тебя, разве я задавал бы вопросы? Я просто смотрю на тебя, как смотрят на огонь… или на тебя, — беловолосый протянул руку и очень осторожно дотронулся до лба Мириам, — как на прекрасный сон.
Мир вокруг потемнел.
Переулок перевернулся, и Мириам взглянула на мгновенно почерневшее небо, словно из глубокого колодца. Цвета смешались, и среди темных облачных лоскутов светлой полосой проступила рука Би с оружием.
— Что ты с ней сделал?!
— Я… похоже, случайно разбудил ее. Не бойся, это не повредит ей…
— Отойди от нее!
— Хорошо, — беловолосый встал. Мириам ухватилась за край скамьи и села. Цвета понемногу возвращались, их становилось все больше… как если бы вместо солнца в переулке одна за другой зажигались цветные лампы.