Страница 73 из 97
Степень близости к Верхнему городу можно было определить по ширине улицы, Мириам уже успела выделить эту закономерность — чем ближе к вершине, тем выше становились дома, все больше мостиков пересекали улицы наверху, перепрыгивая с крыши на крышу, и дальше выступали из фасадов балконы, закрывающие солнечный свет, однако понять, какая из улиц может вывести к церкви, было просто невозможно, и Мириам оставалось только идти за Би, у которой, похоже, был какой-то другой, неизвестный ей способ искать дорогу.
Улицы, расположенные между холмами в низине, напоминали муравейник. В глубокой тени, отбрасываемой зданиями Верхнего города и многочисленными мостиками, и надстройками на беспорядочно стоящих домах, двигалось множество людей — тоже горожане, но одетые непривычно бедно. Мириам, уже привыкшей к ярким вывескам и высоким строениям, казалось странным наблюдать заколоченные досками узкие проемы окон, деревянные двери, подпертые металлическими костылями, а главное — хмурых и грязных жителей. Никто здесь не оборачивался вслед Би, наоборот, встречные сразу опускали глаза или отводили взгляд.
— Идем быстрее, — тихо сказала Би, и Мириам даже не спросила, почему. И так все было ясно.
На этих улицах, погруженных в тень, им не встретился ни один гвардейский патруль, лишь кое-где под неразборчивыми вывесками, обозначавшими входы в неопрятного вида заведения, караулили наемники — не Молоты, но другие бандиты, еще более бедно одетые. Мириам даже разглядела их нашивки, черные с белым, но что именно они изображают, не поняла.
Несколько раз у Би пытались просить милостыню нищие жуткого вида — женщина с ребенком в грязных тряпках, похожим на обугленную головешку, мужчина с ожогом или опухолью на пол-лица — но она не обращала на них ни малейшего внимания и шла дальше. Следуя ее примеру, Мириам распахнула плащ, демонстрируя всем встречным свою новую кобуру, и это как будто сработало, по крайней мере, преградить им путь никто не пытался, а группа мужчин подозрительного вида, вышедших было из подворотни навстречу, неожиданно остановилась; посовещавшись, их пропустили мимо.
— Если есть Верхний город, — сказала Би, — то есть и Нижний. Вот так он выглядит.
Насколько могла судить Мириам, эта беднейшая часть города занимала большую часть низины между холмами Хокса. Из-за неправильной планировки улиц сюда практически не проникало солнце, от этого здания из древнего бетона выглядели еще мрачнее. Вдобавок этот район отличала вонь — в некоторых местах просто невыносимая, исходящая из разрушенных коллекторов и из подворотен. Местные ее, похоже, просто не замечали.
А еще здесь, оказалось, были собственные ворота под стать всему остальному — невысокое заграждение из металлических щитов, охраняемое четверкой гвардейцев. Они внимательно осматривали проходящих, и вдруг на глазах у Мириам остановили одного из них (за что, она так и не поняла: они с Би были еще слишком далеко от ворот и не могли рассмотреть детали). Жителя Нижнего города оттолкнули от ворот, а когда он попытался возразить, гвардеец ударил его игольником по голове, сбив с ног.
— За что его? — спросила Би, поравнявшись с гвардейцами. Тот, который ударил человека, такой же неопрятный и грязный, как и все жители этой части города, но в бронежилете и наплечнике, смерил ее усталым взглядом и отвернулся. Ответил другой гвардеец — видимо, старший:
— Нищий, миз, — уважительное обращение он произнес с некоторой задержкой, словно что-то припоминая, — видимо, слухи распространялись по городу действительно быстро.
— Нищим туда нельзя?
— Их и здесь достаточно.
Би кивнула и прошла мимо. Мириам посмотрела на человека, все еще копошащегося в пыли, — он не выглядел более грязным, чем большинство других жителей этого места, но теперь его лоб украшал огромный кровоподтек.
— Яма, — сказал старший гвардеец, встретившись с ней глазами, — она яма и есть.
Улица за заграждением гораздо больше походила на те, которые Мириам приходилось видеть до сих пор. Поднимаясь на второй холм, она поворачивала между большими домами из красного или желтого кирпича и широкими бетонными основаниями ветряных генераторов, с десяток которых — не меньше — размещался на этом холме. Дорога к церкви оказалась не очень длинной, хотя и запутанной — эта часть города, похоже, строилась по совсем другому принципу, и многочисленные улицы не сходились на вершине холма, а наоборот, петляли и пересекались на его склонах под совершенно невозможными углами. Здесь почти не оказалось ярких вывесок, и девушки в ярких платьях не выстраивались на углах — в большинстве домов располагались мастерские, откуда слышался шум машин, а на улицах пахло деревом, краской и горячим металлом. Прохожие, одетые просто, но чисто, спешили куда-то по своим делам, а некоторые дома даже охранялись гвардейцами — Мириам не заметила здесь ни одного наемника, по крайней мере их черные безрукавки больше не бросались в глаза.
Церковь возвышалась в начале улицы — такой широкой, что Мириам сперва приняла ее за площадь. В большую улицу вливался десяток улочек поменьше, застроенных одинаковыми зданиями с серыми бетонными фасадами и узкими окнами, самое большое из которых, обрамленное острыми выступами на стенах, делающими его похожим на переднюю часть боевого кара, венчало улицу сверху, возвышаясь над мостовой на четыре этажа.
— Это магистрат? — спросила Би, кивнув на него.
— Наверное, — ответила Мириам. — Я в этой части города никогда не была.
Посередине широкая улица разделялась рядом скамей из красного кирпича, и среди них Мириам с некоторым облегчением снова увидела яркие краски — бело-красные зонты кафе, под которыми за легкими деревянными столиками сидели почему-то в основном гвардейцы.