Страница 5 из 67
В семьсот девятом году Анна была выдана замуж за герцога Курляндии, правда, на следующий день после свадьбы став вдовой. Семидесятилетний супруг, пожелав во всем соответствовать русской супруге, во время свадебного пиршества переусердствовал с водкой и на следующее утро помер из-за такого излишества. Старшую же Катерину, которой недавно исполнилось двадцать четыре года, было решено отдать замуж за герцога Мекленбурга, чье небольшое герцогство лежало на побережье Балтийского моря, между Померанией, Бранденбургом и Гольдштейном.
Герцог Мекленбург-Шверина, Карл-Леопольд,[16] в глазах великого северного правителя Петра Алексеевича хотел выглядеть отменным германским правителем, по-немецки практичным и обстоятельным. Он уже давно прислал обручальное кольцо и официальное письмо с предложением руки и сердца любой из дочерей Ивана Алексеевича. Герцог считал, что поступил очень галантно, оставив в письме пропущенным место, куда русские сами могли бы вписать имя любой из этих двух девушек на выданье.
Не повышая голоса, Макаров говорил о том, что герцог Карл-Леопольд в глазах своих соседей и подданных был настоящим шутом гороховым. Он был совершенно невоспитанным человеком, наглецом и хамом по своей натуре, полным невеждой и отвратительным правителем. Народ герцогства его ненавидел, а с дворянами он настолько испортил отношения, что те начали поговаривать об его насильственном устранении с престола и изгнании. Именно поэтому Карл-Леопольд, чтобы выжить, сильно нуждался в покровительстве европейского государя, сильного мира сего. Случилось так, что в тот момент совпали интересы двух столь разных сторон. Россия, которая все еще продолжала военные действия со своим северным соседом Швецией, срочно нуждалась в базе для размещения войск и в порте для флота в Южной Европе, чтобы блокировать Швецию. Тут под руку этой великой стране попадается этот паршивый немецкий герцог, который в своем герцогстве имел и то и другое.
Когда Карл-Леопольд едва только услышал о благих намерениях русского царя выдать за него одну из своих царевен, то он обеими руками ухватился за уникальный шанс удержаться у власти в своем герцогстве. На сегодняшний день проблема на три четверти разрешена, Катерина отобрана в качестве невесты этого немецкого герцога, договор с герцогством Мекленбург о размещении русских войск на его территории и об использовании гаваней герцогства русским флотом словами начертан и Петром Алексеевичем одобрен. Оставалось только сыграть свадьбу Карла-Леопольда и Катерины, подписать договор о дружбе, подготовить и направить в герцогство Мекленбург-Шверин русский экспедиционный корпус.
В этом месте Алексей Васильевич сделал короткую паузу, внимательно наблюдая за спиной Петра Алексеевича, ожидая замечания или дополнения своим словам. Он государю только доложил тайную информацию, которая была собрана его европейской агентурой. Ни один человек во дворце не знал и не ведал о том, что этот незаметный царский чиновник, подьячий Алексей Макаров, помимо секретарских дел занимается добычей и хранением такой тайной информации. О его деятельности в этой области знали только государь Петр Алексеевич и князь-кесарь Федор Юрьевич Ромодановский.[17]
Но государь продолжал увлеченно работать на токарном станке, не выказывая ответной реакции на слова своего придворного секретаря. Макаров легонько перевел дух, только что этим своим «невниманием» государь Петр Алексеевич подтвердил, что придворный секретарь Алексей Макаров правильно проработал этот вопрос.
Далее Алексею Макарову предстояло затронуть другой очень важный вопрос о стратегическом союзничестве России в Северной войне, чтобы войну завершить наискорейшим образом.
Не меняя высоты звучания голоса, Алексей Васильевич заговорил о том, что к этому году положение России в Европе качественно изменилось. До недавнего времени европейские державы к этой стране относились как к бедному родственнику с тяжелым боярским прошлым. Сегодня Россия поднялась на ноги и, пойдя по пути превращения в великую державу, начала на равных строить отношения с европейскими государствами. Первым шагом на пути из патриархально-нищенского прошлого стало направление великого русского посольства в страны Европы, в ходе которого русские учились современным ремеслам и наукам. Именно в те годы Россия вступила в антишведские союзнические отношения с Данией, Речью Посполитой, Саксонией, обязавшись начать войну со своим в то время великим северным соседом, Швецией.
В этот момент Алексей Васильевич обратил внимание на то, что Петр Алексеевич стал меньше уделять внимания работе на токарном станке, начал более прислушиваться к его словам.
А он продолжал говорить о том, что во времена своей первой европейской поездки государь Московского царства Петр Алексеевич, определяя стратегического партнера русской державы, сделал ставку на русско-английские отношения. Он полагал, а в этом его уверяли и сами англичане, что развитие подобных отношений всенепременно приведет к заключению торгового и политического соглашения России с Англией. Однако договор и по настоящее время не подписан, переговоры по нему даже не начинались. Несмотря на то что русский государь сохранил свое искреннее желание подписать с Англией такой дружеский договор, то со стороны англичан наблюдается другая, противоположного толка картина.
Что же такого за это время произошло с владычицей морей, почему англичане изменили своим первоначальным намерениям?
Вывод напрашивался сам собой, англичане испугались стремительного развития, прогресса и возвышения России, ее превращения в великую державу и той роли лидера, которую Россия начинает играть в Европе. Англия со своего острова самым внимательным образом наблюдала за ходом Северной войны, всеми силами, дипломатическими и разведывательными, стараясь не допустить усиления любой из сторон этого противоборства, оставляя за собой право третейского арбитра или главной европейской державы.
Англичане сумели моментально разобраться в сути того, что произошло между шведами и русскими под Полтавой. Рассматривая Полтавское сражение как стратегический перелом военных действий в сторону одной из участниц конфликта, они пришли к выводу, что в этом сражении победила Россия. С этого времени Англия начала предпринимать дипломатические шаги и проводить скрытые операции своей агентуры, направленные на ослабление позиций России. Иными словами, доселе «дружественные англичане» начали вставлять палки в колеса российского политического и военного прогресса. Сохраняя улыбки и дружеское снисходительное похлопывание по плечу, продолжали с русскими дипломатами пустые разговоры о мире и о дружбе.
Алексей Макаров сделал короткую паузу и продолжил излагать Петру Алексеевичу свое понимание политической ситуации в Европе, стараясь особо не углубляться в рассказ об имевших уже место событиях, которые Петр Алексеевич наверняка хорошо помнил. Государь Петр Алексеевич также продолжал хранить молчание, работая на токарном станке. Обычно государь в разговорах с Алешкой много балагурил, делал едкие и критические замечания, высказывал личное мнение, а сейчас за время разговора он еще не соизволил произнести ни единого слова. Это было несколько странновато и на обычное поведение государя совершенно не походило.
Нутром Алексей Васильевич чувствовал, что высказываемые им вслух мысли затронули важные государственные проблемы, которые сильно беспокоили государя Петра Алексеевича. И что все то, о чем он говорил, в определенной мере совпадало с потаенными мыслями Петра Алексеевича по данной тематике. А сейчас очень походило на то, что государь с внутренним нетерпением ожидал продолжения рассказа, а также выводов и умозаключений Алешки, чтобы свериться со своими мыслями, выводами и предложениями по этому поводу.
Ярким свидетельством не очень-то приятельского поведения англичан по отношению к России, по мнению Алешки Макарова, стал один факт. В октябре сего года была подписана союзническая антишведская конвенция в Грейфсвальде. Со стороны англичан конвенцию подписал ганноверский курфюрст Георг I,[18] который к тому времени уже стал английским королем. Смысл конвенции заключался во взаимных гарантиях сторон территориальных приобретений Россией Ингрии, Карелии, Эстляндии, а государством Ганновер — герцогств Бремен и Верден. Как выяснила русская европейская агентура Алешки Макарова, как только оба герцогства вошли в состав курфюршества Ганновер, то английский парламент категорически отказался ратифицировать конвенцию. Таким образом, Англия запретила Ганноверу исполнять союзнические обязательства в рамках этой союзнической конвенции, косвенным образом отказываясь от идеи вступления в политические отношения с Россией. Практически отказав ей в признании ее завоеваний в шведской войне, тем самым она нанесла великой российской державе смертельную обиду и оскорбление.
16
Герцог Карл-Леопольд Мекленбург-Шверинский (26 ноября 1678 — 28 ноября 1747) — правящий герцог Мекленбург-Шверина с 1713 года. Супруг Екатерины Иоанновны и отец Анны Леопольдовны.
17
Фёдор Юрьевич Ромодановский (ок. 1640 — 17 сентября (28 сентября) 1717) — князь, русский государственный деятель. Приближённый Петра I с середины 1680-х. В 1686–1717 глава Преображенского приказа розыскных дел, кроме того, руководил Сибирским и Аптекарским приказами. Первым в России из рук государя получил высший чин, стоявший вне системы офицерских чинов, — генералиссимус.
18
Георг I (28 мая 1660 — 11 июня 1727) — король Великобритании с 1 августа 1714 года, первый представитель Ганноверской династии на королевском троне Великобритании.