Страница 7 из 14
— Итак, на чём я остановился? — продолжил мистер Роуэн-Уэбб. — Ах да, комнаты. Я отвёл для вас три комнаты в западном крыле замка. По небольшой отдельной комнате каждой из вас, мисс Кэкл и мисс Хардбрум, и большая общая спальня для девочек. Боюсь, что в этой спальне вы найдете только раскладушки, матрасы и спальные мешки, и не все из них так уж пригодны для спанья. Дело в том, что у меня только две более-менее нормальные гостевые комнаты, с настоящими кроватями, и, конечно же, там должны спать учителя. Но ничего в этом есть определённая прелесть, особенно на каникулах, вы согласны? Я должен буду отлучиться на недельку, но я вернусь в последний день вашего пребывания здесь. Я всё ещё отдаю визиты своим родственникам и друзьям, которых не видел много десятков лет из-за своего заточения в пруду академии. Так что я обещал своей тётушке Этельбурге, что погощу у неё несколько дней. Что же ещё я должен вам сказать? Ах да, там, возле пляжа, стоит лодка, но я думаю, вам будет лучше на ней не плавать — вокруг в море очень много подводных камней. У вас есть ещё какие-нибудь вопросы ко мне, прежде чем вы пойдёте устраиваться на новом месте?
Никто не осмелился произнести ни слова.
— Ну что же вы, девочки? — подбодрила их мисс Хардбрум. — Не стесняйтесь. Наверняка есть что-то, что вы хотели бы узнать.
Этель подняла руку.
— Я хотела спросить, мистер Роуэн-Уэбб, — сказала она. — Мне интересно, существуют ли какие-нибудь истории или легенды про пещеры и пиратов, связанные с замком и его окрестностями.
— Я слышал только одну, — ответил волшебник. — Тут есть такая странная скала, похожая на голову кошки. Она видна в море прямо напротив пляжа. Местная легенда гласит, что однажды некий моряк потерпел здесь кораблекрушение и спасся, выбравшись на эту скалу. С собой у него был сундук, полный золота и драгоценностей. Он спрятал этот сундук в укрытии на скале и, когда море успокоилось, доплыл до берега. Но вернувшись потом на лодке, чтобы забрать сундук, он не смог его отыскать. Говорят, что сундук до сих пор где-то там, на этой скале. Я должен заметить, что было бы весьма кстати его найти, и мне бы очень пригодились деньги для кое-какого ремонта в замке. Но туда так трудно добраться на лодке, со всеми этими камнями и течениями, что никто никогда не пытался как следует поискать сокровище. Тем более, что вся эта история, скорее всего, чистая выдумка. Ещё вопросы?
Все промолчали.
— Ну хорошо, — сказал мистер Роуэн-Уэбб. — Тогда, раз вы уже согрелись, позвольте мне показать вам ваши комнаты.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Комната производила ещё более удручающее впечатление, чем замок и пляж. Когда девочек наконец отвели туда распаковывать вещи, они просто застыли в ужасе.
Вдоль двух стен комнаты проходил ряд незастеклённых окон, из-за чего она напоминала аэродинамическую трубу. Вдоль двух других стен протянулся ряд спальных мест. Их хватало на всех, но, как и предупреждал волшебник, это была довольно убогая коллекция раскладушек, поеденных молью матрасов, разрозненных диванных подушек и древних, свалявшихся, сплющенных от времени одеял. Те спальные места, которые находились недалеко, от окон, были насквозь мокрыми от залетающих в комнату капель дождя.
Этель вихрем кинулась к единственной приличной кровати с матрасом, стоящей в самой середине ряда, и плюхнула на нее свои пожитки.
— Чур, эта будет моя! — заявила она. — Ну и убожище. Спасибо тебе за отличный отдых, Милдред Хаббл. Вот уж весельице выдалось. Ну, по крайней мере, после целой недели в этом сарае академия покажется нам настоящим раем.
Милдред ничего не ответила, потому что, как и все остальные, была занята выбором спального места.
— Иди сюда, Мил! — позвала её Инид, которой досталось нечто, напоминающее старую больничную каталку. Вот тут, рядом со мной, есть раскладушка с двумя одеялами!
— Больше нету! — отозвалась Друзилла, подруга Этель, которая оттолкнула Милдред в сторону и швырнула свои вещи на раскладушку с такой силой, что та обрушилась на пол.
Милдред обнаружила, что свободным осталось одно-единственное спальное место — худшее из всех — плетёный войлочный мат с мутного цвета спальным мешком, лежащий прямо под окном.
— Спасибо, что хотела мне помочь, Инид, — сказала она, пристроив свой чемодан и метлу возле стенки и усевшись на мате с прижатой к груди кошачьей корзинкой.
Все остальные ученицы второго класса деловито выпускали из корзин своих питомцев, чтобы те могли поразмяться после заточения. Внезапно вся спальня оказалась заполнена чёрными кошками, которые мяукали, выгибали спины и тёрлись о ноги своих хозяек.
— Ты что, не собираешься дать Мраку хоть немного поразмяться? — спросила Мод, гладя свою кошку Полночь. Она расположилась в четырёх кроватях от Милдред.
Милдред поднялась на ноги.
— Ну… Э-ээ… я думаю, мне надо сначала отнести его к мисс Хардбрум, сказала она. — На всякий случай, вдруг он и правда заболел после всех этих криков по пути сюда.
И прежде чем кто-нибудь успел сказать ей ещё хоть слово, она схватила корзинку и выбежала из комнаты.
Оказавшись снаружи, она остановилась в тёмном коридоре и стала судорожно соображать, что же ей делать с Полосатиком теперь, когда их всех запихали в общую спальню. Если только Этель, или Друзилла, или кто-нибудь, кроме Мод и Инид, обнаружит, что она обманула учителей и при везла с собой Полосатика, её ждут серьёзные неприятности.
Случайно выглянув из окна, она увидела, что далеко внизу, на пляже, на волнах качается лодка, привязанная к небольшому волнолому. Тут же, как будто луч солнца, проникающий через завесу туч, ей в голову пришла новая мысль.
— Пошли, Полосатый, — прошептала она. — Тебе это совсем не понравится, но никакого другого выхода у нас нет.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Мод пришла вместе со своей кошкой к тележке Инид и присела рядом с подружкой. Инид повернулась к ней, оторвавшись от сортировки серых носков и пижам.
— Милдред явно что-то затевает, мрачно сказала Мод. — Я точно знаю.
— Лучше бы она сказала нам, в чём дело, — сердито отозвалась Инид. — Она уже давно такая странная — рассеянная и как будто всё время где-то витает.
Этель, которая подслушивала их разговор, разразилась громким смехом.
— Ну вы даёте! — заявила она. — Мод, ты, конечно, меня прости, но Милдред Хаббл всегда рассеянная и всегда где-то витает. На вашем месте я бы заволновалась, если бы она вдруг стала сосредоточенной и начала получать пятёрки по всем предметам.
— Прекрати, Этель, — рассердилась Мод. — Ничего удивительного, что Милдред стала такой, когда ты и тебе подобные всё время дразните и обижаете её. И в любом случае, нельзя подслушивать чужие разговоры. Это просто отвратительно. Пошли, Инид, уйдем отсюда подальше, чтобы нас никто не слышал.
Если бы они в этот момент выглянули в окно, то увидели бы, как Милдред со своей кошачьей корзинкой осторожно спускается на пляж по тропинке, вырубленной в скале.
Сильный дождь сменился противной мелкой моросью, от которой вся одежда и волосы Милдред мгновенно покрылись сеткой маленьких капель. Ветер тоже поутих, и это сделало спуск гораздо менее страшным, чем ожидала Милдред, хотя деревянные перила оказались прогнившими во многих местах, а каменные ступеньки были очень скользкими от дождя и морских брызг.
Она не могла не радоваться, что ей удалось добраться до каменистого пляжа в целости и сохранности, но мрачный вид волн, без устали накатывающих на берег и разбивающихся о камни в брызжущую пену, так напугал Милдред, что её сердце забилось так же сильно, как сами волны.
Сам пляж надёжно укрывали от ветра окружающие его высокие скалы, но было видно, что чуть подальше море сильно волнуется, как будто где-то в глубине живёт и дышит гигантское чудовище. На горизонте торчала причудливая скала Кошачья Голова, и волны, нахлёстывая, покрывали её едва ли не целиком, а потом, схлынув, оставляли следы белой пены.