Страница 33 из 75
Если только он не разговаривал с Магнусом.
Они отошли от остальных в их классе, который состоял из четырех команд по два человека и преподавателя, который был склонен болтаться без дела во время их тренировок, позволяя им тренироваться без наблюдения.
— Годы ничуть тебя не изменили, — сказал Андреас. — Я до сих пор помню тот набор крашеных деревянных брусков, из-за которых мы дрались, когда нам было по пять лет. Думаю, ты их в окно выбросил, чтобы они мне не достались.
— Никогда не любил делиться игрушками.
— Ни с кем, кроме сестры.
— Она — исключение.
— Это верно. Очень красивое исключение, — Андреас бросил задумчивый взгляд в сторону чёрного гранитного замка, вытянувшегося высоко в синее небо. — Как думаешь, Принцесса Люсия придёт посмотреть на нашу тренировку, как она делала это в последнее время?
— Вряд ли.
Плохое настроение Магнуса стало ещё хуже. Не только сам Андреас проявлял интерес к Люсии, но именно он был тем молодым человеком, о котором неоднократно упоминала Королева Альтея как о неплохой партии. Семья Пселлос была богата, отец Андреаса был одним из советников короля. Их большой особняк, который стоял лишь в нескольких милях от дворца, был самым лучшим на западном побережье Лимероса.
Мысль, что Люсия может быть помолвлена с этим золотым мальчиком с его легковесной улыбкой, заставила растечься по жилам Магнуса холодный яд.
Андреас фыркнул:
— Тогда поехали. Я не буду себя сдерживать, если и ты не будешь.
— Справедливо.
Когда их деревянные мечи столкнулись, Магнус постарался сосредоточиться на фехтовании и больше не отвлекаться.
Андреас поджал губы:
— Я слышал, ты отвадил Микола Трикаса, когда он проявил интерес к твоей сестре.
— Слышал? — равнодушно сказал Магнус. — Ты обиделся за него?
— Напротив. Он не для неё. Он какой-то пресный и трусливый, прячется за юбку матери, когда возникает любое противостояние. Он не достоин, проводить время с Принцессой Люсией.
— Наконец-то, мы хоть в чём-то согласны. Как прелестно.
— Однако ты поймёшь, что меня не настолько легко отговорить, по сравнению с ним, — их мечи встретились и застыли, взгляд Андреаса стал ледяным. Все мышцы Магнуса горели от его желания выстоять и не позволить сопернику победить. — Тебе не запугать меня.
— Я и не пытаюсь.
— Ты прогоняешь всех поклонников Люсии, словно во всём Лимеросе никто не достоин её драгоценного времени и внимания.
Магнус бросил взгляд на Андреаса:
— Ни один.
— За исключением тебя, конечно, — глаза Андреаса сузились. — Мне кажется, что внимание, которое ты уделяешь своей сестре, если сравнивать с любой другой девушкой... необычно.
Магнус похолодел.
— Тебе просто показалось.
— Возможно. Но помни, Принц Магнус, когда я чего-то хочу, я это получаю. И неважно, какие передо мной препятствия.
Магнус взглянул в сторону замка.
— Похоже, я был неправ. Люсия идёт, чтобы посмотреть на нашу битву.
Когда Андреас отвлёкся от Магнуса, тот нанёс удар. Он выбил деревянный меч из рук Андреаса, а потом повалил молодого человека на землю, куда тот упал на спину, оглушено глядя вверх.
Магнус нажал тупым концом меча на горло Андреаса достаточно сильно, чтобы остался синяк.
— Вообще-то, Люсия сейчас на занятиях по вышиванию и не сможет поговорить с тобой до тех пор, пока... ну, я уверен, что когда-нибудь поговорит. Я передам ей твои наилучшие пожелания.
Урок был окончен, он отбросил в сторону свой меч и отвернулся от молодого человека, все ещё лежащего на земле, чтобы вернуться в замок.
Некоторые победы не такие сладкие, какими должны быть.
Мысль о том, что кто-то, особенно, такой как Андреас, мог догадаться о запретных чувствах Магнуса к его младшей сестре, доставляла ему неприятное ощущение. Он решил заставить себя проводить больше времени в компании других девушек, чтобы предотвратить возможные слухи.
И совсем иная девушка догнала его в коридоре, растягивая в улыбке свои розовые щеки.
— Мой принц, — весело приветствовала его Амия.
Он оглянулся вокруг, чтобы убедится, что никто не смотрит. Открыто разговаривать со служанкой — особенно такого низкого ранга как Амия — было поводом вызвать недовольство его отца. А уж представить ярость Короля Гая, если бы его сын позволил себе что-то большее, чем разговор с ней, — и смех и грех.
— Что такое? — спросил он резко.
— Вы хотели, чтобы я присматривала за Вашей сестрой.
Услышав это, он схватил ее за руку и потянул за угол в полутёмную нишу:
— Говори.
Амия намотала локон своих каштановых волос на палец:
— Кое-что очень странное. Меня послали с подносом еды к ней в комнату, чтобы она сразу поужинала, когда вернется с занятий. Её дверь была распахнута. Мне следовало постучать, но поскольку руки были заняты, я этого не сделала. И я клянусь, я видела...
— Что? Что ты видела?
— Ваша сестра стояла перед тремя свечами, и я видела, как все они зажглись.
Магнус уставился на девушку:
— И это все? Ты видела, как моя сестра зажгла какие-то свечи и подумала, что об этом стоит рассказать мне? Ничего необычного в этом нет.
— Нет, мой принц. Это было как будто... я клянусь, я... — она покачала головой с выражением глубокого замешательства. — Я клянусь, это было, как будто Принцесса Люсия не зажигала их. Они зажглись сами по себе, когда она посмотрела на них по очереди. Я вздрогнула при виде этого, потом покашляла, чтобы показать ей, что я там. Она показалась встревоженной, не видела ли я её, но я не подала никакого вида. Обладание такой способностью призывать огонь может означать, что она... — её слова замерли от резкого взгляда Магнуса. Она прикусила нижнюю губу.
Магнус ухватил девушку за подбородок и заглянул ей в глаза:
— Спасибо, Амия. Я хочу, чтобы ты продолжала рассказывать мне совершенно все, неважно, насколько незначительным это кажется. Но знай одно — моя сестра не ведьма. Все это только твоё воображение.
— Да, мой принц, — прошептала она, прежде чем он ускользнул прочь от неё и направился к покоям Люсии на третьем этаже замка, не говоря больше ни слова.
Зажигание свечей казалось обычным делом, но было бы не совсем обычным, если бы фитили загорелись сами собой. Подойдя к двери Люсии, он глубоко вздохнул и повернул ручку. Было не заперто. Он медленно открыл дверь.
Люсия сидела на своей плюшевой кушетке, подвернув ноги, и держала на ладони своей руки цветок маргаритки. Этот легкомысленный дар в виде цветов был прислан за день до этого одним из многочисленных Лимерийских поклонников принцессы. Она так углубилась в созерцание цветка, что не слышала слабого скрипа двери.
Неожиданно, яркий розовый цветок поднялся с её руки и поплыл по воздуху, будто поддерживаемый невидимыми нитями.
Магнус громко выдохнул.
Цветок упал на пол, и встревоженный взгляд Люсии метнулся в сторону дверного проема, где стоял Магнус.
— Магнус, — она встала, отряхивая подол юбки. Её лицо было напряжено. Она кивнула ему. — Пожалуйста, входи.
Мгновение помедлив, он распахнул дверь и вошел в её покои.
— Закрой дверь, — скомандовала она. Он сделал, как она просила.
Она глубоко вздохнула и медленно выдохнула:
— Ты видел, что я только что делала?
Он кивнул, у него перехватило горло.
Заламывая руки, Люсия шагнула к окну, где увидела, как ястреб слетел со своего временного насеста на краю её балкона, хлопая своими большими золотистыми крыльями на фоне яркого голубого неба. Он стоял и ждал, опасаясь высказать свои мысли вслух.
Должно быть, это было как раз то, что он слышал в разговоре своего отца и Сабины вечером во время банкета в честь её дня рождения — о предсказаниях, стихиях и знаках, которые показывали звёзды. Именно за этим ему и поручили присматривать.
«Люсии сейчас шестнадцать», — сказала тогда Сабина. — «Приближается время её пробуждения, я знаю это».