Страница 51 из 65
— Парламент никогда не утвердит такое замужество. Им наследник нужен куда больше, чем супруг для меня…
Вот черт! Как же я о парламенте-то забыла?! Было ощущение, что уже начала взлетать и вдруг больно мордой об асфальт.
Нет, я так просто не сдамся, надо убедить Сесила, что этот брак не просто выгоден, а лучше любого другого. Пусть королева милуется со своим Дадли, будучи замужем за Иваном Грозным.
И о Дадли я зря забыла. Пока он не воспринимал предложение неведомого ему царя всерьез, он не противился, а что будет, когда поймет? Елизавета права, что боится, следующая претендентка на престол вон неподалеку, в Шотландии, один неверный шаг и Тауэром не обойдется, Мария Стюарт способна спокойно любоваться казнью не только своего поклонника Шателяра, она и на отрубленную голову Елизаветы тоже посмотрит без тошноты.
Если я хочу добиться брака между Елизаветой и Иваном Грозным, то должна пройти по жердочке над пропастью, в которую могу не только свалиться сама, но и столкнуть Рыжую.
Осень раскрасила все вокруг в красно-желтый цвет. Теплые дни середины октября так и звали в парки и сады Хэмптон-Корта, дорожки которых устилали яркие листья. Безветрие, теплое солнышко, на удивление синее небо… И вдруг…
— Ваше Величество, что-то вы неважно выглядите…
Елизавета кивнула:
— Знобит. Прикажи нагреть воду и затопить камин, нужно согреться. Или сильно устала, или замерзла.
Я хотела возразить, что мерзнуть не с чего, но поторопилась уложить ее в постель, явно начиналась лихорадка. С чего бы? Давненько такого не бывало, а тут вся горит. Неужели простыла?
Королеве приготовили постель, я помогала переодеться в ночную рубашку и вдруг в ужасе прижала руку к губам:
— Ваше Величество…
— Что? — дрожащим голосом поинтересовалась Елизавета.
— Ваше Величество, позвольте, я приглашу лекаря…
Немного погодя по дворцу пролетело: оспа! И больна ею на сей раз королева Елизавета!
Ужас испытали все: от служанок Елизаветы, прислуживающих ей, до Сесила, прекрасно представляющего угрозу спокойствию в Англии. В ужасе была и сама королева, ведь оспа изуродовала немало лиц, неужели она останется рябой?! Тогда лучше уж не выживать совсем.
Конечно, все мысли о замужестве с русским царем отошли не то что на задний, а на десятый план… И у меня тоже. Оспа в те годы была настоящим приговором; если у Елизаветы останутся шрамы, то Иван Васильевич едва ли подтвердит свое предложение о браке.
У меня тоже началась лихорадка, но куда легче, а вот две служанки не выжили, кроме того, Мэри Дадли покрылась сыпью настолько основательно, что стало ясно — этой бедолаге рубцов не избежать.
Елизавета болела тяжело, тут уж не до оспин на лице, выжила бы…
Наступили очень тяжелые дни. В ночь на 16 октября врачи объявили, что жить королеве осталось совсем недолго. Члены Тайного совета собрались в соседнем с королевскими покоями помещении и сидели, ожидая ее смерти с минуты на минуту. Нежданная беда сплотила самых непримиримых — Сесила, Норфолка, Дадли, Пемброка. На время были забыты все раздоры, сообща решили не допускать до власти ни Марию Стюарт, ни кого-то другого, выбрав в будущие монархи Генриха Гастингса графа Ханлингтона, женатого на сестре Роберта Дадли. Роберт совершенно не собирался отдавать корону своему зятю, но это решение позволяло ему собрать армию якобы для его защиты, чем возлюбленный умирающей королевы и воспользовался.
Я понимала, что она может и не выжить, и не могла вспомнить, болела ли действительно королева оспой. Потом вспомнила, что болела, и сильно.
Что-то толкнуло меня открыть свой заветный сундучок с препаратами. Помнила, что там материал для шитья тканей, а вот что еще?.. Столько лет не заглядывала, с самого своего первого дня здесь. Просто не было необходимости.
В сундучке оказалась упаковка одноразовых шприцев и разные ампулы и флаконы. А еще инструкция, гласившая: «При оспе: гаммаглобулин 3–6 мл внутримышечно, метисазон по 0,6 г 2 раза в день, метициллин…» Еще был перманганат калия… Ну про марганцовочку я и без инструкций все помнила. А еще новокаин…
Я обомлела, тот, кто подсовывал мне сундучок, прекрасно знал, что придется пользоваться?! А дата выпуска? Ведь я попала сюда четырнадцать лет назад, за такое время любое лекарство станет негодным. Но выхода все равно не было, Елизавете, что так, что эдак, не выжить, надо попробовать.
Оставалось придумать, как можно сделать укол, не возбуждая подозрений, чтобы не подумали, что это я доконала королеву. Уколоть удалось, просто у постели королевы по ночам дежурила только я, как уже переболевшая.
Последней попыткой врача сэра Бархата было какое-то снадобье, данное им Елизавете. Все равно хуже не будет… Бедняга уже даже произнесла свою последнюю волю: назначить лордом-протектором Англии Роберта Дадли. Члены Совета согласились.
Страна замерла. Депеши послов летели во все концы ежечасно. Умирала королева пусть не самой богатой и влиятельной, но одной из самых сильных стран Европы. Но не сама ее смерть была столь притягательна для умов многих власть имущих в старушке Европе. Будь у королевы достойный наследник или просто супруг, беспокойств куда поуменьшилось, но строптивая дочь короля Генриха, много раз названная незаконнорожденной, но сумевшая стать королевой, оставалась девственницей. И никого из близких родственников рядом!
Не спали не только в Хэмптон-Корте, мерил шагами свои покои и граф Меррей в Эдинбурге, вертелась с боку на бок его красавица сестра. Смерть Елизаветы открывала Марии Стюарт дорогу к трону Англии, но она прекрасно понимала, что получить этот трон будет неимоверно трудно. И все же это резко повышало ее ценность как невесты.
Шотландский посол в Англии Мелвилл доносил, что королева назвала Роберта Дадли лордом-протектором Англии на случай своей смерти. Назвала наследника? Но таковым Дадли быть попросту не мог, лорд-протектор не король. Мария Стюарт ломала голову над тем, как поступит ее собственный брат, поддержит ли притязания сестры или пойдет на поводу своих английских хозяев?
Об этом же размышлял и Меррей. Заманчиво объединить Англию и Шотландию, но только не под рукой Марии! Эта красотка немедленно притащит на престол какого-нибудь испанца или француза-католика. Шотландия от этого ничего не выиграет, мало того, в ней снова начнутся религиозные войны! Как бы ни хотелось Меррею посадить на английский трон сестру, он понимал, что для Шотландии это невыгодно.
Английская королева лежала при смерти, а тысячи людей ломали головы, каждый со своими надеждами ожидая страшной минуты. Поистине, быть королевой не только нелегко, но и смертельно опасно.
Елизавета обманула все надежды, она выжила!
Королева лежала в постели, до самого носа закутавшись в простыню, не хотелось, чтобы кто-то, кроме верной Кэтрин, видел ее покрытое сыпью тело и лицо. Но когда она, очнувшись от забытья, открыла глаза, то увидела… Роберта Дадли!
— Роберт… вы здесь?
— Я там, где и должен быть по зову любви, Ваше Величество.
— Уходите, уходите! Вы можете заразиться и испортить свое прекрасное лицо!
Дадли скромно покачал головой:
— Мое лицо не играет никакой роли, если больны вы. Я буду рядом.
Конечно, она все же прогнала его, но ненадолго, Роберт приходил ежедневно, подолгу сидел и пытался развлекать королеву. Это выглядело настоящим подвигом — не побояться рисковать своей внешностью, чтобы принести радость Елизавете! Так думала сама королева, а вот Сесил думал иначе:
— Этот хитрец появился только тогда, когда опасность уже миновала. Где он был в первые дни, когда можно было заразиться?!
Конечно, Дадли мог возразить, что поздно узнал, но Сесил-то знал все обо всех…
Не знаю, что именно помогло, ведь врачи тоже давали какое-то питье, я вообще рисковала навредить, но, видно, организм, никогда в жизни не получавший антибиотиков, так обрадовался неожиданной помощи, что воспрянул духом и довольно живенько очухался. Но никому ничего сказать я просто не могла. Как объяснить появление у меня таинственных препаратов и особенно шприцев? Перед каждым уколом приходилось подсовывать Елизавете под нос ватку с эфиром, чтобы она ненадолго вырубилась.