Страница 14 из 96
К вечеру моряки добрались до большого озера, окруженного дремучим лесом. Подойти к воде было почти невозможно. Топкое болото, сплошная стена слегка подсохшего камыша, густое переплетение тальника и нависшие над водой ветви ракит превращали берег озера в непролазные дебри.
Одному ему известным проходом, продираясь через завалы коряг, путаницу корней и трясину, Ян вывел отряд к крошечной бухточке, покрытой кувшинками. Глазам моряков предстало сказочное по красоте озеро. В центре его темнел островок: из зарослей выглядывали то ли нагромождения гранитных валунов, то ли руины древнего замка.
— Эльзелот… — Боцман указал на остров. — А вот отсюда начинается проложенная под водой каменная дорога — брод, глубина — ровно метр. Если идти, удерживая в створе черный остроконечный камень на берегу, прямехонько попадем на островок. Путь построен сотни лет назад, и он единственный. Переправляться надо внимательно — ширина подводного моста два метра, чтобы можно было проехать повозке. Справа и слева обрывы, очень глубоко. Я пойду первым, остальные за мной. Никуда не сворачивать и не отвлекаться.
Переправившись на остров, моряки забрались в развалины. Среди синих обломков обросших мхом скал находился сравнительно просторный равелин.
Выставив посты, поужинали и устроились на ночлег в овальной нише меж двух квадратных, вытесанных из базальта колонн. У самого потолка было длинное, как бойница, окно.
— Ладно, друзья, вы спите, а я пойду проверю караулы. — Долматов взял автомат и, перешагивая через лежащих людей, направился к выходу…
День промелькнул незаметно в приготовлениях к дальнему переходу. Вечером возвратился посланный на встречу с радисткой Ян. Он доложил: разведчица на условленное место не явилась.
Ольштынский и Долматов переглянулись.
— Значит, говоришь, не пришла? — Командир поднял голову и как-то отрешенно посмотрел на Яна.
— Нет, не пришла. Я ждал долго. Действовал осторожно, предварительно убедился, нет ли слежки, не готовят ли западню. Ирма не появилась. Ждать не имело смысла, и я вернулся.
— Все правильно. Ждать действительно не имело смысла, — задумчиво произнес замполит. — Надо срочно уходить. — Он встал и огляделся. — Срочно, и как можно дальше. Трудно сказать, что там стряслось. Не исключено, что Ирма в руках гестапо. Я далек от подозрений, но она знает, где мы находимся, знает об Эльзелоте. Хочу надеяться, что все хорошо, но нельзя сбрасывать со счетов и провал.
— А может, подождем до завтра? Вдруг что-либо прояснится? Попытаемся направить Яна еще раз.
— Я тебя понимаю, Леонид, но это ни к чему. Мы слишком многим рискуем. Если бы речь шла только обо мне и о тебе — никаких разговоров, но с нами полсотни человек. Поднимай отряд, командир. Нужно сниматься.
Моряки, выслав вперед разведку, двинулись густым смешанным лесом на восток. Под ногами шуршали первые опавшие и уже подсохшие листья, кое-где глянцевито поблескивала хвоя…
Глава 5. В КАЙПИЛСЕ
Начальнику гестапо оберштурмфюреру Генриху Вайсу только что принесли донесения о вчерашних происшествиях в Кайпилсе. Неторопливо отхлебывая кофе из фарфоровой чашки, гестаповец развалился в удобном, обтянутом коричневой кожей кресле и левой рукой, как пасьянс, раскладывал на столе аккуратные листки донесений.
Ущерб от потопленного накануне танкера, а затем и транспорта, ночного налета авиации был огромен. Оберштурмфюрер внимательно вглядывался в схемы и сопоставлял доклады всех постов наблюдения. Некоторое несоответствие интенсивности бомбовых ударов его насторожило. «Ну-ка, ну-ка!» Оберштурмфюрер нажал кнопку на краю стола.
Бесшумно отворилась высокая дверь, и в ее проеме появилась секретарша в ловко облегающем ее стройную фигуру черном мундире. Она молча остановилась на пороге.
— Грета, будьте любезны, Вальтера, пожалуйста, — сказал Вайс.
— Сейчас приглашу, он уже здесь. — Она вышла.
— Разрешите, господин оберштурмфюрер… — В кабинете появился штурмфюрер Вальтер. — Хайль Гитлер!
— Хайль! Заходите. Прошу садиться. Доложите подробнее о событиях прошедшей ночи. Видите ли, у меня возникли кое-какие сомнения относительно выводов, сделанных в донесениях.
Штурмфюрер прошел к столу, отодвинул в сторону кресло, сел и достал из кармана мундира блокнот.
— Я извиняюсь, господин оберштурмфюрер, но у меня тоже возникли сомнения. Я уже направлялся к вам с дополнительной информацией, когда секретарша сообщила о вызове.
— Любопытно. Изложите свои соображения.
— После того как я уже отправил доклад вам, поступило сообщение об исчезновении портового буксира «МБ-10» — его послали на притопленный транспорт для установки огней и охраны. Поиски, организованные утром, ни к чему не привели, буксир как в воду канул.
— Вот это новость! — Вайс даже привстал. — Вы меня огорошили. Туда под видом машинистов я направил трех агентов со специальным заданием. Команда не могла удрать, скажем, в Швецию?
— Нет.
— Хорошо. Оставим пока буксир. Что вы думаете о пожаре и взрывах нефтескладов?
— Сперва мне показалось, что это результат налета бомбардировщиков. Но — по сводке зенитчиков — самолеты в этом секторе не появлялись. Значит, удар был нанесен с моря самолетами-торпедоносцами или подводной лодкой. Посты ПВО самолетов не обнаруживали. Остается субмарина. Возможно, даже та самая, которая торпедировала транспорт. Вы помните, после взрыва транспорта командир авиаполка докладывал, что его летчик заметил подводную лодку и сбросил на нее две глубинные бомбы?
— Помню, помню. В котором часу, кстати, он ее обнаружил?
— В шестнадцать часов десять минут.
— Ну вот, а склад взлетел на воздух в полночь. Где же была субмарина эти восемь часов?
Штурмфюрер, понимая, куда клонит Вайс, решил подыграть шефу:
— Уйти сразу же после атаки транспорта она не могла — ее тут же обнаружили бы наши сторожевые корабли. Там глубина двадцать — тридцать метров. Тем более она подорвалась на мине. Значит, она никуда не уходила?..
— Вот именно, никуда не уходила и лежала на грунте рядом с транспортом. Теперь спрашивается, почему лежала, а не скрылась? Да была повреждена! — Вайс с торжеством взглянул на штурмфюрера. — Потом всплыла и, воспользовавшись налетом авиации, дала залп по нефтехранилищу.
— Гениально! — восторженно воскликнул штурмфюрер.
— Вот теперь все на своих местах. Остается выяснить, куда же все-таки запропастился буксир? Проанализируем факты. На лодке экипаж пятьдесят — шестьдесят человек. Они высадились на транспорт и расправились с командой буксира, предварительно выведав у них, где расположено нефтехранилище. Затем дали залп, утопили свою лодку и ушли на буксире, обведя вашу, штурмфюрер, береговую оборону вокруг пальца. Теперь ищите лодку где-то рядом с транспортом. Это я вам говорю…
— Согласен, но если и уплыли на буксире, то недалеко. Утром в море буксир искали самолеты и не обнаружили его. Значит, они высадились где-то в нашем тылу, а буксир утопили. И сейчас скрываются где-то в лесной чаще…
Звонок телефона перебил речь штурмфюрера. Вайс снял трубку.
— Я слушаю. Да. Когда, когда?! — Он вскочил, — Только что?! Немедленно ее ко мне! — Он счастливо рассмеялся и опустил трубку на рычаг. — Знаете, Вальтер, что-то нам очень уж везет. К добру ли это?
Ирма неторопливо шла вдоль обочины дороги, заросшей колючим боярышником. В кустах, расклевывая крупные бордовые ягоды, суетились с хлопотливым чириканьем воробьи. Уже чувствовалось приближение осени.
Дорога выскочила из перелеска и под прямым углом уперлась в асфальтированное шоссе. Ирма надеялась, что кто-нибудь едущий в город подхватит ее. И действительно, большой крытый брезентом тупоносый грузовик, едва Ирма подняла руку с букетом набранных в роще кленовых листьев, вильнул к обочине и остановился. Девушка подбежала к кабине и открыла дверцу. За рулем сидел молодой, белобрысый, с белыми бровями и ресницами, улыбчивый ефрейтор.