Страница 68 из 75
— Элвуд мертв? — спросил Чак.
— Нет, сейчас он в сан-францисской тюрьме ЦРУ. А Петри снова сел за пульт. — Хентмэн поднялся, отключив канал связи с Землей. — Но, главное, они не успели вовремя восстановить контроль над Мэйджбумом.
— Вы оптимист, — заметил Чак.
— Слушайте, — энергично сказал Хентмэн. — Да, эти люди в Адольфвилле могут быть действительно клинически больны, однако они не дураки, особенно если дело касается их безопасности. Они слышали наше предложение и, готов поклясться, сейчас голосуют за него. Скоро они свяжутся с нами по радио, — он посмотрел на часы, — скажем, минут через пятнадцать. — Затем обернулся к Фелду:
— Приведи-ка сюда наших альфанских друзей, чтобы они сразу вызвали свои линейные корабли.
Фелд выбежал из каюты. Хентмэн устало посмотрел ему вслед, вздохнул и опустился на стул.
Закурив длинную зеленую флоридскую сигару, комик откинулся на спинку стула и уставился на Чака.
В молчании прошло несколько минут.
— Нужны ли альфанцам телекомики? — поинтересовался Чак.
Хентмэн усмехнулся.
— Не более чем составители речевых текстов для роботов. Через десять минут раздался радиовызов из Адольфвилла.
— Отлично, — произнес Хентмэн и кивнул, выслушав сообщение Говарда Строу. Потом посмотрел на Чака:
— Где альфанцы? Нужно действовать, теперь или никогда.
— Представитель империи здесь. — Это был Эр-Бэ-Ха Триста Третий; он быстро просеменил в каюту вместе с Джерри Фелдом и своим альфанским коллегой. — Уверьте их еще раз, что они не будут считаться инвалидами, а законными поселенцами. Мы хотим особо выделить эту часть, ведь политика Альфанской империи всегда строилась исключительно на…
— Не тратьте время попусту, — оборвал его Хентмэн. — Вызывайте свои военные корабли. Пусть войска высаживаются. — Он передал микрофон альфанцу, устало поднялся и встал рядом с Чаком.
— Да уж, — прошептал он. — В такую минуту неплохо бы вспомнить все аспекты альфанской политики за последние десять лет. — Он покачал головой. Сигара, торчавшая у него изо рта, потухла. Заметив это, Хентмэн неторопливо раскурил ее. — Думаю, сейчас нам предстоит рассеять все наши сомнения.
— Какие сомнения? — спросил Чак.
— Нужны ли Альфанской империи телевизионные комики и составители текстов. — Он отошел в сторону и стал рассеянно вслушиваться в переговоры, которые вел РБХ-303 по корабельной рации. Комик молча попыхивал сигарой.
«Никто не смог бы догадаться сейчас по его лицу, — подумал Чак, — что в эту минуту наши судьбы в буквальном смысле зависят от успеха этих переговоров».
К Чаку подошел возбужденный Джерри Фелд и спросил, чтобы как-то снять напряжение:
— Интересно, а где сейчас находится фрау доктор?
— Наверно, бродит где-то под нами, — произнес Чак. Корабль Хентмэна находился на орбите с апогеем в триста километров, и невозможно было узнать, кроме как по радио, о событиях, происходящих на поверхности Луны.
— А она не может что-нибудь выкинуть? — спросил Фелд. — Я имею в виду, как-то помешать нам? Ей, наверно, этого очень хочется.
— Моя бывшая жена, — сказал Чак, — вероятно, очень напугана. Она одна на враждебной луне и отчаянно ждет прибытия земного военного флота, который скорее всего вообще не появится. Но она, конечно, об этом не знает. — Чак чувствовал по отношению к жене тупое безразличие с оттенком жалости.
— Вам жалко ее? — спросил Фелд.
— Я не хочу, чтобы судьба снова заставила нас стрелять в друг друга. У меня такое чувство, что когда-нибудь, может, через много лет, мы снова встретимся и найдем общий язык…
— Все в порядке, — объявил Хентмэн. — «Добро» получено. — Лицо комика сияло. — От нас больше ничего не требуется. Я имею в ввиду от землян, находящихся на этом корабле. Мы свое дело сделали. Теперь мы законные граждане Альфанской империи и скоро получим номерные знаки вместо имен, но на это мне абсолютно наплевать.
— Когда-нибудь, когда все уляжется, я смогу спокойно оценить произошедшее между нами, — продолжал Чак, обращаясь Фелду, — я смогу понять, как можно было бы предотвратить весь этот ужас — когда Мэри и я лежали в грязи, стараясь достать друг друга лучом лазера.
«Да, в темноте ночи совершенно чужой планеты, — размышлял он про себя. — Эта луна действительно чужая для нас обоих, хотя мне, вероятно, придется провести здесь остаток жизни. А может быть, и Мэри тоже», — машинально подумал он.
Потом сказал, обращаясь к Хентмэну:
— Поздравляю.
— Спасибо, — отозвался комик. — Поздравляю, Джерри.
— Спасибо, — сказал Фелд. — Примите и вы мои поздравления, дорогие новоиспеченные альфанские собратья.
— Послушайте, — сказал Чак Хентмэну, — нельзя ли попросить вас об одолжении?
— О чем угодно, мой дорогой.
— Дайте мне челнок. Я хочу спуститься на поверхность.
— Зачем? Здесь гораздо спокойнее.
— Хочу взглянуть на свою жену, — сказал Чак.
Брови Хентмэна поползли вверх.
— Вы что, серьезно?… Да, это написано на вашем лице. Эх, вы, бедняга! Ладно, может, вам удастся уговорить ее остаться вместе с вами на Альфа III M2. Если, конечно, кланы не будут возражать. И альфанские власти тоже…
— Дай ему челнок, Бан, — вмешался Фелд. — Посмотри, он даже слушать тебя не хочет, извелся весь.
— Хорошо, — кивнул Хентмэн. — Я дам вам челнок. Летите и делайте все, что угодно. Я умываю руки. Надеюсь, конечно, что вы вернетесь, если же нет… — он пожал плечами. — В конце концов, это не мое дело.
— Не забудьте забрать своего липкого друга, — добавил Фелд.
Полчаса спустя Чак посадил челнок на лужайке рядом с тополиной рощей и некоторое время молча стоял, вдыхая чистый воздух и прислушиваясь к шуму листвы. Вокруг не было ни души. В этом маленьком мире все шло своим чередом: Высший — Совет проголосовал, манский клан продолжал поддерживать силовой защитный экран, кое-кто в страхе ожидал развязки, но большинство жителей, как, например, гебы в Гандитауне, продолжали заниматься своими обычными делами.
— Скажите, сошел ли я с ума? — спросил Чак у Смайла Раннинга Клама, который переместился на несколько метров в сторону, на более влажное место, — Я, наверно, поступаю очень нелогично, совершая такой нелепый поступок?
— Сумасшествие, — отозвалась липкая плесень, — строго выражаясь, всего лишь общепринятый термин. Я думаю, что вы просто круглый дурак, ведь Мэри Риттерсдорф, скорее всего, совершит какое-нибудь жестокое действие по отношению к вам, как только увидит. Но, вероятно, вы сами этого хотите. Вы устали. Борьба затянулась. К тому же те запрещенные стимуляторы, которые дал вам мой отец, не принесли пользы — они только прибавили вам страданий. — Затем он добавил:
— Может быть, вам следует идти в Коттон Мэтр.
— Что это такое? — Даже само название не очень-то понравилось Чаку.
— Это поселение депов. Вы можете остаться с ними, погрузившись в мрачную кому. — Ганимедянин произнес эти слова с ужасающим спокойствием.
— Спасибо за совет, — невесело усмехнулся Чак.
— Вашей жены поблизости нет, — продолжала плесень. — По крайней мере, я не ощущаю ее мыслей. Полетим в другое место.
— Хорошо. — Чак направился к челноку.
Когда липкая плесень втекла в кабину, она подумала:
— Есть еще одна возможность, которую вы не должны выпускать из виду. Возможно, Мэри уже мертва.
— Мертва! — Чак уставился на ганимедянина, отдернув руку от пульта управления. — Почему?
— Как вы заметили в разговоре с господином Хентмэном, на этой луне идет война. Естественно, есть и убитые, но их, к счастью, не так много. Но потенциальная возможность насильственной смерти все же очень велика. Последнее, что мы знали о Мэри Риттерсдорф, это обращение к ней трех мистиков, так называемого Святого Триумвирата, посредством ужасной шизофренической проекции в виде огненных букв в небе. Думаю, нам надо лететь в Гандитаун, где живет главный из трех святых Игнатий Ледебур, и попробовать разыскать ее — как бы это лучше сказать — среди всего этого хлама, многочисленных котов, жен и детей.