Страница 138 из 151
Профессор продолжал рассматривать здание и вдруг увидел то, что ему было нужно: к кухонной двери вела небольшая лесенка с прогнившими ступенями и покосившимися перилами. И за этой шаткой деревянной конструкцией Адриан не сразу разглядел маленькое грязное окошко, находившееся практически на одном уровне с землей.
Такое же окошко, которое при необходимости можно было использовать в качестве потайного входа в здание, было и в его собственном доме. Этот маленький прямоугольник стекла был оставлен в стене для того, чтобы в подвальное помещение попадало некоторое количество дневного света.
Адриан рассуждал так: «Если мужчина и женщина, похитившие Дженнифер, похожи на большинство нормальных людей, то они, конечно, не забудут запереть обе двери в дом и закрыть на щеколды как минимум все окна на первом этаже. Другое дело — подвальное окно: про него все всегда забывают. По крайней мере, я ни разу не закрыл его без постороннего напоминания. Да что я — Касси и та забывала его запирать. Если оно действительно открыто, то я смогу тихо проникнуть в дом».
Чтобы добраться до подвального окна, нужно было пересечь двор. Адриан приготовился совершить этот спринтерский рывок.
«А что, если там сигнализация?» — мелькнуло у него в голове.
«Нет, не может быть. Если сигнализация когда-то и была в этой развалюхе, то подключать ее заново никто бы не стал», — попытался он себя успокоить.
«Бежать придется быстро, изо всех сил, — напомнил себе Адриан. — Затем нужно будет лечь у самой стены на землю и попытаться как можно тише открыть оконную раму».
Этот план не блистал глубиной проработки. Кроме того, если бы он вдруг не сработал, Адриан не знал бы, что делать: ни альтернативу, ни пути отхода он не продумал. Успокаивал он себя тем, что за долгие годы академических исследований отучил себя от попыток предсказать заранее результаты эксперимента. На своих лекциях он бессчетное число раз предупреждал студентов и аспирантов: «Никогда не следует пытаться предугадать результаты проводимого исследования. Как только вы заранее выстроите у себя в голове возможную и устраивающую вас картину, вы лишите себя возможности непредвзято наблюдать за ходом опыта и не сможете объективно отреагировать, если что-то пойдет не так, как вы предполагали».
Да, когда-то, до пенсии, он был профессором психологии. А еще раньше, в молодости, он занимался легкой атлетикой и отлично бегал. Сжав зубы и набрав в грудь побольше воздуху, Адриан Томас бросился бежать через двор. Он стрелой пронесся от амбара к стене дома и к маленькому подвальному окошку.
Глава 44
Машина неслась на полной скорости по узкому двухполосному шоссе, и вдруг Марк Вольф заметил автомобиль Адриана Томаса, припаркованный на площадке для разворота школьного автобуса. «Вон… смотрите!» — воскликнул он, и Терри резко нажала на педаль тормоза. Она все равно проскочила мимо старенького профессорского «вольво», и, чтобы вновь поравняться с машиной, ей пришлось сделать резкий разворот, огласив окрестности скрипом безжалостно терзаемых шин.
Выскакивая из своей машины, инспектор Коллинз почувствовала, что у нее дрожат ноги. Никогда раньше она так долго не вела машину на такой большой скорости. Никогда раньше не нарушала правила так грубо и упорно. Она ощущала себя как человек, который только что чудом избежал серьезной аварии и в жилах которого постепенно растворяется выплеснувшийся в кровь адреналин.
Вольф выбрался через пассажирскую дверцу и встал рядом с Терри.
Адриана нигде не было видно. Терри осторожно подошла к «вольво», машинально оглядывая при этом землю вокруг машины. Точно так же она проводила бы первый осмотр любого места преступления. Подойдя ближе, она заглянула в салон через лобовое стекло. Внутри машины царил типичный для Адриана беспорядок. Вот старый, давно забытый в подстаканнике пластиковый стаканчик из-под кофе. Вот недопитая бутылка минеральной воды. Вот «Нью-Йорк таймс» полугодовой давности и прошлогодний выпуск журнала «Психология сегодня». На приборной доске валялась пара старых парковочных талонов, а на заднем сиденье — штрафная квитанция за неправильную парковку, скорее всего также забытая и неоплаченная. Машина была не заперта, и Терри, потянув за ручку, открыла дверь. Она заглянула в салон, словно рассчитывала найти там, внутри, что-нибудь новое — то, что могло дать ей какую-нибудь подсказку.
— Ну, типа, он здесь был и чиста канкретна свалил отсюда, — медленно произнес Марк Вольф, зачем-то старательно копируя блатной жаргон и манеру говорить.
Скорее всего, таким образом он пытался преодолеть охватившее его волнение.
Терри вышла обратно на дорогу, посмотрела в одну сторону, затем в другую… Глядя на инспектора, можно было сразу понять, что ее сейчас волнует несколько тесно связанных между собой вопросов: где он, куда он подевался и куда теперь идти?
В поисках ответа Марк Вольф бегом вернулся к машине инспектора, покопался в картах, потыкал пальцами в клавиатуру телефона-навигатора и меньше чем через минуту достаточно уверенно показал рукой на обсаженную деревьями дорожку, уходившую в сторону от шоссе.
— Это там, — сказал он. — Старик явно пошел на ту ферму. Вообще, если честно, эта заброшенная уединенная ферма непохожа на место, из которого ведут интернет-трансляцию высокого качества по всему миру.
— А как, по-вашему, должно выглядеть такое место? — не без ехидства поинтересовалась Терри.
— По правде говоря, не знаю, — ответил Вольф. — Я думаю, что качественная серверная и трансляционная аппаратура органично смотрелись бы в какой-нибудь крупной фотостудии, расположенной в многоэтажном здании в большом городе, или в одном из закоулков какого-нибудь калифорнийского торгового центра, в котором сам заблудишься, прежде чем найдешь нужное тебе помещение. — Помолчав, Вольф покачал головой, словно отвечая на не заданный вслух вопрос. После этого он добавил: — Впрочем, учитывая специфику трансляции, которую ведут эти ребята, я ничему не удивлюсь. Свою студию и сервер они могут спрятать где угодно — лишь бы не попадаться на глаза посторонним и не привлекать к себе лишнего внимания.
Проследив направление взгляда Терри Коллинз, Вольф высказал вслух ее мысли.
— Чует мое сердце, наш профессор рванул туда пешком, — сказал он.
Терри Коллинз оставалось только кивнуть в ответ. Всматриваясь в даль, она заметила покосившийся столб с почтовым ящиком, отмечавший вход на территорию фермерской усадьбы. Тот же самый столб некоторое время назад увидел из своей машины и Адриан Томас.
— Вполне возможно, что старик решил обмануть их и подойти к дому с тыльной стороны, — предположил Марк Вольф. — В конце концов, я даже готов поверить, что он вполне отдает себе отчет в том, что делает, и просто не хочет, чтобы я или вы вмешивались в то, что он задумал. Вот только в любом случае он не знает наверняка, что именно ждет его там, внутри дома. Я же почему-то уверен, что вряд ли его встретят радушно и по-дружески.
Терри не стала отвечать ему. Всякий раз, когда Вольф высказывал вслух какую-то мысль, эхом отражавшую то, что вертелось у нее на языке или просто до какой-то степени совпадало с тем, что она думает, ей становилось не по себе. Более того, такое совпадение ее мыслей с догадками сексуального маньяка не могло не раздражать и не злить ее. Терри была вынуждена признаться себе, что они оказались в такой ситуации, в которой условно освобожденный маньяк-рецидивист ориентировался как минимум не хуже, а, может быть, даже и лучше ее. Она отвернулась и стала просчитывать возможные варианты действий. Примерно тем же самым на этом же месте некоторое время назад занимался и Адриан Томас.
Терри Коллинз не знала, что делать. Она уже взяла было из рук Марка Вольфа свой телефон, но в последний момент передумала звонить. Проблема заключалась в том, что для всех подобных действий существовали строгие правила и нормативы. Совсем недавно всем сотрудникам ее отдела вручили под роспись очередной объемный документ, касающийся процедуры фиксации и методов пресечения преступлений, совершающихся на глазах у сотрудника полиции. Чего там только не было! Составители документа учли и изложили в своем опусе буквально все: от полицейского требовалось собрать улики и провести предварительное расследование. Кроме того, он должен был заполнить протокол и рапорт. Разумеется, во всех подобных случаях следовало известить руководство отдела и дежурную часть. Для того чтобы предпринять хоть какие-то активные действия, требовалось получить соответствующий ордер и разрешение от вышестоящего начальства. При подозрении о малейшей опасности следовало вызвать подкрепление и при необходимости полицейский спецназ. Вот только в отделах муниципальной полиции никакого спецназа отродясь не было. Для того чтобы по вызову сотрудника такого отдела полиция штата вызвала усиленный наряд специально подготовленных полицейских, потребовалось бы совершить множество телефонных звонков и в подробностях объяснить, зачем все это понадобилось. Даже при самом благоприятном стечении обстоятельств эти вооруженные до зубов ребята прибыли бы сюда из ближайшей казармы полиции штата не раньше чем через полчаса, а скорее всего, еще позже. Подобные центры, где несли дежурство группы спецназа, имелись далеко не во всех отделениях и даже не в каждом городе. Слишком редко возникала потребность в действиях этих подразделений в тихой сельской Новой Англии. Ну а когда группа захвата приехала бы на место, ребят нужно было бы проинформировать о происходящем и проинструктировать о возможных опасностях. Терри представила себе, как она докладывает старшему группы о том, что где-то здесь в ближайших окрестностях бродит полоумный пенсионер, бывший университетский профессор, намеренный вершить правосудие и прихвативший для этого с собой заряженный пистолет. Что-то ей подсказывало, что, с точки зрения начальства, этот случай вряд ли заслуживал бы отправки на место происшествия практически армейского подразделения — вооруженных автоматическим оружием и закованных в бронежилеты бойцов, профессионально подготовленных для борьбы с вооруженными преступниками.