Джулия

— Как же так? Она сказала: «Присмотрите за малышом, пожалуйста, я хочу немного поплавать».

Кармен нигде не было видно, и Джулия в отчаянии бросилась к спасателям. Избороздив на моторке зону купания, они вернулись ни с чем. Произнося в громкоговоритель ее имя, они обошли пляж, но и на суше Кармен не обнаружили. За каких-то пятнадцать минут человек бесследно исчез с полупустого пляжа — это было похоже на наваждение.

У Джулии мелькнула безумная мысль, что мать вернулась домой. Отдавая себе отчет в том, что такого не может быть, она тем не менее вернулась и осмотрела все комнаты. Дом был пуст.

Когда появились карабинеры, Джулия уже была уверена, что матери в живых нет. Она вошла в море, освещенное заходящими лучами солнца, чтобы встретить свою смерть. Тело ее нашли через два дня.

Мать ушла из жизни молча, ничего не сказав ей, ничего не объяснив. Почему она так поступила? Хотела ли она отомстить за свою неудавшуюся жизнь или просто устала от одиночества? Эти вопросы Джулия задавала себе все снова и снова. Плача от горя, она вглядывалась в туманное прошлое, как вглядываются в старую выцветшую фотографию, пытаясь отыскать там ответ на свои вопросы. Но что она знала о матери? Что вообще знают дети о своих родителях?

Припоминая какие-то мелкие эпизоды, фразы, отдельные слова, Джулия пыталась понять, когда мать окончательно рассталась с надеждой, когда впала в это состояние полнейшего равнодушия ко всему, что ее окружало. Конечно, это случилось не вчера, но Джулия, хоть и замечала подавленное состояние матери, пыталась каждый раз объяснить его простыми, житейскими причинами. Лео, Джорджо, работа до краев наполняли ее жизнь, и когда она со страхом думала о материнском одиночестве, то невольно отгоняла от себя эти мысли. Да, теперь она поняла: ее любимая замечательная мама смертельно устала. Она была сломлена, сломлена окончательно. Единственным выходом, который она видела, — было самоубийство, потому что оно открывало дверь в неведомый тайный мир, который мог оказаться миром освобождения от непосильного груза жизни.

Глава 18

Кармен ушла неожиданно для всех. Она решила закрыть книгу своей жизни, и море приняло ее и одарило смертью.

— Почему она это сделала? — спросил Бенни.

— Не знаю, — опустив глаза, ответила Джулия.

— Она казалась всегда такой спокойной, сдержанной, — заметила Изабелла, которая, кажется, впервые в жизни испытала боль утраты.

— Она очень устала, — сказала Джулия. — Воспоминания стали для нее непосильным грузом.

— Какие воспоминания? — удивилась Изабелла.

— Ее воспоминания, — ответила Джулия.

— Она не имела права этого делать! — заявил Бенни, в котором снова проснулся моралист.

— Да какое право ты имеешь судить! Что ты знаешь о ее воспоминаниях, ее усталости? Разве нам понять, что происходило у нее в душе? — воскликнула Джулия, и у нее на глаза навернулись слезы.

Брат с сестрой ничего не знали о матери, она единственная была посвящена в тайну короткой любви, которая всю жизнь терзала сердце Кармен. Может быть, ее путь к смерти начался там, в Апеннинах, холодным зимним днем, когда она навсегда уезжала на велосипеде от своей единственной любви и сердце ее разрывалось от горя?

— Но она ведь была не одна, — продолжала недоумевать Изабелла, — рядом находились ты, Джорджо.

Джорджо, сидя на руках у Джулии, радостно всем улыбался, а потом, бормоча что-то понятное только ему, занялся ее золотой цепочкой.

Они приехали в Модену, чтобы похоронить мать в родной земле, так она хотела. В ее сумочке они нашли наспех нацарапанное завещание: «Дом на улице Тьеполо оставляю Джулии. Остальное делите как хотите. Прошу уважить мою волю».

— А твой муж где? — спросил Бенни.

— В Кейптауне.

— Ты не сообщила ему?

— Зачем? Это все равно ничего бы не изменило.

— Ты сейчас куда? — спросила Изабелла. — Вернешься на море?

К удивлению Джулии, она не выразила никакого неудовольствия по поводу распоряжений матери.

— Пожалуй, вернусь с вами в Милан. Нам оставалось пробыть там всего три дня.

Изабелла села в машину Джулии, чтобы присматривать за Джорджо. Много лет они уже не были вдвоем.

— Мне неловко, что мама так решила насчет дома, — сказала Джулия.

— Оставь. Раз мама решила, пусть так и будет. Мы с Бенни уже все обсудили, тебе не о чем беспокоиться.

— Возможно, через некоторое время я решусь туда перебраться, — сказала Джулия, — пока же мне и думать об этом страшно.

В Милан они приехали уже затемно. У дома Джулии Изабелла пересела в машину мужа, который ехал за ними следом, а Джулия, взяв на руки крепко спящего сына, вошла в подъезд. Поднимаясь в лифте, она вспомнила, как сравнительно недавно входила в него впервые. Тогда она была беременна, писала свой первый роман, а Лео с матерью подыскали эту квартиру. Благодарность к матери наполнила ее глаза слезами, и одновременно она с нежностью подумала о муже. Конечно, он избалованный эгоист, но есть в нем что-то очень чистое, почти детское, и потом он искренне любит ее. Что бы она без него делала?

Выйдя из лифта, Джулия подошла к двери, вынула из сумочки ключ и вставила его в замочную скважину. Дверь открылась с первого оборота, хотя она точно помнила, что перед отъездом закрыла ее на два. Первой мыслью было: в квартире воры! Она инстинктивно прижала к груди Джорджо и уже хотела убежать, но что-то остановило ее. Переступив через порог, она бесшумно прикрыла дверь и замерла.

Из слабо освещенной гостиной доносилась мягкая музыка. Несколько пар танцевали. Джулия узнала коллегу Лео и его подругу Люси, остальные были ей незнакомы. Что делают эти люди в ее квартире? Кто их впустил? Ничего не понимая, она направилась к спальне. Открыла дверь и зажгла свет. На нее уставились Лео и та самая блондинка, которую она видела в ресторане. Оба с одинаково глупыми испуганными лицами.

Глава 19

Свет померк перед глазами Джулии, земля ушла из-под ног, но из ее груди не вырвалось ни единого звука. В эту секунду все ее мысли были о маленьком Джорджо: только бы он не проснулся. Осторожно протянув руку к выключателю, она потушила свет, и дикая сцена исчезла, как приснившийся кошмар.

Бесшумно выйдя из спальни, Джулия прикрыла за собой дверь, не спеша вышла из квартиры и вызвала лифт. Положив Джорджо на заднее сиденье своей машины, она включила зажигание и отъехала от дома. Через пять минут она уже была на улице Тьеполо.

На этот раз Лео хватило ума не прибегать к посредничеству Бенни. Зная Джулию, он понял, что примирение уже невозможно, она его больше не простит. На глаза жены он не показывался.

Кто по-настоящему помог Джулии в трудную минуту, так это Амбра. Благодаря ее поддержке Джулия, хоть и с опозданием, сдала вторую книгу и сразу же приступила к третьей. За несколько месяцев они стали настоящими подругами.

— Ты пишешь все лучше и лучше, — сказал ей издатель, — еще немного, и станешь звездой первой величины.

— Мне приятно это слышать, но я не обольщаюсь. Хороших писателей и без меня достаточно.

Старик заботливо посмотрел на нее.

— У тебя усталый вид. Скажи, ты не слишком много работаешь?

— У меня нет выхода, — ответила Джулия. — Сюжет нельзя спрятать, как сокровище или капитал, его нужно разрабатывать. Иначе он безнадежно устареет. Когда у меня есть вдохновение, я пишу и не могу остановиться.

Работа стала для нее транквилизатором и допингом одновременно, Джорджо — единственным утешением. Романов она не заводила, если не считать одного, короткого, с фотографом. Когда они встретились с Лео в суде по поводу развода, он дал понять, что осуждает ее за эту связь. Мечтая вернуть ее, он готов был прибегнуть к любым аргументам. Потом он изменил тактику и принялся за ней ухаживать. Но Джулия порвала с ним окончательно. Теперь она знала, что Лео не может переродиться и всем его клятвам грош цена.