Страница 30 из 80
— Вполне возможно, хоть я этого и не заслуживаю, — серьезно ответил прелат.
Глава 4
Маленький Фабрицио с шумом грохнулся с велосипеда на глазах Эмилиано, который следовал за ним, нажимая на педали своего огненно-красного «Велакса». Это падение не причинило большого вреда — осталась только ссадина на колене правой ноги, пораженной полиомиелитом, на которую он припадал при ходьбе.
Эмилиано ласково помог ему подняться и подул на ссадину, стараясь уменьшить боль.
— Ничего страшного, — храбрился Фабрицио.
— Но тебе же больно, — сказал Эмилиано, которого восхищала сила духа и выдержка сводного брата. — Ты сможешь идти?
Фабрицио взглянул ему прямо в глаза и иронически улыбнулся.
— Прихрамывая, я смогу обойти весь свет, — шутливо ответил он.
Эмилиано привязался к этому мальчишке, слабому здоровьем и робкому, но, в то же время, умному и волевому, которого Джанни и Валли без конца высмеивали и дразнили, относясь к нему как к непрошеному чужаку в доме.
Поднявшись, Фабрицио захромал по дороге, с трудом преодолевая боль.
— Садись лучше ко мне на раму, — решил Эмилиано. — А твой велосипед мы заберем потом.
— Если тебе не будет слишком тяжело, — согласился Фабрицио.
Эмилиано поудобнее усадил его на раму и принялся крутить педали, направляясь по пустынной дороге к вилле, которая была уже совсем близко. Малыш обернулся к нему и поблагодарил его улыбкой.
— Тебе нетрудно? — спросил он.
— Нисколько, — успокоил его Эмилиано.
Приближалась первая военная зима. Война, бушевавшая в мире, с каждым днем все больше ожесточалась. Наступили и для Италии трудные дни. Эмилиано знал, что принадлежит к привилегированному классу, но для большинства итальянцев нужда стала реальностью. Угля не хватало, продовольствие распределялось по карточкам. Монтальдо же получали из своих сельскохозяйственных угодий мясо, масло, яйца и муку. Дети регулярно посещали школу в Милане, а выходные проводили в тишине виллы «Эстер», лакомясь блюдами, приготовленными Джильдой.
Подъезжая к вилле, Эмилиано посмотрел на свои наручные часы, которыми особенно гордился. Через полчаса пора было садиться за стол. С тех пор, как ему исполнилось одиннадцать лет, ему разрешили обедать с родителями и их друзьями. В то время как младшим накрывали стол в кухне.
В ста метрах от калитки их нагнал большой автомобиль. Это был черный «Фиат-1500», который остановился в нескольких метрах перед ними. Из машины вылез моложавый мужчина с мощной фигурой, одетый в темный джемпер с высоким воротом и коричневый костюм.
Эмилиано сравнил его с Диком Молнией, героем любимых детских комиксов, главным действующим лицом захватывающих приключений. Мальчик смотрел на него с восхищением и завистью, но, когда незнакомец обернулся и назвал его по имени, Эмилиано был несколько разочарован, поняв, что сказочный Дик Молния был всего лишь монсеньором Себастьяно Бригенти, другом семьи, которого он не видел уже много месяцев.
— Добрый день, монсеньор, — поздоровался он, подъезжая к нему на велосипеде.
Священник придержал руль и помог мальчику слезть.
— Я вижу, ты везешь раненого, — заметил он.
— Простая ссадина, — вставил Фабрицио, спускаясь на землю.
Себастьяно поднял малыша и усадил на заднее сиденье машины, к величайшей радости Фабрицио, который обожал автомобили.
— Сейчас я открою вам ворота, — предупредительно сказал Эмилиано. — Я не знал, что вы будете у нас к обеду.
— В действительности, никто не знает, что я здесь. Я хотел поговорить только с тобой.
Мальчик покраснел, весьма польщенный.
— А кто твой раненый? — спросил Себастьяно.
— Это сын Джильды, поварихи, — ответил он. — Он живет в нашем доме.
В несколько секунд у Себастьяно созрел план. Он сознавал, что вовлекает в свои дела невинного ребенка, но у него не было другого выхода: ему необходима была помощь мальчика. Себастьяно подошел к багажнику автомобиля.
— Ты сумеешь сохранить тайну? — спросил он.
Эмилиано твердо взглянул на него и гордо выпрямился.
— Никто не вырвет ее у меня, — с воодушевлением заявил он.
— А малыш?
— Он сделает все, как я скажу, — уверенно сказал Эмилиано.
Себастьяно открыл багажник и достал маленький чемоданчик.
— Тогда слушай меня внимательно, Эмилиано, — попросил он. — Я должен избавиться от этого чемоданчика.
— Вы хотите, чтобы я бросил его в озеро? — предложил мальчик.
— Я хочу, чтобы ты сохранил его. У тебя есть надежное место?
— Есть секретнейший тайник, — признался мальчик, увлеченный этим чудесным неожиданным приключением. — О нем никто не знает.
— Положи этот чемоданчик в свой тайник, — попросил священник, передавая его. — Иди.
Эмилиано бросился к беседке и, сдвинув одну из досок у ее основания, сбоку от деревянных ступенек, положил туда чемоданчик. Затем поставил доску на прежнее место и бегом вернулся к машине.
Себастьяно, издалека следивший за его действиями, поблагодарил Эмилиано крепким рукопожатием.
— Теперь мне пора уезжать, — сказал он. — Однажды я сам вернусь за ним или придет кто-нибудь от моего имени. Безопасность и даже жизнь многих людей теперь зависят от тебя.
Польщенный и взволнованный таким доверием, Эмилиано готов был уже поверить, что перед ним не монсеньор Себастьяно Бригенти, священник, а в самом деле любимый герой, обратившийся к нему за помощью, чтобы совершить один из своих невероятных подвигов.
— Никто никогда не узнает, что вы были здесь, — твердо сказал он.
— Я доверяюсь тебе, — поблагодарил Себастьяно, сжав его плечо и глядя прямо в глаза.
Себастьяно не мог уничтожить содержимое чемоданчика. Документы, содержавшиеся в нем, были нужны, чтобы поддерживать расширившиеся связи организации. Он долго думал во время полета, что делать с ними, и решил довериться случаю. Этот серьезный и честный паренек встретился ему в подходящий момент. Что бы случилось, если бы он встретил кого-то другого из членов семьи? Кто-то на небе, видно, помогал ему в этом деле. Во всяком случае, теперь документы были в полной безопасности и могли быть легко востребованы в случае необходимости.
Одна только мысль тяготила его. Эстер и его дочь были так близко, а он не мог увидеть их.
— Дома все здоровы? — спросил он.
— Все в порядке, — ответил Эмилиано. — Даже мама, которая после рождения Лолы чувствовала себя неважно, сейчас здорова.
— А как Лола? — Голос Себастьяно слегка дрогнул.
— Вредная. Как и все малыши, — махнул рукой Эмилиано.
— А что делает папа?
— Клянет бумажные фабрики, которые создают ему проблемы с бумагой. А тетя Полиссена, — продолжал он, — наконец-то нашла себе возлюбленного. А мне разрешили одному ходить в кино.
Себастьяно поздравил его с этим достижением.
— В общем, мы договорились насчет нашей тайны?
— Никто никогда не узнает, что мы виделись, — уверил его мальчик. — А вы скоро вернетесь?
— Не знаю. Во всяком случае, запомни, — повторил Себастьяно, — если однажды кто-нибудь от моего имени придет за этим чемоданчиком, ты должен отдать его.
— Можете быть уверены, — пообещал Эмилиано.
Он помог Фабрицио вылезти из машины, снова посадил его на раму велосипеда и поехал к дому, не оборачиваясь.
По дороге он наклонился к малышу и сказал ему:
— Мы с тобой этого человека и эту машину никогда не видели. Ясно?
Фабрицио поднял на него огромные глаза.
— Клянусь, — торжественно обещал он.
Прежде чем направиться к себе, Эмилиано привел Фабрицио на кухню.
— Что ты устроил на этот раз? — всплеснула руками Джильда, увидев ссадину на коленке сына.
— Ничего страшного, — ответил тот. — Просто свалился с велосипеда.
Тем временем Эмилиано быстро привел себя в порядок и бегом спустился в столовую. Все уже были за столом. Он выдержал строгий взгляд отца, который молча укорял его за это неоправданное опоздание, и уселся на свое место.