Страница 21 из 52
Уже в начале второй пятилетки уровень тракторизации и механизации сельского хозяйства в БССР был выше, чем в Польше, тем более что в Польше развернулись процессы деградации сельского хозяйства, а в Восточной Белоруссии, наоборот, колхозы только укреплялись.
В-третьих, колхозам давали много денег. По словам председателя СНК БССР Н.М. Голодеда, вложения в сельское хозяйство БССР с 1928 по 1934 год составили 326,6 млн рублей. Колхозы получали сотни тысяч рублей кредитов на скот, машины и семена до такой степени, что они оказались перегруженными долгами. В среднем на белорусский колхоз приходилось по 15 тысяч рублей просроченного долга. Упомянутый колхоз «10-летия БССР» имел долг в 300 тысяч рублей. Не все колхозники быстро учились эффективно использовать кредиты и вовремя их возвращать, так что в 1934 году пришлось списать задолженность в размере 19,7 млн рублей из 34 млн рублей.
Для сравнения в Польше только богатый крестьянин мог получать кредиты в государственном сельхозбанке, а кредиты под залог зерна были доступны только помещикам, поскольку минимальный объем залога составлял 300 тонн, урожай примерно с 30 гектаров земли, если считать в амбарном весе. Даже кулак не мог сформировать такую партию, поскольку зерно шло на корм скота, лошадей, на личное потребление, на продажу. Для польской крестьянской бедноты был доступен только «кредит» кулака или еврея. Кстати, польские евреи далеко отставали от кулаков в ростовщичестве, и на них приходилось только 12,4 % всех ссуд, полученных крестьянскими хозяйствами по данным выборочных переписей. Кулацкие ссуды — 59,5 %[136].
Недостатки коллективизации в БССР были такими «недостатками», о которых польский крестьянин, не говоря уже о жителях белорусских и украинских «кре-сах» Польши, мог только мечтать в самых радужных снах. Избыток земли, избыток сельхозтехники, избыток кредитов — ничего этого у польских крестьян не было.
Уже в первые годы, когда колхозное хозяйство было еще далеко от своего совершенства и когда хозяйство велось весьма расточительными и нерациональными методами, тем не менее колхозники получали доходы побольше единоличников. Посмотрев на колхозную работу, в марте 1933 года единоличники Рысмовецкого сельсовета Бобруйского района написали письмо с призывом вступать в колхозы. В нем был момент, который стоит процитировать как есть в оригинале: «Калгаснік Гуткоускі да уступлення у сельскагаспадарчую арцель «Глуша» меу серадняцкую гаспадарку… Сям’я Гуткоускага атрымала сёлета у калгасе 67 п. збожжа (жыта), 10 п пшаніцьі, 27 п ячменю, 10 п ауса і 12 п круп. Разам — 125 п збожжавых, 200 п бульбы і 1044 р. грашыма. Чаму ж не радавацца Гуткоускаму? Ніхто з нас, аднаасобнікау, такога дахо-ду не мае»[137].
Что это? Это письмо крестьян на белорусском языке! В газету! И оно было напечатано, поскольку в БССР выходили такие газеты. В Восточной Белоруссии люди умели читать и писать на своем родном языке. В сборнике документов о коллективизации есть много документов на белорусском языке, в том числе официальные отчеты и доклады. Сравните с положением в Польше, «свободной и независимой», как считает Виктор Суворов, где белорусский язык был запрещен.
В этой цитате речь идет о том, как семья колхозника Гутовского, бывшего середняка, получила в колхозе на трудодни 125 пудов зерновых (2 тонны), 200 пудов картофеля (3,2 тонны) и 1044 рубля деньгами. «Чему ж не радоваться Гутовскому? Никто из нас, единоличников, такого дохода не имеет», — заключили единоличники и решили вступать в колхоз.
В колхозе им. ОГПУ Белоруссии, Минского района, тоже уже в самом начале коллективизации производство пошло в гору: «Если в 1931 году на трудодень выпадало зерновых 1 кг 150 г, 3 кг картофеля, полкило овощей и 81 коп. деньгами, то в 1932 году на каждый трудодень в колхозе выпало 1 кг 622 г зерна, 4 кг 400 г картофеля, 2 кг 400 г овощей, 3 руб. 12 коп. денег»[138]. Правление колхоза отмечает, что излишки картофеля и овощей они отдали соседним колхозам, у которых не хватало семян. В Польше такое невозможно себе представить.
Многие вслед за Виктором Суворовым считают, что в колхозе работали «за палочки». Во-первых, это ошибка. «Палочка» — это отметка о выходе на работу, от этой системы оплаты труда в колхозах отказались к 1933 году. Трудодень — это выполнение определенной нормы работ, в зависимости от трудоемкости и квалификации. В рабочий день можно было выработать до четырех трудодней, например ручная прополка пшеницы засчитывалась за четыре трудодня из-за ее исключительной трудоемкости. Во-вторых, приведена цена трудодня. Возьмем колхозный минимум — 110 трудодней. В колхозе им. ОГПУ Белоруссии такой колхозник получал 176 кг зерна, 484 кг картофеля, 264 кг овощей и 342 руб. 10 коп. деньгами. Некоторые колхозники вырабатывали до 600 трудодней: 960 кг зерна, 2,6 тонны картофеля, 1,4 тонны овощей и 1872 рубля деньгами. Этот сугубо ориентировочный расчет показывает, что хорошо поработавший колхозник в хорошем колхозе оставался после распределения на трудодни с хорошим запасом и деньгами.
Это, отмечу, самое начало коллективизации, когда недостатков в колхозном хозяйстве было более чем достаточно. На становление его ушло несколько лет, но самые передовые колхозы прошли этот путь уже к 1934–1935 годам.
Хорошее колхозное хозяйство получало такие прибыли, что могло за свой счет обзаводиться средствами производства. Председатель СНК БССР Н.М. Голодед рассказывал на XI Всебелорусском съезде Советов 14 января 1935 года о колхозе «Рассвет» Жлобинско-го района. Колхоз начал свою историю с 1920 года, в нем было 269 дворов и 1230 гектаров пашни. Далее председатель СНК БССР обрисовал их хозяйственные успехи: «Колхоз приобрел 2 автомашины, 2 трактора, двигатель, динамомашину, 6 сноповязалок, 2 сложные молотилки, одну льномялку, построил клуб на 400 мест, 2 жилых 6-квартирных дома, амбар на 300 тонн зерна, свинарник на 300 голов, 3 скотных двора на 450 голов, кузницу и мехмастерскую, пожарное депо, гараж, баню, маслосырный завод»[139].
Белорусские крестьяне в Западной Белоруссии о таких хозяйственных успехах не могли и мечтать. Да и польские кулаки тоже. На доход 8 злотых с гектара ни грузовика, ни трактора не купишь. Достижения колхоза «Рассвет» в Польше могли повторить только крупные помещики, и то не все.
Более того, колхоз отправлял своих членов учиться. 30 колхозников окончили техникумы, 6 — окончили вузы, один получил звание доцента. Феноменально! Пусть или сам Виктор Суворов, или кто-то из его сторонников попробует найти в Польше образца 1935 года хотя бы одну деревню, в которой в сельском хозяйстве работал бы доцент, выучившийся из крестьян. В советской Белоруссии было где учиться и у колхозников была возможность для учебы. К 1939 году в республике было 13 тысяч школ, в которых обучалось более миллиона учеников и 36 высших учебных заведений, в которых обучалось 16 тысяч студентов[140].
Тем временем механизация сельского хозяйства в БССР продолжалась. К 1935 году во всех районах было создано по машинно-тракторной станции, и приступили к формированию второго комплекта. За посевную кампанию 1936 года было создано 5 МТС. За 1936 год в Белоруссию было завезено 5 тысяч машин, в том числе 1400 тракторов, 107 грузовиков, 140 комбайнов, 300 тракторных картофелекопалок.
Разворачивание новых МТС продолжалось, поскольку вне охвата было еще 1975 колхозов с площадью 436,4 тысячи гектаров пашни. В 1937 году было решено создать еще 50 МТС и значительно усилить уже имеющиеся техникой. В 1939 году в БССР было 200 МТС, в которых было 7279 тракторов, которые обеспечивали 42,2 % всей тяги[141].
В этом же году одна БССР собрала 12,7 млн центнеров зерновых — примерно столько же, сколько во всей Польше, и 32,6 млн центнеров картофеля — больше, чем во всей Германии. Это было прямое следствие проведенной коллективизации и механизации полевых работ. Небольшая и не самая крупная республика в составе СССР по своему сельскохозяйственному производству имела примерно такой же вес, как вся довоенная Польша. Это зримое доказательство преимущества советского колхозного строя.
136
Польская деревня во время кризиса / Пол ред. В. Коларова. С. 38.
137
Завершение коллективизации сельского хозяйства и организационно-хозяйственное укрепление колхозов Белорусской ССР (1933 — июнь 1941 гг.). Сборник документов и материалов. С. 37.
138
Завершение коллективизации сельского хозяйства и организационно-хозяйственное укрепление колхозов Белорусской ССР (1933 — июнь 1941 гг.). Сборник документов и материалов. С. 39.
139
Завершение коллективизации сельского хозяйства и организационно-хозяйственное укрепление колхозов Белорусской ССР (1933 — июнь 1941 гг.). Сборник документов и материалов. С. 156.
140
Горбунов Т. Воссоединение белорусского народа в едином советском социалистическом государстве. С. 61.
141
Завершение коллективизации сельского хозяйства и организационно-хозяйственное укрепление колхозов Белорусской ССР (1933 — июнь 1941 гг.). Сборник документов и материалов. С. 187.