Даже не думай!

Домой?

Осознание собственной глупости, непоправимой ошибки, которую я совершила, пригвоздило меня к полу. Не в силах пошевелиться я стояла на лестнице и, хватая ртом воздух, мелко дрожала.

Даже, когда парень прошел мимо молчащей матери и стал подниматься на второй этаж, перепрыгивая через ступеньки, я не смогла заставить себя сдвинуться с места. Быть может, у меня была секунда-другая, прежде чем Керимов заметил бы меня. У меня появился бы шанс спрятаться в одной из пустых комнат. Но... зачем? Что изменит мое бегство?

Парализованная от страха так же сильно, как жертва, при виде неотвратимо приближающегося хищника, я настороженно наблюдала, как плавно двигается в мою сторону Керимов. Все внутри кричало о том, чтобы я сделала хоть что-нибудь, чтобы уйти с пути раздраженного до предела парня. Но, как во сне, я могла лишь смотреть, судорожно захватывая воздух. В груди было холодно и пусто. И даже дыхание причиняло невыносимую боль, будто в легкие попала вода. Щеки горели... от стыда.

Тимур увидел меня не сразу. Но увидев, остановился. Он разглядывал меня несколько мучительно долгих мгновений. И пока смотрел, лицо его неуловимо менялось. Налет злости, портивший идеальную физиономию парня, испарился. Керимов чуть прищурился, окинув меня с ног до головы внимательным взглядом. А затем усмехнулся. Его изящные губы растянулись в презрительной улыбке, и в глазах в то же мгновение появился злорадный блеск.

Мое сердце ухнуло куда-то в живот. Я начала пятиться, нервно цепляясь за стену, чтобы не упасть, вслепую переставляя ноги по ступенькам. Керимов вновь улыбнулся. Многообещающе, пугающе... И медленно, растягивая удовольствие и наблюдая за моей дрожью, стал подниматься мне навстречу.

Моя рука в какой-то момент не нашла опоры. Лестница, наконец, кончилась. Я едва не упала, споткнувшись о последнюю ступеньку, неловко покачнулась и удержала равновесие лишь каким-то чудом. Тимур хмыкнул и вырос передо мной в ту же секунду.

Сердце взлетело под горло. Желание ударить, унизить, причинить мне боль так ясно читалось в глазах Тимура, что мне стало жутко.

Слава Богу, Мария Керимова, о чем-то заговорившая со своим мужем в прихожей, спасла меня от неминуемой участи. Тимур прислушался к разговору родителей, нервно дернул плечом и, вцепившись в запястье, потащил меня вглубь по коридору, подальше от лестницы.

***

Я упиралась и старалась вырвать собственную руку из железной хватки парня. Но все было бесполезно. Парень сильнее сжимал мое запястье и молча тянул меня за собой. Всего через мгновение он впихнул меня в одну из комнат и захлопнул за нами дверь. Мы оказались в спальне. На стенах висели плакаты с изображением спортивных машин, в углу на стойке стояла электрогитара.

Едва почувствовав, что меня больше никто не держит, я отодвинулась от Тимура и замерла посреди комнаты, недалеко от кровати. Проходить дальше я не стала, трезво рассудив, что лучше оказаться поближе к выходу. На всякий случай...

Я все еще мелко дрожала, но скорее от напряжения, чем от страха. Как и всегда бывало со мной во время перепалок с Керимовым, я начала злиться. Эта злость еще не оформилась в слова. И четких мыслей о том, что говорить Тимуру, пока не появилось. Я лишь твердо была уверена в одном - я не позволю Керимову снова цепляться ко мне.

Да, я виновата в том, что приняла приглашение Марии. Но, слава богу, это не смертельная ошибка.

Тимур тем временем распахнул двери платяного шкафа и, вытаскивая рубашки и футболки, скидывал их на постель. Я наблюдала за ним с приличного расстояния, с удивлением отмечая, как ловко Керимов складывает майки, как расправляет складки пиджака, упаковывая его в спортивную сумку. Эта аккуратность, всегда импонирующая мне в мужчинах, в исполнении Тимура - раздражала.

Сборы заняли у парня всего несколько минут, в течение которых я молча пялилась на Керимова, ожидая скорого всплеска его негодования. Я не догадывалась, что именно задумал Тим. Но ничего хорошего ждать от него не приходилось. Я физически ощущала повисшее в воздухе напряжение между нами. Парень был слишком зол. А я слишком... устала.

Тимур застегнул свою сумку, в последний раз обвел комнату внимательным взглядом, проверяя, все ли упаковано и убрано на места. А затем... он обернулся ко мне, и я отпрянула, настолько мерзким показался мне Керимов в этот момент. Самодовольная улыбка озарила лицо парня, и мое воображение мгновенно нарисовало жуткие картины того, что сейчас может сделать со мной Тимур в качестве 'маленькой' мести.

Я боялась этого. И страх снова мешал мне думать. Я запуталась в собственных чувствах.

За прошлые годы Керимову удалось, если и не сломать меня, то приучить быть осторожной. Всегда, в любой момент ждать от него очередной едкой шутки и презрительных замечаний.

Чуть что: 'Ветрова, ну, и что ты опять натворила?' 'Ветрова, перестань', 'Ветрова, уймись, а?' 'ВЕТРОВА!!!'

Какого черта, он ко мне привязался?

Интересно, может у Керимова просто нереализованные потребности в заботе о ком-либо? Представить только, такой добрый-добрый дядя Тимур. Но на дядю он еще не тянет, а вот на старшего брата вполне. Тогда стоит начать называть его братиком и знакомить со своими парнями. Представив на минуту, как я отпрашиваюсь на свидание у Керимова, меня пробрал нервный смех.

Я сделала несколько шагов, уходя с дороги Керимова и сохраняя между нами приличную дистанцию. Освободила себе место для вынужденного отступления, если Тимур решится подойти.

Слишком часто Керимов причинял мне боль.

Но ведь ранить человека можно и без прикосновений. Слова иногда бьют куда сильнее пощечин. Керимов слишком давно со мной знаком. Он знает что говорить. У него вообще отличный нюх на мои болевые точки.

- Ну, что, Ветрова? - Тимур как всегда произнес мою фамилию с толикой презрения. - Хорошо отдохнула у нас в гостиной? Понравилось? Диван удобный, подушки мягкие? Кофе тебе не принести?

Я нахмурилась и едва сдержалась, чтобы не фыркнуть. Голова Тимура - кладезь бредовых идей. Проще молчать, чтобы не связываться с придурком.

- Ты язык проглотила? - недовольно поинтересовался Керимов. И мне захотелось рассмеяться, настолько очевидными стали все желания парня.

Тимур провоцировал меня на конфликт: ярко, грубо, несдержанно. Неумело, я бы даже сказала.

- Я не играю в эти игры,- тихо произнесла я. Удивляясь своей смелости, я чуть улыбнулась.

Эффект от моих слов превзошел все мои ожидания.

Керимов побледнел. О да, нужно отметить это событие фейерверком! Жаль, что побледнел всего лишь от гнева, а не от страха. Но для начала - сойдет.

Перестав улыбаться, я пыталась скрыть свой секундный испуг за серьезным выражением лица.

Тимур внимательно меня оглядел, замечая все: и как я нервно сглотнула, и как я не знаю, куда деть руки, и как сильно мне хочется сбежать. И что только стена за спиной придает мне сил и каплю уверенности.

Тим, вроде, успокоился: бунт среди придворных вот-вот будет подавлен. И лишь, заметив, что я продолжаю хранить молчание, Тимур взбесился еще больше. Всегда знала, что своим молчанием я могу довести его до белого каления.

Я отрицательно качнула головой. Тимур, разгадав мою тактику, неприятно усмехнулся. К сожалению, заставить его заткнуться я не могла.

- Как тебе у нас, удобно? - широким жестом парень обвел комнату. - Располагайся, чувствуй себя, как дома.

От предложения, сказанного таким тоном, мурашки побежали по коже.

- Спасибо, не надо, - пробормотала я сквозь зубы. Мои слова еще сильнее разозлили Тима.

- Странно. А я подумал, что ты здесь забыла что-то,- он мастерски изобразил легкое недоумение и жестко добавил. - Ты зачем вообще явилась?!

Боже, сколько можно терпеть эти издевательства? На что Тимур опять намекает?

- Я хотела помочь, - ответила чуть слышно.

- А кто тебя просил об этом?! - неожиданно взорвался Тим.