Страница 27 из 76
Простенькое суденышко потонуло вместе с надеждами добраться на нем до деревни Рамиреса. Правда, Гаме больше беспокоилась за Пола. С невыразимым облегчением она услышала голос мужа. Огляделась, но так его и не увидела.
Оказывается, Пол ухватился за противоположный конец тонущей гондолы. Помахав друг другу руками, они встретились на середине потока. Посмотрели какое-то время с благоговением на пять водопадов и по течению поплыли к далекому берегу.
ГЛАВА 13
Заложив руки за голову, специальный агент ФБР Мигель Гомес — далеко не малого телосложения — откинулся на спинку кресла и уставился на двух незнакомцев.
— Вы, господа, наверное, жить не можете без тортилий, раз поперлись к Энрико Педралесу.
— Оставим тортильи в покое, — ответил Остин. — Просто хотим задать Педралесу несколько вопросов.
— Исключено, — равнодушно произнес агент и покачал головой. Его темные, как изюмины, глаза смотрели на Остина устало и чуть подозрительно. (Типичный коповский взгляд.)
— Не понимаю, — сказал Остин, теряя терпение. — Назначьте ему встречу через секретаря, поезжайте и поговорите. Как деловые люди.
— Фермер — не просто деловой человек.
— Фермер? Он еще и сельским хозяйством занимается?
Гомес невольно улыбнулся во все тридцать два зуба.
— Ну, для вас это, может, и сельское хозяйство… Вы не слышали, как полиция отыскала кучу трупов, зарытых на нескольких приграничных ранчо?
— Слышали, — ответил Остин. — Во всех газетах было написано: откопали десятки трупов. Людей убили предположительно наркоторговцы.
— Я один из немногих, кого мексиканцы пропустили на ранчо. Угодья принадлежат Энрико, точнее, его ребятам.
Завала, хранивший до того молчание, спросил:
— Хотите сказать, что местный король тортилий — наркоторговец?
Гомес подался вперед и принялся перечислять, загибая пальцы:
— За ним наркотики, проституция, вымогательство, похищения, подделка лекарств, карманные кражи и оскорбление общественности. Все, что душе угодно. Его организация — как и любой другой конгломерат, который не складывает все яйца в одну корзину. Плохиши получают приказы с Уолл-стрит. Их любимое слово сегодня — разнообразие.
— Мафиози, — произнес Остин. — Они доставят нам хлопот.
— Ничего подобного. — Агент вошел в раж. — По сравнению с нашими мафиози сицилийцы — хор мальчиков. «Коза ностра» убивали человека, но не трогали его семью. Если перейдете дорогу браткам из России, они порешат и вас, и ваших детей с женой. Однако и для них это — вопрос бизнеса. Мексиканцы все воспринимают на свой счет. Любой, встающий у них на пути, оскорбляет их мужское достоинство. Энрико своих врагов убивать не любит. Он стирает в порошок их, их родственников и даже друзей.
— Спасибо за предупреждение, — ничуть не испугавшись, поблагодарил агента Остин. — Теперь скажите, как нам с ним увидеться?
Гомес разразился хриплым смехом. Он мысленно оценивал эту парочку, едва они вошли и предъявили удостоверения сотрудников НУМА. Про Агентство морских и подводных исследований Гомес знал только, что это — морской аналог НАСА. Остин и Завала, правда, ничуть не соответствовали представлениям фэбээровца об океанологах. Плечистый, загорелый Остин мог, наверное, протаранить стену, а тихий и лукаво улыбающийся Завала в маске да со шпагой стал бы идеальным кандидатом на роль Зорро.
— Ладно, ребята, — признавая поражение, Гомес покачал головой. — Пособничать самоубийцам противозаконно, поэтому расскажите-ка, что вы задумали. На кой ляд вам фабрика по производству тортилий, которой владеет мексиканский бандит?
— Неподалеку от этой самой фабрики произошел подводный взрыв. Вот мы и хотим задать Педралесу парочку вопросов. Мы не ФБР, а простые исследователи моря.
— Разницы нет. Все федералы — враги. Вопросы о бизнесе Энрико воспринимает как угрозу. Он и не за такое людей убивал.
— Послушайте, агент Гомес, мы не стали ломиться в парадные двери, — сказал Остин. — Пробовали окольные пути. Мексиканская полиция утверждает, что якобы взорвался теплопровод. Все, дело закрыто. Тогда мы подумали, что владелец фабрики должен быть в курсе случившегося, и отзвонились в Министерство торговли. Там испуганно ответили: фабрика принадлежит Энрико, и лучше бы нам обратиться в периферийное отделение ФБР в Сан-Диего и спросить Гомеса. То есть вас. Пора сделать следующий шаг. У Энрико есть офис в США?
— Границу он не пересекает. Иначе мы его сразу сцапаем.
— Тогда отправимся к нему сами.
— Это нелегко. Энрико Педралес служил в полиции, и теперь мексиканские стражи порядка у него на зарплате. Шугают всех: информаторов, конкурентов — любого, кто может доставить боссу неудобства.
Достав из ящика две пухлые папки, Гомес разложил их на столе.
— В одном досье — все грязные делишки Энрико, в другом — его легальные операции. Ему же надо отмывать добытые нечестным путем денежки, вот он и основал несколько законных предприятий. Фабрика по производству тортилий — настоящий флагман. С тех пор как тортильи пробились на американский рынок, они приносят Энрико миллионы долларов прибыли. Бизнес контролируют несколько компаний. Не верите — загляните в ближайший супермаркет. Энрико, пользуясь связями в правительстве, дал кому надо на лапу и запустил пальцы в пирог. — Агент Гомес подвинул папки Остину и Завале. — Пределов отделения эти документы не покинут, но почитать их можно.
Поблагодарив фэбээровца, Курт прихватил папки в небольшую комнату для совещаний. Они с Завалой уселись друг напротив друга за столом и поделили материалы: Завале достались легальные дела Педралеса. Договорившись кричать, если найдется что-нибудь интересное, принялись за чтение. Остин хотел узнать побольше о человеке, с которым предстоит работать, и чем дальше он вчитывался в досье, тем меньше оно ему нравилось. Разве может быть в одном человеке сосредоточено столько зла? Энрико был причастен к сотням убийств, и каждое имело его отвратительный почерк. Остин только порадовался, когда Завала оторвал его от чтения.
— Нашел! — воскликнул тот и зашелестел страницами. — Это легенда и отчеты о наблюдениях за фабрикой по производству тортилий. Энрико владеет ею около двух лет. Фэбээровцы туда наведались, осмотрелись и не нашли ничего подозрительного. Проделали то же, что и мы, за исключением одной маленькой вылазки, которую предпринял я. В отчете указано: фабрика работает на законных основаниях.
— И ни слова о подводной станции?
Завала нахмурился.
— He-а. Ни слова.
— Неудивительно. Корпус станции могли погрузить в лагуну ночью.
— Логично. А у тебя что? Нашел зацепки?
— Да, наш клиент — ужасно отвратительная сволочь. Но поговорить с ним надо.
— Гомес предупредил: это нереально. Есть идеи?
— Имеется одна задумка. — Остин передал Завале лист из папки. — Перечень хобби Энрико Педралеса: вино, бабы, скаковые лошади, азартные игры… все, как обычно. Кроме одного пункта.
Завала сразу понял, о чем говорит напарник.
— Энрико коллекционирует мушкеты. Знаю я одного типа со схожими наклонностями.
Остин улыбнулся. Он и вправду серьезно увлекался старинным огнестрельным оружием. Лодочный сарай на реке Потомак, превращенный в дом, был увешан элегантными орудиями смерти. Самые ценные экземпляры хранились в подвале, а целиком коллекция Остина представляла собой одно из самых прекрасных собраний мушкетов в стране.
— Помнишь, я купил пару новых пистолетов накануне гонки? Отличные образчики, но у меня в коллекции уже есть точно такие. Я как раз подумывал сбыть обновку другому коллекционеру.
— Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь. Как дать Энрико понять, что они доступны?
— У каждого дилера имеется список клиентов, покупателей можно пробить по базе. Неизвестно, когда появятся необычные коллекционные экземпляры или как долго дилер сможет сохранять за сделкой статус исключительной. Позвоню парочке дилеров и скажу, что мне надо срочно продать два пистолета. Создам видимость чрезвычайного положения. Бандит не упустит шанса наколоть простофилю в нужде.