Страница 11 из 76
Судмедэксперты, похоже, сворачивали лавочку. Остин попросил матроса передать свою визитку главному.
Матрос привел мужчину лет сорока, с песочного цвета шевелюрой. На ходу эксперт стягивал с себя залитый кровью дождевик и перчатки. От маски избавляться он не спешил.
— Мистер Остин, — сказал он, возвращая карточку. — Я Джейсон Уизерел из Агентства по защите окружающей среды. Рад, что НУМА заинтересовалось этим делом. Нам бы пригодились ваши ресурсы.
— Всегда рады помочь вам. Я, правда, неофициально. Участвовал в гонке, как раз когда появились мертвые киты.
— Я смотрел новости. — Уизерел хохотнул. — Ну и маневр вы провернули! Жаль ваш катер.
— Спасибо. Вы сделали заключение по китам?
— Еще бы, они умерли от ХЗ.
— Простите?
Уизерел широко ухмыльнулся.
— Хрен знает. ХЗ.
Остин терпеливо улыбнулся. Патологоанатомы порой откалывают гнусные шутки. Просто чтобы не свихнуться на работе.
— Догадки есть?
— Ну, пока что могу сказать следующее: следов травм или токсинов нет. Еще мы проверили ткани на вирусы. Результаты тоже отрицательные. Один из китов запутался в моново- локонной рыболовной сети; правда, она ему жить не мешала.
— То есть пока вы не знаете, как умерли киты?
— О, как же, знаем. Они задохнулись. От сильного повреждения легких началась пневмония. Само повреждение — результат сильного перегрева.
— Перегрева? Что-то я не понимаю.
— Сейчас объясню. Нутро животных частично сварилось, кожа покрыта волдырями.
— И что послужило причиной?
— ХЗ. — Уизерел пожал плечами.
Остин задумался.
— Если причина пока неизвестна, то, может быть, известно время?
— Тоже трудный вопрос. Вредоносное воздействие убило их не сразу. Животные, захворав, какое-то время еще плыли вдоль побережья несколько дней. Молодняк, пострадавший больше, отставал. Взрослые особи задерживались, ждали детенышей. Следует учитывать, что тела не сразу всплыли. Какое- то время они подгнивали на глубине, разбухая от газов.
— Значит, можно отследить, где умерли киты? Надо учесть время, проведенное в пути, и время, потраченное на кормежку. Силу течений… — Остин покачал головой. — Жаль, киты не расскажут, где они были.
Уизерел хихикнул.
— Ну почему не расскажут? Идемте, кое-что покажу.
Эксперт повел Остина мимо поддонов в лужах стекающей в сливные отверстия кровавой воды. Вблизи мертвых китов вонь шибала с силой кузнечного молота, однако Уизерел ее, похоже, не чувствовал.
— Самец, — прокомментировал он, останавливаясь подле первой туши. — Прекрасно видно, почему этих китов называют серыми: их естественный цвет кожи темный. Правда, у этого шкура бугристая: китовые вши поработали. Кстати, когда он поступил к нам, то в длину составлял сорок один фут. Это мы его потом подрезали. — Они проследовали ко второму поддону. На нем лежала уменьшенная копия первого кита. — Китенок, мальчик. Возраст всего несколько месяцев. Были и другие детеныши, поэтому мы не знаем, рожден ли он самкой, представленной здесь. — Они остановились у последнего поддона. — Самка, крупнее самца. Как и у соплеменников, у нее нет внешних летальных повреждений. А вот что вас заинтересует.
Одолжив у коллеги нож, эксперт забрался на поддон и принялся ковыряться в плавнике самки. Минуту спустя спрыгнул на пол и передал Остину квадратик из пластика и металла.
— Передатчик? — спросил Остин.
— Спутник, — Уизерел ткнул пальцем вверх, — отслеживал все перемещения этой старушки. Найдите того, кто курировал ее, и будет вам место и время пребывания китов.
— Вы гений, мистер Уизерел.
— Всего лишь скромный госслужащий вроде вас. Делаю свою работу. — Он забрал передатчик. — Эту вещицу я придержу у себя. На обороте есть телефонный номер, воспользуйтесь им.
Переписав номер в блокнот, Остин поблагодарил патана- тома за помощь. По пути к выходу он спросил у Уизерела:
— Кстати, почему выбрали именно эти три туши?
— Особо я ничем не руководствовался. Попросил военных моряков выделить три наиболее представительные тушки. Как ни странно, меня послушали.
— Если бы вы изучили больше тел, это помогло бы установить причину смерти?
— Сомневаюсь, — сухо ответил Уизерел. — Этих трех китов убило то же, что и прочих. Да и чего теперь дергаться, поезд уехал. Военные так поработали над трупами, что от них и на тарелочку суси ничего не осталось.
Вот вам еще примерчик сурового медицинского юмора.
Сняв маску и бросив последний взгляд на останки величественных морских животных, Остин поблагодарил Уизерела и матроса Каммингса. Затем вышел в прохладную ночь и несколько раз глубоко вдохнул, словно надеялся очистить от пропитанного гнилью воздуха легкие, а заодно и память. На другом конце порта светом далекого города горели огни авианосца. В отеле Остин сразу поспешил в номер. Впрочем, шел он недостаточно быстро — кое-кто из гостей и персонала сморщился, уловив остатки трупного запаха.
У себя Курт бросил защитного цвета брюки и белую сорочку в корзину для грязного белья и надолго заперся в душе. Дважды вымыл голову с шампунем под горячими струями. После, переодевшись в слаксы и тенниску, устроился поудобнее в кресле и позвонил по номеру с передатчика. Его перебросило на голосовую почту. Неудивительно — правительство не станет держать на зарплате человека, который только и сидит в ожидании звонка о судьбе китов. Оставлять сообщение Остин не хотел — жди потом ответа несколько дней. Он позвонил в круглосуточную диспетчерскую штаб-квартиры НУМА недалеко от Вашингтона. Сделал запрос, и буквально через полчаса ему перезвонили.
— Мистер Остин? Меня зовут Ванда Перелли. Я из МИДа. Позвонили из НУМА и передали, что вы хотите переговорить. Якобы дело важное.
— Да, спасибо, что перезвонили. Жаль беспокоить вас в нерабочее время, но… вы не слышали о серых китах у побережья Калифорнии?
— Слышала. Откуда у вас, кстати, мой номер?
— Списал с передатчика. Прибор вырезали из плавника мертвой самки.
— Боже мой, Дейзи… Вы нашли ее стадо. Я три года следила за Дейзи, она стала мне почти родной.
— Сочувствую. Всего мы нашли четырнадцать мертвых особей. Дейзи выбрали наугад для аутопсии.
Женщина шумно вздохнула.
— Ужасные новости. Мы так старались, защищая серых, и они почти восстановились… Теперь ждем результатов вскрытия.
— Я буквально только что говорил с патанатомом. Причина смерти — не вирус и не загрязнение. Киты умерли от повреждений, причиненных перегревом. Вы прежде с подобным не сталкивались?
— Нет, ни разу. Источник перегрева установили?
— Пока нет. Я хотел выяснить, где киты находились недавно. Может, это прольет свет на трагедию?
— Я занималась стаей Дейзи, они довольно занятно мигрируют. Перед броском в десять тысяч миль все лето кормятся в Арктическом море и после следуют на юг, вдоль тихоокеанского побережья, к лагунам Нижней Калифорнии, где размножаются. Миграция стартует в ноябре-декабре и заканчивается в начале следующего года. Они плывут либо цепочкой, либо парами: сначала беременные самки, потом прочие взрослые особи и дальше детеныши. Киты держатся довольно близко к береговой линии. В обратный путь отправляются в марте. Обремененные детенышами могут прождать и до апреля. И все так же они плывут поближе к берегу. Передвигаются медленно, в среднем со скоростью десять миль в час.
— Перед гонкой нас проинструктировали, велели сохранять бдительность. Хотя гонялись мы после миграции китов, и поблизости серых не было.
— Скорее всего, эти киты отстали от основной группы. Заболел детеныш, и они остановились, пока тот не выздоровел. Другого объяснения найти не могу.
— Патанатом предлагает ту же теорию. Вы записываете передвижения китов?
— Да. Ноутбук у вас под рукой?
— Куда же я без него?
— Отлично. Какой у вас е-мейл? Сейчас войду в базу данных и перешлю вам информацию. Глазом моргнуть не успеете.
— Благодарю. Вот это сервис у вас, я в восторге!