Страница 17 из 20
И в какой-то момент, во время сражения около его дома, моги захватили Сэма и либо убили его, либо взяли в плен.
При слове «плен» я вспоминаю кое-что из тех времен, когда я, сидя в центре слежения, шнырял по серверу подземного комплекса. И хотя прошел уже почти год, я хорошо помню тот приказ, приписывающий в дальнейшем доставлять всех пленных и подозреваемых на базу в Далс, Нью-Мехико. Если Сэма захватили несколько недель назад, то весьма вероятно, что его держат именно там.
Гляжу на Малкольма, лежащего на полу спиной ко мне.
― Малкольм, ― зову я.
Он оборачивается. И по его лицу я вижу, насколько он запутался в сомнениях, раздавлен виной и горем. Именно поиски сына были его движущей силой с тех пор, как мы сбежали из Эшвуда.
― Мне кажется, я знаю, где твой сын.
Глава 13
Отхожу назад, пока Малкольм открывает гараж. Внутри, под слоем пыли, обнаруживается древний «Шеви Рамблер».
― Ну надо же! Сохранился, ― говорит Малкольм, бросаясь к пассажирской двери.
Гараж располагается на территории складского комплекса, на окраине Парадайз. По словам Малкольма, он оплатил аренду на много лет вперед, плюс держал машину всегда заправленной на случай, если приспичит срочно покинуть город. По закону подлости, много лет назад моги взяли его, как раз когда он направлялся в этот гараж.
― Ты делаешь явные успехи, ― впечатляюсь я его памятью.
― Есть немного, ― хитро улыбается он. ― С тобой попробуй не вспомни. Должно быть, твои настырные вопросы во всем виноваты. ― Смеюсь в ответ. Малкольм принимается рыться в бардачке, а потом демонстрирует мне находку, высунув ее через открытую дверь машины.
Это очки.
― Ура! ― радостно восклицает он и, протерев линзы краем футболки, водружает очки себе на нос. ― Передать не могу, какое удовольствие снова видеть мир резким. Как же давно это было!
Малкольм откидывается на спинку сиденья и бросает на меня взгляд через лобовое стекло.
― Изумительно! ― довольно вздыхает он.
― А я и не знал, что тебе нужны очки.
― Еще как нужны! На самом деле, сейчас я впервые вижу твое лицо, а не непонятное месиво. ― Он оценивает меня прищуренным взглядом. ― Вот теперь я определенно вижу в тебе могадорские черты. Да-да, в твоем лице однозначно есть что-то зловещее.
Ржу в ответ и показываю ему неприличный жест. Шуточки насчет моего происхождения уже давно стали у нас дежурными. На самом деле, то, что мы шутим на эту тему, лишь доказывает, насколько Малкольм принял меня.
― Бак полный? ― уточняю я.
Малкольм перегибается к рулю и, запустив двигатель, всматривается в стрелку показателя уровня топлива.
― Почти.
Он перебирается за руль, уступая мне пассажирское место. В Нью-Мехико мы поедем налегке.
― Ты как? Готов ехать? ― спрашивает Малкольм.
― Ни капельки, ― признаюсь я.
― Ясно, ― кивает он. ― Я тоже.
И на этой радостной ноте мы отправляемся в путь.
Не путешествуй мы скрытно, выбирая второстепенные дороги, дабы избежать обнаружения, наш путь до базы составил бы дня три. А так он займет почти неделю.
Но я только рад потянуть время.
Сидя рядом с Малкольмом, я вдруг понимаю, что, возможно, мы едем прямиком к нашей смерти. И что так же, как мне пришлось попрощаться с Первой, мне, возможно, придется попрощаться и с Малкольмом. Стоило только найти человека, заменившего мне отца, как я вынужден отправиться в возможно самоубийственную для нас миссию. Я не могу быть сыном Малкольма ― он у него уже есть, а у меня ― к худу или к добру ― уже есть отец. Но все же я могу помочь спасти Сэма.
Я помню, как Первая признала во мне героя, как она хотела, чтобы я занялся чем-то действительно важным.
Однако, как выяснилось, герой это не столько слава и почести, сколько самопожертвование. И я по-прежнему не ощущаю себя к этому готовым. Я был бы счастлив, если б наша с Малкольмом поездка длилась бесконечно. Но как только мы пересечем границу штата Нью-Мехико, от базы нас будет разделять всего несколько часов.
Признаться, значительная часть меня вовсе не хочет искать никакого Сэма. Раз нормальной жизни мне не видать, я бы предпочел остаться с Малкольмом и жить на отшибе общества, скрываясь от могов.
Но я знаю: это невозможно.
И понимаю: то, что мы делаем ― должно быть сделано.
Сейчас мы находимся у ограды базы. С наступлением сумерек мы оставили машину в пустыне и двинулись по еще горячему песку к периметровому ограждению под напряжением, отстоящему от самого комплекса примерно на четверть мили. Малкольм объяснил, что знал, как найти базу благодаря своему заговорно-пришельческому прошлому, когда он еще понятия не имел ни о каких могах или лориенцах, а информация об инопланетянах ограничивалась писаниной в бюллетенях о заговорах да бесчисленными просмотрами фильма «Близкие контакты третьей степени». [6]В то время база в Далсе была чем-то вроде громоотвода для всяких безумных слухов о том, что правительство якобы скрывает существование пришельцев. Но по иронии судьбы все эти спекуляции, как сказал Малкольм, должно быть, лишь подготовили людей к контакту с настоящими инопланетянами. И до недавнего времени база в Далсе была самой обыкновенной военной базой.
― Видишь, мы с моими друзьями-параноиками предвидели будущее, ― пошутил Малкольм.
Низко пригнувшись к земле, так как по периметру могут быть расставлены камеры слежения, мы добираемся до дальнего угла ограды, дальше всех расположенному от въезда на базу. По мнению Малкольма здесь, вдали от входа, охрана может быть не такой внимательной.
Не смотря на знания Малкольма, почерпнутые из информационных бюллетеней, и те незначительные сведения, что мы выудили из всемирной паутины, заехав по дороге в интернет-кафе, мало чего можно найти о секретной правительственной базе через общедоступные каналы. Поэтому мы действуем практически вслепую.
Малкольм достает пару дешевых биноклей, купленных нами на стоянке для грузовиков, и мы тщательно обследуем территорию базы.
Спустя минуту Малкольм указывает мне на дозорную вышку в нескольких сотнях метров от нас. С трудом различаю в сгущающихся сумерках установленный в нескольких шагах от вышки генератор. Вся надежда на то, что этот генератор питает охранную систему. Тогда я снесу его своим Наследием, и у нас появится шанс проникнуть внутрь базы.
― До вышки где-то метров 300… Нет, пожалуй, 400.
― Угу, ― соглашаюсь я и начинаю бить кулаком по ладони ― для меня это стало чем-то вроде мини-ритуала перед обращением к Наследию. Смысла в разогреве руки особого нет ― моя меткость от этого не повысится, потому что сила покоится глубоко внутри меня и исходит не из рук ― но этот жест превратился в привычку.
― Адам, это же почти три футбольных поля ― такую дальность мы не отрабатывали.
― Я справлюсь, ― уверенно заявляю я.
На самом деле никакой уверенности я не чувствую, но порой, когда действуешь уверенно, шансы повышаются.
Тянусь вглубь себя, фиксируя взгляд только на зоне вокруг вышки и генератора.
Я давно понял, что вся фишка в гневе. Моем личном гневе. В первые недели, чтобы вызвать Наследие, я вспоминал ярость Первой от потери Хильды, но вскоре это перестало действовать, и мне пришлось искать ярость в себе.
Поэтому теперь я думаю о Келли ― как ей было стыдно даже говорить со мной! Потом о маме, бросившей меня гнить в моговской лаборатории. Вспоминаю Иваника, как его руки толкают меня в спину на дно оврага. Но больше всего я думаю об отце: его меч, торчащий из спины Ханну; вынесенный мне смертный приговор; и кучу других несправедливостей, сопровождавших всю мою жизнь.
Ненавижу их всех. Ненавижу все их убеждения.
И затем я чувствую это: мою силу, мою ярость, они поднимаются из глубин земли, ища дозорную вышку. Мне чудится, будто гигантская каменная рука разгибает пальцы, лаская землю.
6
амер. научно-фантастический фильм 1977 г. от Спилберга ― прим. переводчика