Восхождение девяти

Но нахожу я только крошечные потрескавшиеся обыкновенныекамушки. Дыхание мое сбивается, пот льет у меня по лицу и глазам,наконец, я останавливаюсь и сажусь. Я не могу позволить себерастрачивать остатки своей энергии, мне надо идти. Мне надо найтиводу и убежище. Я поднимаю голову вверх и прислушиваюсь к ветру,надеясь на какой-либо знак, но ничего и никого нет. Ничего, кромепесков и дюн вокруг и настолько далеко, насколько могут видеть моиглаза. Мне ничего не остаеться делать, как уходить. Я смотрю насолнце, ориентируюсь по собственной тени и начинаю тащиться попеску.

Я продвигаюсь на север. Не имея защиты для своих глаз от палящихлучей, текущий по лицу пот щипает их, и все тело мое болит отхлещущего навстречу мне горячего песка, в какой-то степени я ощущаюсебя уязвимой, такого чувства я ранее никогда не испытывала. Кудани глянь, необозримый, один и тот же пейзаж, я знаю, мой организм втечение длительного времени не выдержит это интенсивное солнце. Я струдом преодолеваю несколько шагов, затем я делаюсь невидимой,чтобы защититься от неослабевающей жары. При этом любому человекуобнаружить меня станет затруднительно, но выбора у меня нет.

Иной раз я использую телекинез, чтобы парить над землей, но лишьради того, чтобы держать свои ноги подальше от жгучего песка.Обозрение с высоты лишь подтверждает мою оценку далекогораспространения песка, песок и снова песок. Я прищуриваюсь, надеясьувидеть дорогу или любого рода другой признак цивилизации, новсякий раз я нахожу дюну. Лишь один единственный объект чем-товыделяется, единственное изменение в поле моего зрения средибесконечного песка, появляется в виде зловеще цветущего кактуса иобломков окаменевшего дерева. Ясное, безоблачное небо издеваетсянадо мной, не предлагая мне даже кусочка тени для манипуляций посозданию грозы. Когда я приблизилась, я вскрыла первый кактус, яразоряю их, чтобы набрать достаточное количество воды и начатьутолять жажду.

В конце концов, моя энергия и бодрость почти на исходе, а горына горизонте дают мне, по крайней мере, небольшую надежду наспасение. Они, похоже, на расстоянии еще одного дня ходьбы, хотятвердой уверенности в этом нет. Ясно лишь то, что они слишкомдалеки, чтобы достичь их сегодня, и этого оказалось достаточно,чтобы ослабить мою надежду на спасение. Я знаю, что необходимонайти укрытие.

Я становлюсь видимой и надеюсь, что кто-нибудь увидит меня. Ясмотрю в небо и, впервые за день, вижу группу облаков. Мое сердцеколотится, я чувствую небольшой прилив сил, я даже растерялась. Яконцентрируюсь на создании бури, просто крошечной бури, у меня надголовой. Дождь, несмотря на свою краткость, просто потрясающий. Этоединственная причина, почему я не разваливаюсь и не сдаюсь.

Я продолжаю двигаться до тех пор, пока низкая изгородь изколючей проволоки не преграждает мне путь. За ней вдалеке яразличаю грунтовую дорогу. Это первый признак цивилизации, которыйя обнаружила, и так этому обрадовалась, ведь даже с моим темпомходьбы я смогу до нее добраться. Я прохожу по дороге милю или околотого перед тем как достичь небольшого холма, на котором яостанавливаюсь. С другой стороны, чедесным образом, я вижуочертания нескольких небольших строений. Я не могу в это поверить.Стоит ли в это верить? Это должно быть мираж.

Но, нет. Чем ближе я подхожу, тем больше убеждаюсь, что этиструктуры, эти признаки жизни, являются реальными. К сожалению, чемближе я подхожу, я также замечаю множество дыр и обрушений взданиях, заброшенные деревянные скелеты под неустанными атакамипустыни. Эти здания представляют собою то, что происходит с вами,когда вы застряете в таком месте, как это. Я наткнулась нагород-призрак.

Прежде чем разочарование заставит меня стать на колени, ясосредотачиваюсь на поисках того, что, здесь, возможно,сохранилось. Перед окончательным разрушением. Водопровод? Колодец?Я тыкаюсь повсюду, ищу внутри и вне строений источник воды. Янацелилась только на одно, основное. Мне нужно найти воду. Каждыйнуждается в воде, так что должен же где-то быть какой-нибудьисточник, правильно?

Нет. Или, просто, я не могу его найти. Я догадываюсь, тутобязательно был раньше хороший источник, но сейчас его нет.Захоронен в песке, разрушен космическими пришельцами, кто знает?Отчаяние одолевает меня, да такое сильное, какого раньше я никогдане испытывала. В одиночестве, не имея ни воды, ни пищи, ни крышинад головой. Я взвыла, да так громко, как только смогла, “Есть литут кто-нибудь? Пожалуйста! Любой! Кто-нибудь”!

Где-то справа от меня скрипит деревянная балка. Это не такойответ, на который я расчитываю.

Я осматриваю каждое здание изнутри, как и ожидалось, каждоеследующее оказывается более пустым, чем предыдущее. После того какя убедилась, что кроме меня здесь нет никого, я выбираю себеуголок, который, предположительно, был когда-то продуктовыммагазином, чтобы немного отдохнуть. Чтобы просто развлечься, япытаюсь представить себе это здание полное продовольствия и воды. Япритворяюсь, что я собираюсь готовить еду для всех остальных членовАвангарда. За длинным столом, я представляю, сидит Марина междуВосьмым и Эллой. Я посадила Джона во главе стола, а самарасположилась на противоположном конце. Я полагаю, с нами иДевятый, и Пятый. Они дурачатся друг с другом, и делятся своимиисториями о тех местах, в которых они побывали. Каждый смеется,поздравляют меня с удачным обедом, а я радостно предлагаю им всемразбирать предложенные угощения.

“Какое для вас самое приятное воспоминание о Земле на данныймомент”? Я представляю, как Марина обращается к застолью.

“Именно в данный момент”, говорит Джон. “Это место, здесь этоединственное место. Мы все вместе и мы в безопасности”.

Мы все соглашаемся, поднимаем бокалы за успешное окончаниепоисков друг друга. Пятый встает, выходит из комнаты и снова входитс огромным шоколадным тортом. Все радуются и блюдо пошло по рукам.Когда я откусила, о, это самое удивительное блюдо, которое якогда-либо пробовала.

Конечно, ничего этого не происходит. Я всего лишь одинокий,безумный человек, сидящий в заброшенном, разломанном продуктовоммагазине в центре пустыни. Я должно быть сумасшедшая, потому что,когда я вышла из своих мечтаний о пире с Авангардом, я осознаваласебя жующей. Пережевывание воздуха с довольной улыбкой на лице. Ятрясу головой и даю волю слезам. Я сражалась с Могами, выжила вМогадорианской клетке, видела, как умирает Катарина, и все это радитого, чтобы самой умереть в пустыне, в полном одиночестве. Яподтягиваю колени к груди и опускаю на них лоб. Я должнаразработать себе план действия.

Когда я оставляю город-призрак, по-прежнему стоит знойная жара.Некоторое время я отдыхала от солнца, а теперь я знаю, что должнапродолжать продвигаться, пока не потеряла все свои силы. Я прошлауже около мили в сторону гор по раскаленному песку, когда вдругощутила интенсивные судороги в ногах и в желудке. Я использую тонебольшое количество ментальной энергии, которое у меня ещеосталось, на выкорчевывание нескольких близко расположенныхкактусов и добычу из них глотка воды.

Я концентрируюсь на своей Наследственной способности и пытаюсьвызвать другую грозу из нескольких тощих облачков над головой, новсе, что я сумела создать, это столб песка, который осыпает меня,закапывая по колено.

Впервые, я не просто нервничала из-за того, что не сработало, яиспугалась, что умру здесь. У меня не осталось ничего. Старейшиныизбрали меня как воина, чтобы спасти нашу расу, а я собираюсьумереть в середине пустыни.

Я ощущаю, что начинаю паниковать, по-достоинству оцениввозможность смерти. Я достаточно хорошо знаю, что не имею правоумирать - я так здесь уязвима, ведь если я умру, это окажется длявсех тяжелым ударом. Находясь в таком отчаянном положении, явспоминаю последнюю ночь, и мое мнимое пиршество с остальнымиАвангардовцами. Желая поддержать себя, я сосредотачиваюсь наразмышлениях о том, что бы я желала им сказать прямо сейчас.

Привет, Марина, как дела? У меня? Я в пустыне, направляюсь ккакой-то горе. Я думаю, что нахожусь где-то в Нью-Мексико,основываюсь на том, что сказал Восьмой про то, куда ранее он имелвозможность телепортироваться. Марина, я слабею. Я не знаю, какдолго могу выдержать. Я также не знаю, где находитесь вы, но,пожалуйста, пожалуйста, найди способ собраться всем вместе, измест, где вы приземлились и прийдите, найдите меня.