Страница 49 из 87
– Нет, всего только в восемь. Жаль было бы пропуститьигру. – Мэтт не стал говорить, что до развода не пропустил ниодного матча, когда играла команда Роберта. Да и после, бывая вОкленде, тоже. Там Роберт играл в регби.
– Пип так надеялась, что вы приедете. Спасибо, что неразочаровали ее, – благодарно прошептала Офелия. Надо отдатьему должное – Мэтт умел держать слово.
– Пропустить игру?! Да ни за что на свете! Между прочил! ясам когда-то был тренером, – похвастался Мэтт.
– Только не вздумайте сказать об этом Пип, –испугалась Офелия. – А то она заставит вас записаться вкоманду!
Переглянувшись, они расхохотались и принялись следить за игрой.Пип играла на удивление хорошо и даже умудрилась забить гол.Немного погодя появилась Андреа, толкая перед собой прогулочнуюколяску с малышом. Офелия познакомила ее с Мэттом, и какое-то времявсе трое болтали. Она старалась не замечать намеков Андреа и техвыразительных взглядов, которые подруга бросала в ее сторону.Безмятежно улыбаясь, Офелия делала вид, что ничего не понимает. Туточень кстати малыш проголодался и поднял крик. Прошло не меньшеполучаса, прежде чем они ушли. Однако Офелия ничуть не сомневалась,что, едва вернувшись домой, Андреа кинется ей звонить – порукойтому был еще один на редкость выразительный взгляд. Но Офелия ибровью не повела. Сделав вид, будто не понимает, что подругасгорает от желания поговорить, она с улыбкой кивнула ей в ответ ипродолжала болтать с Мэттом.
– Она крестная Пип и одна из моих самых старыхподруг, – объяснила она Мэтту.
– Да, знаю. Пип все уши прожужжала мне о ней и о ее малыше.И если она ничего не перепутала, то ваша подруга – на редкостьхрабрая женщина.
Мэтт имел в виду идею Андреа обратиться в банк спермы, о которойтак бесхитростно рассказала Пип. Конечно, прямо он не сказал, ноОфелия без труда догадалась, о чем он говорит. Она уже и до этогоне раз успела отметить его деликатность.
– Да, поступок мужественный, но Андреа к тому временирешила, что вряд ли выйдет замуж. А сейчас она просто не надышитсяна своего малыша!
– Славный парнишка, – кивнул Мэтт, и оба сновапринялись следить за игрой.
Команда Пип выиграла, и Офелия вместе с Мэттом ликовали. Аувидев Пип с триумфальной улыбкой на лице, принялись наперебой еепоздравлять.
Мэтт пригласил их пообедать, и по просьбе Пип они отправилисьпраздновать победу ее команды в блинную. Время пролетело незаметно,и вскоре Мэтт засобирался домой. Ему хотелось еще немногопоработать над портретом, торопливо объяснил он на ухо Пип, покаони шли к машине. И она понимающе подмигнула в ответ. Пип с Офелиейпоехали домой. Телефон зазвонил в тот момент, когда они отпиралидверь. Впрочем, она заранее могла сказать, кто звонит.
– Ну-ну… значит, теперь он даже приходит поболеть заПип! – ехидно пропела Андреа. Офелия только молча покачалаголовой. – А я-то решила, что ты вытащила меня на стадион,просто чтобы не торчать там одной!
– А вдруг он попросту влюбился в нее и в один прекрасныйдень возьмет да и станет моим зятем? – рассмеялась Офелия.Чего-то в этом роде она и ожидала. – Так что я вовсе за тебяне цепляюсь.
– Ну и слава Богу – не то я решила бы, что ты окончательноспятила, потому что твой Мэтт – самый симпатичный из всех мужчин,которых я видела за последнее время! Что тут думать?! Если у неговсе в порядке, так хватай его и держи покрепче! Кстати, а ты какдумаешь, он нормальный? – вдруг осеклась Андреа, и в голосе еепослышалось сомнение.
– Не поняла. Ты насчет чего? – Офелия не сразусообразила, о чем она. Ничего подобного ей и в голову никогда неприходило. Они с Мэттом были просто добрые друзья.
– Господи помилуй! Насчет твоего Мэтта, конечно! Ты не вкурсе – он, случайно, не голубой?
– Не думаю. Впрочем, как-то не интересовалась. Ради всегосвятого, Андреа! Он ведь был женат, у него двое детей! Да и потом,какая разница?!
– Ну и что, что дети? После всех неприятностей женщинывполне могли ему опротиветь, – деловито возразила Андреа.Впрочем, она ничуть не сомневалась, что с Мэттом все впорядке. – Нет, нет, конечно, я так не думаю. А вот ты, моядорогая, будешь просто дурой, если не вцепишься в него мертвойхваткой при первой же возможности, – отрезала она. –Такие парни, как твой Мэтт, на дороге не валяются! Между прочим, набрачном рынке таких разбирают в мгновение ока.
– Я не собираюсь цепляться за него мертвой хваткой. Ипо-моему, Мэтт думает о женитьбе столько же, сколько и я сама. Мнекажется, он предпочитает одиночество.
– Может, просто временно, пока депрессия… Кстати, а он непробовал лечиться? А то можешь ему предложить, чтобы сдвинуть делос мертвой точки. Не исключено, конечно, что он уже принимаеткакие-то лекарства и у него просто такой побочный эффект.Антидепрессанты, к примеру, напрочь отбивают желание. Правда, наэтот случай остается «Виагра», – с оптимизмом в голоседобавила Андреа. У Офелии при этих словах глаза полезли на лоб.
– Непременно посоветую, – хмыкнула она. –Представляю, как он будет тронут такой заботой. Между прочим, чтобыобедать с нами, ему вовсе не нужна «Виагра»! И никакой депрессии унего нет, просто он переживает. – В глазах Офелии это былисовершенно разные вещи. Но Андреа придерживалась другогомнения.
– Один черт! – фыркнула она. – Сколько лет назадот него ушла жена? Десять лет?! И ты считаешь нормально, чтобымужчина в его годы столько лет жил один?! А его интерес к Пип… Ну,был бы он действительно педофилом, я бы еще поняла, но ведь он жене такой! Просто он до смерти устал без семьи, вот и все.Одиночество не для таких, как он. То же самое относится и к тебе,моя дорогая.
– Спасибо, доктор Уилсон, мне уже лучше. Ах, бедняжка Мэтт,он даже и не знает, как ты все замечательно решила за нас обоих!Даже прописала ему «Виагру»!
– Ну кто-то же должен это сделать, верно? Вы с ним двасапога пара – ни за что сами не догадаетесь. Не будь меня, ты бытак и сидела в своем углу до скончания дней! А что потом? Еще парулет, и Пип уже будет совсем большая.
– Да, Андреа. Как подумаю, что останусь совсем одна, простоплакать хочется. Но тут уж ничего не поделаешь, надо простопривыкнуть к этой мысли. К счастью, надеюсь, у меня есть еще взапасе пара лет. – Перспектива остаться одной, когда Пипстанет взрослой, пугала Офелию. Она и представить себе не могла,что в один прекрасный день Пип уйдет из дома, чтобы жить своейсобственной жизнью. От этих мыслей сердце у нее обливалось кровью.И Мэтью Боулз не мог тут ничем помочь. Просто ей придетсяпривыкнуть жить одной. А сейчас радоваться, что дочь пока еще сней. После потери Теда Офелия даже не думала о другом муже. И развесможет какой-то мужчина заменить ей Пип?! Нет, конечно. Она саманайдет, чем заполнить пустоту: работой, друзьями – да чем угодно,хотя бы заботой о бездомных. – Мэтт – это не выход, –буркнула Офелия в трубку.
– Почему? – удивилась Андреа. – А вот мне онпонравился!
– Вот и бери его себе. И пичкай «Виагрой». Держу пари, Мэттбудет просто счастлив, – рассмеявшись, предложила Офелия.
Андреа немедленно вышла из себя и принялась вопить в трубку, ноОфелия уже к этому привыкла. Собственно говоря, именно взрывнойтемперамент ей и нравился больше всего в Андреа. Сама Офелия быласовсем другой. Наверное, и вправду говорят, что противоположностисходятся.
– Может быть, я так и сделаю. Кстати, когда у Пип следующаяигра?
– Нет, ты просто невыносима, честное слово! Может, тебепросто поехать в Сейф-Харбор и силой вломиться к нему в дом? Мэттбудет потрясен. Мужчинам обычно льстит, если красивая женщина такстремиться избавить их от одиночества.
– А что, неплохая идея! – одобрительно хмыкнулаАндреа.
Они поболтали еще пару минут, и Офелия совсем забыла, чтособиралась рассказать подруге о том, как провела прошлую ночь.
Вечером они с Пип отправились в кино, потом вернулись домой и саппетитом поужинали. А в десять часов, прижавшись друг к другу, ужеспали мертвым сном.
А в это время в Сейф-Харборе Мэтт еще работал над портретом Пип.Придирчиво разглядывая никак не дававшийся ему рот, Мэтт вдругвспомнил, как улыбалась Пип, когда вышла с поля после игры. Малышкався светилась от счастья. Он вспомнил ее улыбку, и у него сразу жепотеплело на душе. Мэтту нравилось смотреть на нее, нравилось ееписать, просто чувствовать, что она где-то рядом. Присутствие еематери тоже было ему приятно, но все-таки не так.